Жрец Лейлы - Светлана Зимина

– Какой-какой? – Кэртис встрепенулся.

Лилиан вздохнул, он уже понял, что разговор затягивается. Поэтому скинул сапоги, неодобрительно бросив взгляд на все еще обутого спутника, и забрался с ногами на постель, оперевшись на подушки. И только устроившись поуютнее, ответил:

– Так и знал, что тебя заинтересует именно этот день и турнир. Мигарцы полагают, что каждый воин, достигнувший определенного уровня искусства в военном деле, уже фактически танцор. Таких они называют Танцоры со Смертью. Заслужить подобный титул желает каждый, кто хотя бы раз слышал о танцах в Мигаре. В этом турнире самое малое количество участников, их отбирает победитель предыдущего турнира. Кажется, там замешана какая-то магия, но я не уверен, Сиган не любил распространяться на эту тему. Несмотря ни на что, он все же патриот.

– Даже если Лейла прикажет ему стереть его родной город с лица Эмира? – почти вкрадчиво поинтересовался Кэртис.

Лилиан запнулся и странно посмотрел на оборотня.

– Трудно сказать, – наконец медленно проговорил он. – Лейла… я честно не знаю, что ответить тебе на это вопрос, Кэрт. Что бы ты делал, если бы Тьма отдала тебе такой приказ?

Оборотень пожал плечами и снова упал на спину, прикрыв глаза:

– Знаешь, когда Дэвид задал мне этот вопрос, я долго находился в замешательстве. Но и сейчас я отвечу тебе так же, как ответил тогда ему. Когда я получу такой приказ, тогда и посмотрим.

Жрец фыркнул:

– Тебе просто нравиться издеваться надо мной с моей религией, не так ли?

Тот улыбнулся одними уголками губ:

– С тобой я начал узнавать новые грани веры в богов или богам… Кто бы мог подумать, что "любимец бога" – это наименование не просто так… Но давай вернемся к празднику Танца и Танцорам со Смертью. Значит, ты не знаешь, как проходит отбор именно на этот турнир?

– Не знаю, – почти кротко отозвался Лилиан.

– А в чем выражается такой танец, Сиган тебе рассказывал? Воины сражаются друг с другом?

– Нет, – тихо отозвался жрец. – Они сражаются с самим собой, а окружающие видят настоящий танец воина с его оружием. Сиган говорил, что у настоящих Танцоров со Смертью слышно даже музыку, которая звучит из ниоткуда, потому что сама Смерть приходит станцевать с ними.

– Вот почему такое название, – задумчиво заметил оборотень. – Лиани…

– Да?

– А ты хотел бы станцевать со смертью?

Юноша тяжело вздохнул:

– Ты сегодня задаешь сложные вопросы, Кэрт.

– Такой уж день сегодня, – отозвался он и повторил. – Такой уж день. Так ты ответишь мне?

– Хотел бы, – ответ прозвучал почти неохотно. – Говорят, если заглянуть в глаза своей смерти, то можно понять, кто ты есть на самом деле.

– А ты не знаешь, кто ты?

– Я не всегда уверен, – ответ прозвучал так тихо, что если бы не острый слух оборотня, то он мог и не услышать его.

Темный закрыл глаза и слабо улыбнулся: все-таки его спутник, в сущности, такой мальчишка. Хотя и Верховный жрец одной из самых кровожадных богинь Эмира.

Они прибыли в этот город рано утром и едва смогли пробиться сквозь толпу на улицах, что будет твориться к полудню, сложно было даже представить, но им повезло на воротах. Стража, оглядев их арсенал, как-то довольно быстро пропустила обоих, почти не задерживая, быстро приняв пошлину. Кэртиса удивило только то, что их оружие на запечатали, разрешая свободное ношение. Однако в разных государствах и городах – разные порядки.

И все-таки оборотня насторожил цепкий взгляд одного из стражей, которым тот окинул Лилиана и его лук, который в отличие от Синего Пламени не был "живым" оружием и поэтому его невозможно было спрятать.

Что-то тревожило оборотня, но он никак не мог выудить из своего сознания, что именно. Разговор о танцах и турнирах немного отвлек, но когда Лиани замолчал, тревожное чувство снова вернулось. Странно, но его отголоски появились, когда они пересекли границу Прибрежных королевств, только они были настолько неявными, что Кэртис не обращал на них внимания. Да и история с Пирисом позволила предполагать, что его тревога касалась именно этого ублюдка. Однако, каждый раз, когда они въезжали в новый город, тревога усиливалась. И в Мигаре оборотень уже не мог игнорировать это чувство.

– Лиани…

Но ответом ему было тихое сопение. Жрец незаметно уснул, утомленный городской суетой и поиском гостиницы. Да и после Пириса он толком не отдыхал, словно стараясь уйти от города, где был казнен воин Роя, как можно дальше.

Темный сел на постели и только покачал головой, разглядывая красивое лицо своего спутника. Сейчас оно ничем не напоминало ни холодного, но изнеженного принца Лилиана, ни яростного жреца своей богини. На подушках дремал усталый юноша. Кэртис заметил, что у него наметились тени под глазами. И это была не только физическая усталость. Последние годы для него были полны событий и ни единой передышки, да и до этого – постоянная борьба за выживание.

– Ты прав, – тихий девичий голос застал темного врасплох. – Ему требуется отдых.

Богиня обнаружилась в ногах своего жреца. Она сидела, скрестив босые ноги, и печально разглядывала Лилиана.

– Но заставить его отдохнуть будет не просто. Он не знает, что это такое. Для него есть только постоянное движение.

Кэртис вздохнул:

– Великая госпожа, я ведь так и инфаркт мог заработать.

– Ты заработаешь, как же, – бросила недоверчивый взгляд в его сторону девочка. – Послушай, темный… Я знаю, что ты стал ему хорошим другом, и я только приветствую эту дружбу. Но я его богиня, а он мой Верховный Жрец. И столько всего надо сделать, с чем может справиться только он.

– Например, освободить твоего предыдущего Верховного Жреца?

– Да, – она вздохнула. – Станислав может взять на себя достаточно большой груз. Это позволит дать Ли передышку хотя бы в пару месяцев. Но если он в этот период вернется домой в Мирейю, он с головой погрузится в проблемы королевства и будет все силы тратить на помощь своим братьям.

Оборотень насторожился:

– Госпожа, что ты хочешь?

Лейла неожиданно состроила просительное выражение лица:

– Возьми его к себе в Черную Ложу.

Темный аж поперхнулся.

– Что?!

– Пусть он поживет с тобой, – терпеливо повторила богиня. – После того, как вы освободите Станислава. Он же помог вам с Пирисом, хотя ему стоило это дорогих усилий. Ли очень не любит вспоминать времена игр с Регилом, но ради тебя он это сделал.

– Ради меня? Разве это не было отдачей долга Ольгару? – попытался увильнуть Кэртис, уже понимая, что не удастся, потому что богиня была абсолютно права.

– Этой историей с Пирисом, Ольгар стал должником Ли, и он сам это признал, – богиня стала серьезной. – И ты это слышал.