Магия губит - Илона Эндрюс

Мы втроем приземлились за кухонный стол. Следом зашел Асканио и прислонился к стене.

— Отчеты Де Харвена безупречны, — начала Андреа. — Все проверено. Четыре года прослужил в армии. Я нашла его DD214, документы об увольнении, и позвонила в национальный кадровый фонд. Они сказали, что на подтверждение уйдет два месяца, поэтому я позвонила своему приятелю из военного подразделения сверхъестественной обороны. Он говорит, что все, что касается ВПСО, должно быть шито-крыто. Я также нашла данные о проверках сержанта де Харвена и его квитанции о зарплате.

Парень мог подделать свои документы об увольнении со службы, но ему пришлось бы приложить массу усилий, чтобы сфальсифицировать квитанции о заработной плате или отчеты о выполненных заданиях.

— Полиция Орландо подтвердила, что он был копом, — поддержал Дерек. — Я разговаривал с двумя людьми, которые его знали. Они говорят, что он хороший полицейский. Преданный делу.

— Мы побывали в квартире де Харвена. — Андреа открыла конверт и вытащила снимок. На фотографии была запечатлена картина. Восход солнца замирал над морем, оставляя за собой рваные серые облака. В центре картины одинокая скала выступала из мутной воды, поддерживая белый шпиль маяка, который направлял яркий луч света к горизонту. Подпись под изображением гласила: «У ПОДНОЖЬЯ МАЯКА ЦАРИТ ТЬМА.»

— Это должно мне о чем-то говорить? — Спросила я.

— Это маяк, — сказала Андреа тем же тоном, что люди обычно произносят фразу «это убийство».

— Очень красивый маяк. У многих есть картины с маяками.

К чему она вела?

Андреа покопалась в конверте и вытащила фотографию в рамке. В два ряда стояли подростки в выпускных мантиях. Андреа указала на темноволосого парня слева:

— Де Харвен. — Затем, она тыкнула пальцем в блондинистого парня справа. — Хантер Беккер.

Я ждала, чтобы увидеть, прольет ли она на это больше света.

— Хантер Беккер! — повторила Андреа. — Они учились в одном классе старшей школы!

— Кто такой Хантер Беккер?

— Беккер Кровавый? Хранители маяка? Бостон?

— Я бы предпочла Беккера-Легко-Сдающегося или Беккера-Довольно-Разумного, но помимо всего этого, его имя мне ни о чем не говорит.

Андреа вздохнула.

— Орден подозревает о существовании тайного общества под названием «Хранители маяка». Они хорошо организованы и, действительно, умело прячутся.

— Тайное общество? — Дерек нахмурился. — Например, как масоны?

— Да, прямо как масоны, — Андреа фыркнула, — но вместо того, чтобы устраивать встречи, надевать дурацкие шляпы, напиваться и спонсировать благотворительные мероприятия, они собираются вместе и придумывают способы убивать людей и разрушать правительственные здания. Они ненавидят магию, они ненавидят тех, кто использует магию, они ненавидят волшебных существ, и хотели бы истребить большинство из нас с особым пристрастием.

Понятно, это, как минимум, всех в этой комнате.

— Почему? — спросил Дерек.

— Потому что они считают технологическую цивилизацию идеальным путем развития человечества. Они верят, что магия возвращает нас к варварству, и они должны сохранить свет прогресса и технологий. Без этого мы все погрязли бы во тьме. — Андреа покачала головой. — Три года назад Хантер Беккер взорвал госпиталь медмагов в Бостоне. Десятки убитых, сотни раненых. Его выследили, и он пошел прямо на отряд спецназа, сжимая по пистолету в каждой руке.

Самоубийство копом. Всегда хороший знак.

Андреа подняла снимок, указывая на надпись.

— Эти же слова были написаны на стене его секретного убежища. В нашем деле это обычно зовется «зацепкой».

Спасибо, мисс Всезнайка.

— Отличная работа, мисс Марпл.

Она показала мне свои зубки.

— Кейт, эти люди — фанатики. Эта выходка в Бостоне потребовала большой командной работы. В госпитале разрабатывали экспериментальное волшебное лекарство от гриппа. В их лабораториях находилось несколько опасных его разновидностей, охраняемых лучше, чем Форт-Нокс. — Она загибала пальцы. — Кто-то собрал несколько бомб с тщательно отработанным механизмом отката. Кто-то обошел три уровня безопасности. Кто-то установил бомбы на отдельных этажах в закрытых зонах с ограниченным доступом. Наконец, кто-то предоставил Беккеру доступ к зданию через улицу, где находился местный полицейский участок. Было подсчитано, что, по крайней мере, шестеро человек были непосредственно причастны к взрыву, некоторые из которых должны были являться работниками больницы. Никто, кроме Беккера, не был обнаружен, и единственная причина, по которой они нашли Беккера, заключалась в том, что он был ранен обломками и оставил кровавый след. Никого из людей не посадили, Кейт. Они действительно работали там. С тех пор Орден обнаружил еще два случая терроризма, в каждом из которых участвовали группы оперативников под прикрытием. Вот как действуют эти люди: они вербуют молодёжь и активизируют своих членов по мере необходимости.

Спящие ячейки внутренних террористов. Это расследование становилось все лучше и лучше.

— Откуда ты все это знаешь?

Андреа закусила губу.

— Беккер был рыцарем Ордена.

Если Хранители проникнут в Орден, их станет невозможно вычислить. С их антимагической позицией они бы туда отлично вписались. Кто-то вроде Теда приветствовал бы их с распростертыми объятиями. Черт, да Тед сам мог быть одним из них. Теперь мне нужно быть очень внимательной, ведь я уже хочу, чтобы он был замешан. Настолько, что, если я не буду осмотрительна, моя искаженная реальность, будет видеть во всем влияние Теда, виновен он или нет.

— Они проникли в Орден и ОПА, — сказал Дерек. — Де Харвен работал в полиции, прежде чем стал охранником.

— Это может быть буквально кто угодно. Это может быть Рене. — Андреа замахала руками. — Или Хендерсон. Да кто угодно.

— Не кто угодно, — заметила я. — Я не одна из них, не ты и не Дерек. Я вполне уверена, что мы также можем исключить Кэррана и парнишку.

Асканио усмехнулся.

Андреа уставилась на меня.

— Ты не воспринимаешь меня всерьез!

— Вероятно, это потому, что ты выглядишь недостаточно взволнованной, — сказал Дерек. — Ты должна сжать кулаки, как в кино, встряхнуть ими и крикнуть: «Это важнее любого из нас! Нам нужно объединить все силы!»

Андреа указала на него пальцем.

— Ты. Заткнись. Я не собираюсь терпеть это дерьмо от тебя. Может быть, от нее. Но не от тебя.

— Я доверяю твоему профессиональному суждению, — объяснила я. — Если ты говоришь, что существует тайное общество, значит, оно есть. Я просто пытаюсь определить границы нашей паранойи. Во всех остальных инцидентах участвовало более одного человека?

— Да.