Заклятие Пандоры - Лия Сальваторе

Даррен вручил ему бутылочку и вслушался в звуки, доносящиеся из–под снега.

Тихий стон приходящего в себя Каина показал, что Дарр стоит прямо на нем.

И вампир начал его откапывать.

Времени у него было катастрофически мало. Кол, прочно закрепленный на руке, напоминал о своем назначении холодком.

Время шло.

Даррен разбрасывал снег со скоростью света, все смывалось перед его глазами.

Наконец он наткнулся на бесчувственную руку Каина и полностью выдернул его из–под снега.

Первовампир рухнул обратно. Выглядел он как настоящий ангел! Худое бледное личико с посиневшими от холода губами было несчастным. Злые непроницаемые глаза закрыты, и видны лишь обманчиво–наивные синие прожилки век с подрагивающими светлыми ресницами. Черные волосы еще больше оттеняли худобу и бледность нескладного пятнадцатилетнего подростка.

На какое–то мгновение Даррен повелся на эту обманчивую беззащитность, и кол, крепко сжатый в его руке, дрогнул.

Ресницы Каина затрепетали, и глаза начали открываться. Первовампир застонал и закашлялся.

– Ты не сможешь меня убить… – простонал он.

– Что?! – от неожиданности Даррен отпрянул.

– Я не такой идиот, каким считает меня старший брат… и я знаю, что ни один эламир не способен убить вампира!

– Если ты не забыл, я не эламир… – сладким голосом сказал Дарр, занося над головой кол.

– Наполовину.

– Что?! – его рука замерла в воздухе.

– Или Авель не говорил тебе этого?

Но Даррен уже не слушал, он с размаху всадил кол в сердце Каина, но… дерево замерло в сантиметре от груди вампира, не в силах преодолеть невидимый барьер.

– Черт! – выругался Дарр, снова и снова размахиваясь своим оружием, в бесполезных попытках вонзить его прямо в сердце этому сопляку.

– Не выйдет… – слабо улыбнулся Каин. – Бесполезно…

– Я вампир! – заорал Дарр, распаляясь.

– Ты, прежде всего, эламир! Твой отец был эламиром.

– Быть того не может!

– Если бы ты был полностью вампиром, ты бы не смог произвести на свет ребенка!

– Чушь собачья!!! Мне помогли заклинанием!!!

– Никакое заклинание в мире не способно оживить то, что мертво!!! – зашипел Каин. – Эламиры могут оставлять потомство, а вампиры никогда!!! Заклинание лишь сняло с тебя те путы, что сдерживали в тебе способности эламира!!!

Даррен бессильно опустил кол.

– Ты лжешь…

– Мне нет в этом смысла…

Молниеносный вихрь подхватил его, сбив с ног и распластав в снегу. Даррен лишился своего оружия.

Вихрь превратился в Еву. Она успела выбраться из–под снега, и ее глаза победоносно сверкали.

– Ты проиграл! – зловещим голосом сказал Каин.

Ева склонилась над ослабленным первовампиром, подавая ему руку.

– Вот и хорошо, я…

Каин захлебнулся кровью, выплеснувшейся из его рта. Медленно опустил он голову и увидел, что маленькая детская ручка Евы сжимает тот самый кол, вонзенный в его сердце.

– Ева… зачем?.. – шепнул он сереющими губами.

Но взгляд маленькой девочки был не по–детски холоден, это был взгляд убийцы.

– За мою жизнь, – просто ответила Ева, и вонзила кол еще глубже.

Глаза Каина закатились, кожа вздулась синими венами и посерела.

Хладнокровная маленькая вампирка вырвала сердце из груди первовампира.

… наконец–то взошло солнце, и сердце Каина, не защищенное силами своего хозяина, вспыхнуло оранжевым огнем, сгорая навеки.

Ева не сказала ни слова, а пошла вниз по белоснежному покрову, туда, где находился их вертолет.

Потрясенный Даррен вернулся к Джеймсу.

– Как ты? – заботливо спросил он, обнимая друга за плечи.

– Как Лианна? – спросил Джей слабым еще, но немного окрепшим голосом.

В этом был весь Джеймс. Мысли о себе отходили на задний план, на переднем оставалась Лианна.

Внезапно только что до Даррена дошло, что возвращение Джеймса может плохо повлиять на Лианну. А точнее, он может отобрать ее у него.

– Нужно освободить остальных, – сказал Дарр. – Думаю, эламирам не очень нравиться сидеть под снегом.

Но это был лишь повод не смотреть Джеймсу в глаза. Голова его была битком набита мыслями.

Заклинание Пандоры сняло с него путы? То есть теоретически, он теперь всегда сможет иметь детей? Даррен ужаснулся, представив, сколько же возможных маленьких Дарренчиков разгуливает сейчас по свету.

Значит, те несколько дней, что они провели с Лианной у эламиров, она вполне могла… могла…

Она все слышала, поэтому не было нужды говорить вслух, но по ее выражению лица Даррен не мог прочесть ответ.

– Побудь с Джеймсом, а я пока откопаю остальных.

Вампир принялся за дело, и через некоторое время вся дрожащая замерзшая компания оказалась на поверхности.

– Что произошло?

Эламиры не обладали тонким звериным слухом, поэтому Дарру пришлось все рассказывать.

– Ева… – Авель задумался. – Я всегда подозревал, что она не может быть ему преданной за то, что он обратил ее в столь юном возрасте.

– Она отомстила ему.

– Да.

– А что с остальными?

– Не думаю, что они будут большой угрозой. Каин держал всех в страхе, и сейчас они, скорее всего, надолго исчезнут, разделившись.

– А Ева?

– Она тем более. Думаю, ей хочется расслабиться.

– А мы? – Даррен неустанно задавал вопросы, не забывая вместе с этим растирать щеки недовольной этим действием Кире.

– А мы отправимся домой.

– Вообще–то я имел в виду себя и свою семью, – деликатно заметил вампир.

– А вы возобновите свою полную переживаний и волнений жизнь.

– То есть мы вам больше не нужны?

– Нет.

– И даже не отблагодарите нас никак?! – возмутился Даррен.

– Ну, думаю, спасение твоего друга было достойной благодарностью.

– Я жизнью рисковал ради вас!

– Но, как оказалось, напрасно. И откуда он только мог знать, что ты наполовину эламир? – озадачился Авель.

– Понятия не имею. Очень мило, что ты не счел нужным сказать мне об этом. Я не мог убить Каина. И ты знал об этом с самого начала. Но все равно заставил меня сделать это. В чем смысл, Авель? Что тебя дала бы моя смерть?

– Да, я ошибся… – признал Авель. – Ты был наполовину вампиром, и я был уверен, что ты сможешь убить его.