Воскрешение - Дебби Виге

Из разлома выступило огромное человекоподобное существо больше семи футов в высоту, покрытое темной спутанной шерстью, источающей запах гнили и смерти. Едва Николь рванулась обратно, чудовище запрокинуло голову и пронзительно взвизгнуло.

Тело свела судорога невыносимой боли; закричав, ведьма зажала сыну уши. Наверное, она упала бы, но мышцы вдруг одеревенели. Рядом всхлипывала Аманда.

Оуэн, напротив, рассмеялся и замахал пухлыми ручками.

Первым обрел дар речи Томми:

— Хочу ходить на паре ног и чтобы монстр тот умолк.

Более смешного заклинания Николь еще не слышала. Тварь снова запрокинула голову, но из глотки не исторглось ни звука.

Как только к мышцам вернулась былая подвижность, Нагаи толкнул обеих девушек на пол вместе с ребенком, а сам накрыл их своим телом, Ричард выпустил очередь — чудовище, урча, отмахнулось от пуль, как от надоедливых мух.

— Что это за тварь?! — вскричала Аманда.

— Йови, — равнодушно отозвалась Кари, безучастно сидя на стуле.

Николь схватила мертвую за щиколотку, но, ощутив под пальцами леденяще-холодную плоть, тут же об этом пожалела.

— Что такое «йови»?

— Австралийская легенда. Снежный человек. Дикарь, — объяснила та.

— Как его убить? — спросил Ричард.

— Не знаю.

— Без магии не обойтись! Обычные пули не справляются! — прокричал Томми Нагаи.

Йови, свирепо оглядев всех присутствующих, остановил взгляд на Оуэне и с ревом бросился к малышу.

— Нет! — взвизгнула Николь.

Приподнявшись с колен, она свободной рукой метнула в грудь йови огненный шар — пламя лишь слегка опалило шерсть.

Чудовище выхватило ребенка у сопротивляющейся матери. В то же мгновение Аманда что-то неразборчиво прокричала, а Томми с Ричардом открыли стрельбу.

— Оуэн! — надрывалась Николь.

Сестра снова произнесла загадочные слова. Малыш выскользнул из лап йови, и Ричард, бросившись вперед, успел поймать внука на лету. Аманда громко повторила непонятное заклинание в третий раз: чудовище разлетелось на части, брызнув в разные стороны кусками плоти и клочьями шерсти.

На миг воцарилась мертвая тишина. Все стояли в ошметках кишок, в алых пятнах крови. Томми рухнул на колени, содрогаясь от рвотных спазмов. Николь схватила сына. Кари так и не двинулась с места.

— Что ты сделала? — спросила сестру Николь.

Аманда недоуменно качнула головой.

— Да что ты сказала-то?

— Сама... не знаю, — еле слышно призналась девушка. — Просто хотела защитить Оуэна. А затем... помрачение, как в тумане... лишь на секунду — и грохот.

— Все целы-невредимы? — спросил Ричард.

Николь осмотрелась: сразу и не разберешь, одежда насквозь пропитана кровью. Саму Николь зацепило обломками взорвавшейся стены — остальных наверняка тоже.

Ричард вытащил из ящика кухонные полотенца, смочил их и дал каждому обтереться. Николь, как могла, отмыла Оуэна; малыш улыбался матери, словно ничего особенного не произошло.

Теперь, отчистившись, они рассмотрели свои увечья. Двойняшек и Томми поранило разлетевшимися обломками, а Ричард с Кари находились слишком далеко, в другой стороне, так что не получили ни царапины.

Николь старательно оттирала сына от крови. Придется его искупать как следует.

В ванне.

Через завалы неторопливо пробиралась Геката. Когда-то Холли ее утопила... Девушка в панике прижала Оуэна к груди.

— Погоди-ка. — Отец забрал влажное полотенце и, склонившись, осторожно обтер голову малыша, — Похоже, его все-таки серьезно задело. Останется шрам, но ничего — под волосами будет незаметно.

Не смея взглянуть на сына, ведьма невольно встретилась глазами с Амандой. На лице сестры застыл страх — отражение ее собственного страха

— Где?

Вот, прямо за левым ухом, — показал Ричард.

Отметина за ухом шуим...

Мир покачнулся. Николь испугалась, что теряет сознание. Аманда согнулась пополам, ее тошнило.

— Так, берем только самое необходимое. Уходим немедленно! — скомандовал отец.

У Николь не имелось ни малейших возражений.