Стандарт красоты - Жанна Стужева

И посмотрел на меня так внимательно, и бровь одну скептически приподнял.

Клянусь, я чуть не зарычала, чуть не бросилась, как волчица, защищать свое.

Мне сразу же захотелось стереть с надменного лица это странное выражение, рука сама потянулась к тарелке с кашей.

— Не нужно, — Ралион перехватил мою руку и взял за пальчики. — Я более сильный противник, поверьте.

Внутри у меня клокотала злость, я вспыхнула слишком быстро.

— Перестаньте сердиться, — и снова холод в голосе. — Успокойтесь, иначе мне придется вас остудить.

Да, еще бы я знала, как успокоиться. Перепады настроения все чаще проявлялись перед свадьбой, в последнее время и мне все труднее становилось контролировать себя. Теперь же о контроле не было и речи. Так, жалкие попытки.

А одежда моя тем временем горела как факел.

Странное дело, но ни стул, ни скатерть не взялись огнем, горела одна я.

— Ева, я не враг вам, — произнес Ралион глядя мне прямо в глаза. — Подумайте о воде, о реке. Погасите пламя.

— Не получается, — прошипела я в ответ и с упреком прищурилась, когда все мои мысли о воде закончились полным сгоранием тряпья, в которое я была одета.

— Ну вот, вы снова обнажены, — и раздался раздосадованный вздох. — Похоже, моя забывчивость сыграла нам на руку. Было бы жаль сжечь что-то красивое.

Моя злость превратилась в ярость. Это он сейчас расстроен тем, что перед ним сидит голая девица? Привлекательная, хочу заметить. Моя самооценка кричала караул и готова была спрятаться под ковер.

— Значит, вам не нравится? — словно вызов бросила я.

— Увы, — пожал плечами Ралион. Может он не той ориентации? Мне вдруг захотелось ему доказать, что он врет, вот просто жизненно необходимо стало услышать, что нравлюсь ему.

И я не смогла придумать ничего более умного, как вскочить с места, одним движением взлететь Ралиону на колени и впиться в его губы, отдавая всю страсть, что бурлила во мне.

Поначалу мужчина опешил и сидел как столб, абсолютно не реагируя. Но, через какие-то пару мгновений, я почувствовала ответ, и его страсть была ничуть не меньше моей. Ага! Попался, бессовестный. Будет он мне теперь говорить, что холоден и безразличен.

Не знаю почему, но я была твердо настроена на продолжение. Еще бы, подумать только, обнаженная симпатичная девушка на коленях у привлекательного мужчины, чья одежда, к слову, тоже загорелась. Несколько минут, и мы оба будем обнажены.

Я почувствовала острое возбуждение, живот свело спазмом, вот только дальнейшие события были не столь приятными, какими должны были быть.

Внезапно Ралион зарычал, подскочил с места и со мной на руках побежал куда-то. Я вполне отчетливо успела почувствовать величину его желания, я ожидала, что мы переместимся в более удобное место. В постель, например. Вот только через пару минут почувствовала обжигающе-холодные струи воды.

— А-а-а, за что? — кричала я. — Зачем?

Но мне не давали вырваться, лишь крепко держали за локоть и поливали ледяной водой.

— А не с-с-стоило выводит-т-ть меня из с-с-себя, — прорычал мужчина на ухо, развернулся и бросился прочь, хлопнув на прощанье дверью.

* * *

После холодного душа я была зла и обижена. Зла сама на саму себя, обижена на Ралиона.

Ну не хотело мое женское самолюбие принимать такой явный отказ.

Я быстро оделась, на сей раз одежда поджидала меня ровной стопочкой. Нижняя сорочка и черный строгий сарафан. Кто и когда ее принес, я понятия не имела. Не услышала. Прислуги в поместье как будто и не было.

Наскоро расчесав мокрые волосы гребнем, обулась в туфли без каблука и стремглав полетела искать хозяина поместья.

Петляя по коридорам и комнатам, обнаружила Ралиона в зале для танцев, и не просто обнаружила.

Одетый в строгий черный камзол, он кружил по залу высокую сочную черноволосую девушку.

Мне даже как-то неловко стало, обида накатила новой волной. Любой тактичный человек, конечно, ушел бы, оставив парочку наедине. Но я же не такая, правда? Вместо того, чтобы покинуть танцевальный зал, я лишь медленно отошла назад и шагнула за тяжелую бархатную гардину, намереваясь проследить развитие событий. Вот только, чуть не выпрыгнула обратно.

Место слежения оказалось занято, на меня просяще уставились два медовых девичьих глаза.

Сперва я нахмурилась, а после, увидав жалобное выражение лица и сложенные в просящем жесте руки, оттаяла.

— Подвинься, — шепотом шикнула я черноволосой горничной. То, что она горничная, я догадалась по накрахмаленному передничку, белому открытому чепчику и метелке в руках. Мне лишь коротко кивнули, сделав большие глаза и подвинулись.

А Ралион с дамой все танцевали. И столько в их танце было страсти, что казалось, еще движение, и они сбросят одежду. Мелодия звучала прямо из пола, будто он был огромным клавесином, с каждым шагом, движением, то ускорялась, то замедлялась, вторила паре.

Я бы сгрызла себе все ногти от негодования, если бы не избавилась от этой пагубной привычки, словом, Ралион меня волновал. Но еще больше меня волновала черноволосая девушка, я чувствовала себя бледной тенью на фоне этой экзотичной яркой пантеры, а слегка раскосые глаза делали ее похожей именно на кошку.

— Благодарю, дорогой, — низким грудным голосом сказала брюнетка и чувственно припала к мужским губам. Ралион страстно ответил ей, заключив в крепкие и очень пикантные объятия.

— Это я благодарен, Кристабель, — ответил мужчина, опустился на одно колено и поцеловал раскрытую ладонь брюнетки.

Затем, странно так принюхался и изменившимся строгим тоном приказал:

— Выходите, сейчас же, и потрудитесь объяснить, что вы тут забыли.

Моя напарница по укрытию тут же стремглав выскочила из-за гардины и испуганно бухнулась на колени:

— Простите, княже, не успела я уйти, — рыдала девица, аккуратно вытирая нос белым платочком и не смея даже поднять глаза. — Не вели казнить, вели выпороть, прошу. Прошу.

Ралион медленно поднялся на ноги и придержал за руку Кристабель, поглаживая большим пальцем ее ладонь. Брюнетка брезгливо фыркнула, скривила носик и собиралась уйти, но, после нежного мужского жеста, осталась.

— Валентина, поднимись, — холодно приказал мужчина и горничная повиновалась. — Сколько раз я говорил, я не мой отец, не стоит так бояться.

— Простите, княже, — снова всхлипнула девица. Она вновь порывалась упасть на колени, но сдержалась.

Я же выглядывала из-за гардины, стараясь разведать обстановку и сделать выводы.

В какой-то момент мой взгляд встретился с черными, как ночь, такими же, как у Ралиона, глазами девицы. Взгляд Кристабель сочился отвращением, сразу же захотелось показать ей неприличный жест, но, я сдержалась. Я ведь в гостях, лучше не портить отношения с хозяевами, по крайней мере, сейчас. А Кристабель выглядела именно хозяйкой.