Темное сияние - Соня Сэнь

— Ладно. Я буду.

— Отлично! — обрадовалась Кристина. — Мы будем ждать тебя у фонтана.

Кассандра задумчиво уставилась на погасший экран телефона, размышляя, не позвать ли ей на предстоящую встречу Дара. Вряд ли ей что-то угрожало в таком людном месте в разгар дня — тем более, со стороны Нуаре. Да и она больше не та беззащитная девушка, которой демоны могли распоряжаться, как им вздумается.

Словно в подтверждение своих мыслей, она вытянула перед собой руку ладонью кверху и удовлетворенно хмыкнула, когда над ней вспыхнул, сияя, голубоватый огонь — легко, почти без всяких усилий.

— Прорвемся, — подмигнула она внимательно наблюдающему за ней Асмодею, и тот согласно прищурил свои дьявольские зеленые глаза.

…Артур сидел на одной из скамеек, окружающих большой красочный фонтан в центре парка, и при приближении Кассандры учтиво привстал в знак приветствия. Кристина, одетая в ярко-голубой сарафан, прогуливалась неподалеку с рожком мороженого в руке, окидывая окрестности и прохожих зорким взглядом — и притягивая ответные взгляды к себе. Кассандра едва удержалась от улыбки, представив, как Артур Нуаре гневно отгоняет от своей дочери назойливых ухажеров, привлеченных, точно мотыльки — огнем, ее броской красотой.

Впрочем, Саламандре наверняка не привыкать давать от ворот поворот многочисленным поклонникам.

— Здравствуй, Кассандра, — Артур подвинулся на самый край скамейки, уступая ей место. — Рад, что ты пришла.

— Здравствуйте. Кристина сказала, разговор касается моей безопасности…

— Верно. Сегодня мне было видение, очень яркое… Я видел, как Риннон все-таки добилась своего и освободила Темное сияние.

— Но я уже говорила — я никогда этого не сделаю, — нахмурившись, сказала Кассандра.

— Ты — нет. Это сделает Риннон, получив твою силу.

— Что? Но… как?

— При помощи Проводника. Не знаю, как, но ей удалось найти и переманить на свою сторону юношу, способного забирать силу у одних демонов и отдавать ее другим.

— То есть…

— Риннон заберет твою силу и сама станет Освободителем, — мрачно кивнул Артур. — И устроит на Земле конец света.

Кассандра помолчала, переваривая услышанное.

— Когда это случится? — наконец, спросила она.

— Скоро, — пожал плечами демон. — Через пару недель или меньше… Точно сказать не могу.

— К тому моменту меня уже здесь не будет, — усмехнувшись, заверила его она. — Мы с Даром решили уехать из Валкасии. Вернее, телепортироваться. И никто не сумеет нас найти…

— Что ж, это неплохой вариант, — подумав, медленно произнес Артур. — Кто-нибудь еще знает о ваших планах?

«Нет», хотела было ответить Кассандра, но запнулась, вспомнив о Теодоре. Расскажет ли он об этом Риннон, попытается ли их остановить?

— Теодор, — вздохнул, без труда угадав ее мысли, Нуаре. — Я же говорил — от него лучше держаться подальше. Ничего хорошего он тебе не принесет.

— Вы это тоже видели? Видели… мое будущее? — подняла на него глаза Кассандра.

— Кое-что видел. Тебе предстоит сделать выбор, не так ли? Если выберешь Дариуша, обретешь счастье и покой. Теодор же в любом случае разобьет тебе сердце…

Артур смотрел на нее с искренним сочувствием, и она опустила голову, не желая показывать ему свои эмоции. Знал ли Теодор о плане Риннон и о Проводнике в ту ночь, когда любил ее? А если не знал, попытался бы помешать своей начальнице — или позволил бы ей забрать способности Кассандры ради их общей великой цели?

— Что происходит с демоном, у которого отнимают силу? — выдавила она, избегая смотреть на собеседника.

— Когда эта сила настолько велика — ничего хорошего, — хмуро ответил тот. — Ты либо не выживешь, либо сойдешь с ума. Но это не так уж важно, учитывая, что выпущенное на волю Темное сияние выкосит большую часть человечества.

— Может, мне просто пойти туда и убить Риннон вместе со всеми ее приспешниками? — Кассандра сжала кулаки, чувствуя, как щекочет кожу жаждущее вырваться наружу пламя.

Артур с беспокойством покосился на нее, коснулся пальцами своих век.

— Твои глаза, Кассандра… Они почернели.

Хмыкнув, она достала из сумочки солнцезащитные очки и нацепила их на нос.

— Когда злюсь, плохо себя контролирую.

— Это нормально. Но на людях лучше не злиться, — улыбнулся демон. — Нет, тебе не стоит соваться к Риннон. Мой тебе совет — поскорее убирайтесь из города и никогда сюда не возвращайтесь. С силой Дара у вас должно все получиться.

— Раньше вы бы предпочли меня убить, — с невеселым смешком заметила Кассандра.

— С тех пор кое-что изменилось. Ты стала мне нравиться. Кроме того, как я могу убить подругу и кумира своей дочери?

Она фыркнула, отыскав взглядом Кристину, которая прикончила мороженое и теперь сидела на краю каменного бортика, окружающего фонтан.

— Но с Риннон и Проводником мы разберемся, — посерьезнев, пообещал ей Нуаре.

— И с Теодором?

Демон снова вздохнул, откидываясь на спинку скамейки.

— Постарайся выкинуть его из головы, — уклончиво посоветовал он.

«Вопрос в том, как выкинуть его из сердца», — горько усмехнулась про себя Кассандра.

Они еще немного поговорили с Артуром, обмениваясь ничего не значащими фразами, после чего Кассандра, попрощавшись с ним, подошла к Кристине.

— Я уезжаю из Руннса, — сообщила она ей, с удивлением понимая, что будет скучать по этой яркой, как огонек, девушке.

— Скоро? — заметно приуныла та.

— Скоро. Вместе с Даром.

— О… Так вы все-таки вместе?

— Ну… тут все сложно.

— Ясно. Что ж, для тебя это, пожалуй, лучший вариант.

— Твой отец считает так же.

— Мне будет тебя не хватать, — призналась Кристина, а затем порывисто обняла Кассандру. — Ты ведь будешь мне иногда писать?

— Возможно, — кивнула она, мягко отстранившись. — Пришлю тебе свою новую книгу с автографом.

— Круто, — демоница белозубо улыбнулась, щуря внезапно заблестевшие глаза. — Ну, будь счастлива, Кэс. Знаешь, ты сделала правильный выбор — я имею в виду Дара… Он же на тебя смотрит, как собака — на косточку.

— Фу, Крис! — поморщилась Кассандра, и они дружно рассмеялись, перекрывая звонкое журчание водяных струй в фонтане.

День выдался по-майски солнечным и жарким; вовсю цвела сирень, наполняя воздух сладким ароматом, умиротворяюще шелестела на ветру изумрудная листва, звучал детский смех и щебет дерущихся за крошки хлеба воробьев, и, шагая к воротам парка пятью минутами позднее, Кассандра чувствовала лишь легкую светлую грусть. «Еще увидимся», сказала ей на прощание Саламандра — но она была отчего-то уверена, что это их последняя встреча. Неужели она больше никогда не вернется в этот город, не увидит знакомые улицы и лица, не прогуляется по берегу всегда неспокойного Атлантического океана?..