Из любви к искусству - Карина Пьянкова

Милад коротко выругался и вылетел из моей гримерки. Следом за ним ломанулся со всех ног и Николсон, уж не знаю зачем.

— Хоть бы на этот раз Мортон, — пробормотала я.

Гримерша и Сафира одновременно возмущенно охнули и уставились на меня со всем возможным осуждением.

— Ну, чего смотрите? Все равно же кого-то на тот свет спровадили, а с Мортоном хотя бы все сцены уже отсняты, замену не придется искать.

Ну, что поделать, если я не столько добра, сколько практична? А Грегу я, тем более, не симпатизирую ни капли.

— Что… — начала вопрос гримерша, но я махнула рукой.

— Просто закончите со мной — и пойдемте посмотрим. Вся эта круговерть с убийствами стала такой повседневной, что не удивлюсь, если Сэм не прервет съемки из-за очередного покойника.

Вышла наружу уже в дознавательской мантии старинного образца и в полном гриме, призванном сделать из меня Риннэлис Тьен. Так воспринимать происходящее оказалось куда как проще. Это не Лэйси Уиллер шла по коридору в скоплении людей, вовсе нет. Это шла она, Риннэлис Тьен, ее не мутило от вида крови, она не паниковала из-за трупов, воплощенная холодность и сдержанность. Начало казаться, что даже сердце вдруг стало биться в другом ритме, спокойном и размеренным как стук метронома.

— Что случилось? — спросила я у торчащего чуть поодаль от основной толпы Николсона. Лесли был бледен, как покойник, и смотрел как будто внутрь себя.

— Что?.. — растерянно спросил он, уставившись на меня. Потом кивнул как будто бы своим мыслям. — А… Там Мортон. Грег Мортон с перерезанным горлом. Это уже совсем не весело. Совсем. Я уволиться хочу.

Уволится он, как же. Подозреваю, что и для него неустойка будет неподъемной ношей, пусть гонорары у Николсона обычно не чета моим. Хотя за эту роль я получила гонорар равноценный тому, что получил и мой более именитый коллега.

— Попробуйте, — пожала я плечами и начала пробираться к телу.

Зачем? Самой хотелось бы знать. Просто почему-то мне нужно было подойти и увидеть все собственными глазами.

Толпа передо мной неохотно, но все же расступалась, и добраться до тела удалось без особого труда.

Мортон обнаружился в нише. Так себе схрон, найдут при первой же уборке. Вот и нашли, собственно говоря. Значит, задачи спрятать и не было. Просто способ немного выиграть время, чтобы никто не связал убийцу и преступление. На самом деле Мортона оставили едва ли не на виду. Еще одна демонстрация не пойми чего.

К телу я подошла вплотную и присела на корточки, автоматически подобрав полы мантии. Удобная на самом деле одежда, если уметь носить, пусть сейчас так и не считают.

Лицо покойника искажала гримаса ужаса и непонимания. На руках были ссадины, а под ногти словно что-то забилось. Можно понадеяться, что это кожа убийцы… Но ведь маловероятно. Если бы преступник был идиотом — его бы уже давно взяли эти два горе-дознавателя. Кстати, где их вообще бесы носят?

К телу уже никто не лез, трогать ничего вокруг не пытались, словом, научился народ, как вести себя на месте преступления. Да и вообще вплотную подбираться к трупу никто не пытался: это уже и не новость, на самом деле, все, кому нужно было, на мертвецов насмотрелись во всех ракурсах.

— Кто-нибудь стражу вызвал? — деловым тоном спросила я, оглядев внимательно всех собравшихся.

— А чего их вызывать, все равно где-то здесь шляются, — пробормотал кто-то позади меня.

Лично меня такое положение вещей совершенно не устраивало. Следовало как можно скорее озаботиться сохранностью места преступления… хотя какое это место преступления, в самом деле? Просто место обнаружения тела, не более того. Слишком мало крови, а у Мортона должно было из горла буквально хлестать, повреждена как минимум сонная артерия. Точнее позже эксперты скажут.

— Уиллер, а ну прочь от трупа! — воскликнул кто-то.

Только когда меня за плечо оттащили в сторону от покойника, сообразила, что говорил Милад и мне притом. Как-то фамилия Уиллер…

— Я ни к чему не прикасалась, положение тела не меняла, — процедила я, выворачиваясь из захвата.

Кахэ смотрел на меня пристально, не мигая, совершенно по-змеиному. Я уставилась на него ровно также.

— Почему вы на меня так уставились? — осведомилась я с подозрением. — Лицо испачкала?

Милад покачал головой.

— Если и испачкали, разве что гримом. Кстати, сегодня он у вас особенно удачно лег, органично. Жаль, если съемок сегодня так и не будет.

Я хмыкнула и пожала плечами. На самом деле, я наверняка расстроюсь, если сегодня не удастся поработать, но говорить что-то подобное вслух — верный повод попасть на первые строчки списка подозреваемых или, как минимум, прослыть психопаткой. Ни то, ни другое мне было совершенно не нужно.

— Грим можно будет повторить, — отозвалась я прохладно. — А смерть нужно уважать. Вам ли не знать?

Убить кахэ хотелось все сильней и сильней, но почему-то злость ощущалась чем-то холодным, почти веселым. Милад так упорно пытался вывести меня из себя. Зачем? Не ради удовольствия же? Он вел себя действительно странно.

— Намекаете на мой… титул? — фыркнул южанин, чуть наклонив голову на бок. Словно диковинную зверушку разглядывает, честное слово. — Каэ Неро проболтался, не иначе. У него язык всегда был без костей.

Я посмотрела на кахэ совершенно бесстрастно.

— Как знать.

Стражники набежали как тараканы изо всех щелей. Суетились, метались из угла в угол, принялись протоколировать все подряд, собирать улики. Конечно, это очень полезно изображать бурную деятельность, когда столько всего проспали.

Мы с Сафирой стояли поодаль и наблюдали за возней «фиолетовых».

— Верх непрофессионализма, — проворчала я и тяжело вздохнула. — Вряд ли им удастся в конечном итоге схватить убийцу. Скорее уж, он раньше перебьет весь актерский состав. Кстати, Сафира, ты отметила, что не пострадал никто из обслуги? Да и гримеры, костюмеры, сценаристы… Словом, под удар попадают исключительно актеры. Кажется, это несколько странно.

Орчанка старательно поддакивала, но мне было совершенно ясно: Сафиру не особенно интересует вся история с убийствами на студии. Единственная задача, которая ее беспокоила — моя безопасность. Наверное, оно и к лучшему.

— Вы верно подметили, ларэ Уиллер, — возник передо мной как бес из табакерки каэ Неро. А ведь только недавно его Милад вспоминал.

И вообще, откуда только оборотня демоны принесли?

— Вы что здесь делаете, каэ Неро? Вы не мой телохранитель, а Милада. Приблизитесь ко мне — добьюсь судебного запрета, будете обходить меня десятой дорогой. И новый клиент вас с огромным удовольствием уволит, так как следовать за ним сюда, на студию, у вас не выйдет.

Пантера довольно усмехнулся от уха до уха.