Солнцеворот желаний - Даша Пар

Селеста

Время слишком быстро утекает сквозь пальцы. Я не успеваю и глазом моргнуть, как приближается середина декабря и начинается отсчёт дней до конца срока. Ровно две недели до дня рождения короля. Дворец, омытый и очищенный сотнями дождей и ветров, сверкает и переливается тысячами огней, наряженный, звонкий на сотни голосов, шумный и непривычно многолюдный. Ноябрьские манёвры сделали своё дело и в столицу валом повалили послы и иностранные гости с заманчивыми предложениями своих повелителей. Более того, во дворец, пользуясь близящимся королевским празднеством стекаются сами правители и их ближний круг, переполняя и без того переполненные дворцовые покои, захватывая все доступные в городе гостиницы и постоялые дворы.

Дождь, ливший, не переставая целый месяц, угомонился. Теперь он не так настойчиво баловал нас своей барабанной песнью, грозя окончательно утопить Клэрию в поднявшихся водах реки Сиц. Прекратились грозы, умолкли заунывные порывистые ветра, стихли ураганы и снизились морские валы. Мы с трепетом ожидали окончания буремесяца, резонно опасаясь возвращения солевой болезни, однако страхи наши оказались напрасны — бесконечные потоки воды смыли всю соль, а подводный король видимо утратил могущество, чтобы заново призвать к берегам эту напасть.

Столица наслаждалась минутами затишья. И готовилась к грандиозному празднеству. Хотелось бы и мне стать невидимкой среди сотни тысяч горожан, что могут себе позволить не углубляться в суть событий, а думать лишь о простых и понятных вещах. Они выжили в ночь Трезубцев и костей, пережили Судное лето, и выстояли перед болезнями осени. Пришла зима, и чем же она наградит нас всех?..

Когда выдаётся свободная минутка, я отсылаю Августа и прихожу в детскую комнату. За несколько недель количество королевских сирот увеличилось до восемнадцати, и дети заняли небольшое крыло в дальней части дворца на женской стороне. Мне невероятно повезло: прибывшая кэрра Фейрис Амори оказалась настоящим подарком — именно она сумела направить мою энергию и желание помочь в правильное русло, чётко сформировав цепь задач, финалом которых станет настоящий приют, под который она уже подобрала подходящее здание в городе. Пока его готовят к открытию, дети живут во дворце под бдительным присмотром Фейрис, сумевшей деликатно освободить моё расписание и перенаправив на себя все важные детали будущего приюта, чтобы я просто не сошла с ума от бесконечного потока дел.

Я с лёгким сердцем назначила её управляющей, сама же, став лишь мостиком между детьми и королевской казной. Позже Август объяснил, что, вообще-то, именно так всё и должно работать. Моя задача — руководить, придумывать и организовывать, а потом находить ответственных исполнителей и лишь время от времени проверять, как они справляются с возложенной задачей.

Я была рада, что хоть одно моё дело воплотится в жизнь, ведь в долине Винцель дела шли не очень. Оставшийся за главного Аскол дэ’Маринье мог только поддерживать и управлять долиной, но никак не разрабатывать новые проекты и заниматься такими несущественными делами, как лечебница при лесопилке…

«Дурные мысли — прочь из головы!»

И я возвращаюсь к реальности, улыбаясь, слушая, как самая маленькая девочка Лика рассказывает, как пару часов назад они охотились на мышей в королевском лабиринте и Томас потерялся, а обнаружился возле страшных каменюк где-то в лесу… Мне постоянно хочется запустить пальцы в её короткие кудрявые волосы и легонько взъерошить, наблюдая, как они золотятся на солнце. Самый распространённый цвет волос у драконов — рыжий, и дети всегда сверкают сотнями конопушек и веснушек…

Из-за мягкого дождя даже в полдень кажется, что за окном вечерние сумерки, и в комнате, полной мягких игрушек, детских книг и головоломок, горит яркий свет. Скоро обед, а пока можно рассказывать детям сказки, показывая ариусом лёгкие фокусы и отвечая на недетские вопросы. Они маленькие, в их возрасте я была совсем невинной, но именно они лучше всего понимают, насколько хрупким может быть это призрачное зимнее равновесие.

Держу в руках чашечку с фруктовым чаем, моё платье разлетелось во все стороны пышными складками и оборками, и одна из девочек спряталась под ним, хихикая из-под подола. Скоро начнётся очередная игра и Фейрис, закончившая играть на пианино, качает головой, подмигивая. Её дети давно выросли, и она была рада вновь почувствовать себя матерью сорванцов.

В момент, когда я только собралась объявить правила новой игры, в дверь постучали и служанка объявила, что в малой гостиной меня ожидает Милан дэ’Виньё. Осторожно выбравшись из игрушек, и валяющихся то здесь, то там детишек, которые явно не хотели меня куда-то отпускать, я передала наставления Фейрис, которая в ответ лишь хохотнула, намекнув, что прекрасно знает, как справиться и с бо́льшим количеством детей, учитывая прекрасный опыт обращения с жеребятами и козлятами на ферме. Так что ушла я с лёгким сердцем, не забыв напомнить, что необходимо нанять несколько учителей — пора браться за учёбу. Негоже детям расти как сорняки без образования.

Выйдя в коридор, вслед за служанкой подошла к одной из комнат, где меня ожидала Милан. Слухи о беременности не подтвердились, но и девушка совсем растеряла сходство с бесплодным духом, вновь уделяя внимание украшениям и платьям, не стесняясь своего внешнего вида и положения в обществе. Моё предложение присоединиться к Фейрис и сформировать Попечительский совет при приюте Милан отвергла, абсолютно не заинтересовавшись благотворительностью. Наконец освоившись в роли жены канцлера, девушка предпочла сосредоточиться на поместье, затеяв полную переделку комнат, так что теперь редко посещала дворец, исключив из своего расписания заседания Совета Женевры, и оставив только светские рауты и редкие вечерние балы.

Сейчас она невозмутимо баловалась зефиром в шоколаде, периодически отпивая из миниатюрной чашечки горячее какао. В платье персикового цвета и с голубыми лентами в волосах она выглядела просто прелестно. На щёчках розовый румянец, личико округлилось, фигурка приобрела мягкие женственные черты, подчёркнутые строгим корсетом и пышным лифом. Заметив меня, девушка поднялась, склоняясь в неглубоком реверансе, а после вернулась к трапезе, за раз отправляя целую зефиринку в рот.