Избранницы тьмы. Ужин с вампиром - Эбигейл Гиббс

— Он выпил ее слишком много, — резко ответил Каспар, от водя глаза.

Кровь подсыхала, запекаясь на груди и шее. Я хотела ее вытереть но Каспар схватил меня за руку.

__ Позволь мне. — Он опустил голову к моей шее и принялся облизывать ее, постепенно подбираясь к груди. Неторопливо слизывая струйки крови, он смаковал все до последней капли. Его руки начали ласкать меня снова.

— Черт, да ты хорош, — выдохнула я, не думая, что он услышит.

— Знаю. — Принц усмехнулся, его губы постепенно опускались все ниже и ниже, пока он не оттянул верх моей футболки в сторону, добравшись до лифчика.

Я застыла.

— Каспар. — Он проигнорировал меня. — Каспар! — Я оттолкнула его своей здоровой рукой, стараясь сдерживать слезы.

Он посмотрел на меня и нахмурился.

— Что?

— Не делай этого, — я запнулась, все еще сдерживая слезы.

— Почему?

От его непонятливости во мне что-то надломилось, и я зарыдала. Я показала на свои шрамы, гнев и боль переполняли меня, но страх затмевал их.

— Меня почти изнасиловали несколько дней назад. Как ты сам Думаешь — почему?

— Ты вроде была в порядке, — сказал он, нахмурившись.

— Я чуть не умерла! Да, я сама во всем виновата, и я должна была послушать тебя, и я была полной идиоткой, но мне и так очень плохо! А теперь Фабиан ведет себя как последний дурак, а мне очень страшно. Я боюсь, что со мной что-то случится, или с моей семьей, или с человечеством, или с тобой! Или с твоей семьей! Я не хочу, чтобы мой отец причинил кому-нибудь вред. Я не хочу войны! — Слезы хлынули из моих глаз, я была не в силах продолжать.

Ошеломленный Каспар смотрел на меня, как на диковинное существо, к которому следует относиться с крайней осторожностью.

— Тебе даже нечего сказать, — продолжала я, всхлипывая. — ты глупый, высокомерный, заносчивый, бессердечный принц-вампир! — Я била его в грудь, пытаясь сделать больно.

Он крепко обнял меня, приговаривая: ~~ Прости меня!

Одной рукой он обхватил меня за талию, а другой нежно гладил волосы, пока я горько плакала у него на груди.

Прошла, наверно, целая вечность, прежде чем я, успокоившись, отстранилась от него и вытерла слезы.

— Прости, — пробормотала я, смущенно глядя в пол. Терять самообладание перед Каспаром уже вошло у меня в привычку, от которой пора было избавляться.

Он пожал плечами в ответ, как будто рыдающие у него на руках девушки — обычное дело.

— Не волнуйся, Эштон найдет Илту, и тебе больше никогда не придется его бояться. Но с остальными проблемами ты должна разобраться сама.

— Спасибо за помощь, — пробормотала я с сарказмом. Принц усмехнулся, снова приближаясь ко мне.

— Признайся, что тебе понравилось. — Он прислонился лбом к моему лбу, и на его лице появилась характерная ухмылка, которая украсила его и без того совершенное лицо.

— Нет, не понравилось, — заупрямилась я, толкая его в живот. Он даже не моргнул.

— Лгунья, — выдохнул мой внутренний голос, и я отметила его зловещий тон, словно я действительно солгала.

Каспар вдруг отстранился, на его губах заиграла ухмылка, обнажая кончики сверкающих клыков.

— Все равно я тебя соблазню в один прекрасный день, Виолетта Ли, — вздохнул он.

Я закрыла глаза, посмеиваясь.

— Мечтать не вредно!

— Мечтают фантазеры.

Я медленно подняла веки: он смотрел на меня, его губы рядом с моими. Мы дышали в такт; он прижался ко мне, выставив руки по обе стороны от моей головы.

Неожиданно Каспар отодвинулся, махнув головой в сторону двери.

— Кто-то идет.

В его мимолетном взгляде на меня я прочитала тревогу и разочарование, и мое сердце затрепетало. Принц обхватил меня за талию и кинул на кровать; я на удивление удачно приземлилась на мягкую постель. Уходя, он бросил на меня еще один взгляд. Я знала Каспара достаточно хорошо, чтобы понять его значение: никог-

да никому не говори.

Шаги приблизились к моей двери, скрипнули половицы, вызвав

у меня приступ паники. Шторы развевались на ветру в открытом окне, но оно захлопнулось, когда в дверь вошел Фабиан.

Я нахмурилась, но тут же улыбнулась, как только он присел на край моей кровати.

— Ты в порядке? Я слышал шум.

— Все хорошо. Шум?

— Да, это было похоже на разговор, какие-то мольбы. Надеюсь, тебе больше не снились кошмары? Кстати, почему ты еще не спишь?

— Ах да. Похоже, мне опять приснился кошмар, — сбивчиво сказала я, надеясь, что он поверит наспех придуманной отговорке.

— Снова про того вампира? — Я отрицательно покачала головой. — Что-то случилось? Ты вся горишь.

— Г-горю? — заикаясь, произнесла я, ощупывая свое лицо. Щеки были теплыми, ладони немного вспотели.

— Хочешь поговорить? — спросил Фабиан нежно, и меня охватило чувство вины.

— Все в порядке, правда, — мой ответ прозвучал грубее, чем хотелось.

Он немного прищурился, но потом сделал вид, что верит. Наступила тишина, во время которой я очень хотела, чтобы он ушел, боясь, что он может догадаться, с кем я вела «разговоры». Прошло несколько минут, прежде чем он произнес:

— Виолетта, я должен извиниться за то, что наговорил. Это бы жестоко и эгоистично с моей стороны. Знаю, что ты прошла через ад, и не хочу расстраивать тебя еще больше. — Фабиан покачал головой, и мое сердце немного растаяло, когда я увидела подлинное раскаяние в его глазах.

— И я знаю, что ты откажешь Каспару, если он когда-нибудь захочет твоей крови или секса с тобой. Ты достаточно сильная, чтобы не позволить ему соблазнить тебя, Мои губы раскрылись, и я немного откинулась назад. Несколько секунд мои глаза были прикованы к окну

. ~~ Виолетта?

Я повернулась к Фабиану и поняла, что все это время он наблюдал за мной. Чувство вины снова охватило меня. Я не могу позво лить ему извиняться за то, что не является правдой. За то, что стало неправдой всего несколько минут назад.

— Да кто ты такая, великая мученица? — зловеще прошипел

внутренний голос.

— Фабиан, ты не должен извиняться. Ты был зол, все мы иногда

говорим и делаем глупости. Я-то уж точно.

— В этом и проблема. Я злился на тебя, потому что у тебя нет ко мне чувств. Это неправильно. Пожалуйста, скажи, что мы сможем остаться друзьями!

Я растерялась, не зная, что ответить. Потом кивнула, заикаясь на каждом слове:

— Д-да, к-конечно.

Он обнял меня своими мускулистыми руками, крепко прижимая к себе.