Тень огня - Николай Степанов

– Только шрам на губах у одного из них. Он почему-то назвал меня приятелем.

– Это Шагрид, один из лучших специалистов их серого легиона, – как бы про себя отметил проводник.

– А как мне вас называть?

– Зачем тебе мое имя? – усмехнулся даритель меча. – Тебе это знание ничего особенного не даст, а мне может причинить вред.

– Разве я хотел узнать ваше имя? Я спросил, как мне вас называть. – Сомов сделал ударение на слове «мне». – Обезличенная беседа вызывает некоторое раздражение.

– Э-э-э… Харз устроит?

– Вполне. Какие еще секреты таит в себе твое оружие, Харз?

– Отличный вопрос, Михаил! Я вижу, у тебя есть неплохие шансы выйти сухим из воды, – одобрительно заметил незваный гость. – Кроме способности безошибочно определять рундайцев меч легко справляется с их твердокаменной кожей. Слышал, наверное, о непробиваемости крылатых тварей?

– Да, Гравз рассказывал, что в полете лишь голова и шея являются их уязвимыми местами.

– Там у них самая тонкая кожа, но для твоего меча все едино.

– Значит, у нас будут почти равные шансы?

– Вот именно – почти, – остудил воодушевление Михаила Харз. – Не забывай: Шагрид вдвое сильнее тебя.

– Да, я видел, как он народ вокруг себя раскидывал.

– Я тоже видел, как ты вдруг возник у него на пути. Большей глупости и представить невозможно. Окажись он чуть проворнее – и все!

– Вопрос спорный. Это не он оплошал, это я ему оказался не по зубам.

– Не обольщайся. Шагриду мешали со всех сторон, и то он тебя едва не зацепил. Кольчугу тоже бы не мешало носить под курткой! – Собеседник укоризненно кивнул в сторону подарка Гравза. – В другой раз обстоятельства могут сложиться иначе.

– Как для него, так и для меня, – не отступал Сомов.

– Его судьба меня интересует мало, а вот твоя…

– Кстати, а зачем я вам вообще нужен?

Харз замялся, подбирая слова для ответа.

– Тем, кого я представляю, очень не нравятся рундайцы. И все, что крылатым тварям плохо, моим хозяевам – за счастье. Кто мои наниматели, я не скажу, не имею на то позволения. Кстати, обещай никому не рассказывать о нашем разговоре. Не стоит ставить под удар твоих друзей, а лишняя информация иногда бывает убийственной для непосвященных.

– Чаще наоборот: ее недостаток приводит к проигрышу.

– Мое дело – предупредить, а решать тебе.

За дверью раздался звук приближающихся шагов.

– Так, мне пора, – заторопился ночной гость. – Твой друг уже поднимается по лестнице.

Михаил лишь на миг перевел взгляд на дверь, а когда снова посмотрел на стул возле окна, Харза на месте не было.

«Чародей, что ли? Но почему он здесь, а не в таверне Саргонта?»

Расположившись в номере, Руена не спешила на ужин. Как настоящая женщина, она первым делом решила наведаться в колдовской магазин. В походной сумке волшебницы имелось кое-что на продажу, а кроме того, ей хотелось посмотреть, что новенького появилось на магическом рынке.

У входа в «супермаркет» женщина нос к носу столкнулась с Эргантом.

– И вы сюда? Думала, я одна такая в нашей компании.

– Ну что вы! Любопытство свойственно не только дамам. Каждый уважающий себя маг должен быть в курсе последних достижений… – Чародей галантно пропустил Руену вперед.

– С чего хотите начать? – спросила охотница.

– Меня интересуют новые рецепты снадобий.

– Тогда нам не по пути. Я больше увлекаюсь амулетами и талисманами. Встретимся за ужином.

К обоюдному удовольствию, волшебники разошлись в разные стороны. Женщина сразу направилась в отдел магических компонентов животного происхождения. Чего тут только не было: сушеные лапки желтой лягушки, трихвост убитой в полнолуние кладбищенской крысы, сушеные пауки разных видов и размеров, головы гадюк и прочая колдовская утварь, предназначенная для приготовления самых разных снадобий.

Сама Руена никогда подобными видами магии не занималась, но по роду своей нечародейской деятельности иногда добывала для них ценные компоненты.

– Уважаемая, – обратилась она к сгорбленной старухе, которая вязала носок из крапивной нити. – Сколько сейчас стоят клюв и когти горного орла?

– Нынче сие большая редкость, детка, – прокряхтела старуха. – Месяц, как в продажу не поступало.

– Я не собираюсь покупать, мне продать надо.

– Что ж ты сразу-то не сказала, милая. Проходи, – бабка подняла прилавок, – сейчас хозяина кликну.

Руена покидала отдел, весьма довольная сделкой, которая принесла ей двадцать золотых монет. Приятно вот так пройтись по магазину, ощущая себя состоятельным покупателем, а не зевакой без гроша в кармане. Полученные деньги повлияли не только на настроение молодой женщины – изменилась даже ее походка. Глядя на эту вальяжно прогуливающуюся даму, никто бы не усомнился, что перед ним важная персона.

Однако обретенное состояние ненадолго задержалось в кошельке охотницы. Уже в следующем отделе она не смогла устоять перед клицевым платьем. Магии в этом наряде было всего ничего, но стоило его надеть, и платье само подстраивалось под хозяйку, начиная от цвета и заканчивая фасоном. При этом маг-портной уверял, что оно меняется и в зависимости от настроения владелицы.

– Учтите, это единственный экземпляр! И я прошу за него всего-то пятнадцать золотых.

Как было не взять?

Еще три монеты уплыли за серебряное колечко, способное изменять вкус напитков. К необходимому ей отделу амулетов волшебница подошла с изрядно похудевшим кошельком.

– Чего угодно, мадам? – Стройный узколицый молодой человек возник перед девушкой, когда она рассматривала забитую всякой всячиной витрину.

– Мне нужна симпатичная вещица для обычного человека. – Руена вспомнила о Гоге.

– Мужчина, женщина? – спросил продавец.

– Парень.

– А какие у него вкусы, пристрастия?

– Да я толком и не знаю, – задумалась покупательница, пытаясь вспомнить хоть что-то. – Камни метко бросает, неплохо по горам карабкается. Силой не обделен. Что еще?

– Наверное, без ума от вас? – понимающе подмигнул молодой человек.

Женщина ничего не ответила, но ее колючий взгляд красноречиво дал понять игривому продавцу, что продолжать беседу в таком ключе не стоит.

– Есть у нас одна вещь. – Он поспешил перейти на деловой тон. – Пойдемте, покажу.

Парень направился к дальнему прилавку и достал оттуда небольшой кулон из прозрачного камня. Кулон висел на серебряной цепочке и радостно переливался в свете ламп.

– Алмаз? У меня нет столько денег…