Подземная канцелярия - Сергей Мусаниф

— Ну, хотя бы премированным, — сказал Скагс. — Итак, ваш выбор?

— А у меня есть выбор?

— Выбор есть всегда, — сказал Скагс. — Я делаю предложение, но я не настаиваю. Если вы откажетесь, я могу вернуть все, как и было до моего прихода. И эти личности, спокойно отдыхающие в прихожей, снова будут трезвонить в вашу дверь.

— Или?

— Или миллион долларов, благовидный предлог для того, чтобы не идти в армию, и «феррари».

— А как я родителям все объясню?

— Поверьте, — сказал Скагс. — Человеку, у которого есть миллион долларов, не надо никому ничего объяснять.

— Вам легко говорить, — сказал Леша.

Скагс сунул руку в карман, достал сигарету, это было «Собрание черных русских», отметил Леша, и прикурил ее, приложив кончик сигареты к подушечке указательного пальца.

— Удобно, — заметил Леша.

Скагс не стал утруждать себя ответом. Курил он как-то странно, на Лешин взгляд. Затягивался дымом, потом делал выдох, но дым из внутренностей демона уже не выходил. И, когда он стряхнул пепел, комочек, сорвавшийся с сигареты, просто растаял в воздухе, не пролетев и половины расстояния до пола.

— А она точно не будет ломаться? — спросил Леша, и Скагс понял, что победил.

— Совершенно точно, — сказал он. — У наших машин пожизненная гарантия.

— Я хочу посмотреть на деньги, — сказал Леша.

— Извольте.

Скагс переложил сигарету в левую руку и щелкнул пальцами правой. В тот же миг на столе, прямо перед Лешиным носом, оказался довольно солидных размеров кожаный чемодан. На боку его была прилеплена бумажка: «ПК. Для производственных расходов. Один миллион американских долларов».

— Что такое ПК? — спросил Леша. Ему было интересно, что это за место, где такие чемоданы водятся.

— Подземное Казначейство, — пояснил Скагс. — Откройте, будьте любезны.

Леша открыл. В чемодане были пачки стодолларовых купюр нового образца, со съехавшим набок и чуть увеличенным портретом президента. Купюры выглядели свежими, но уже побывавшими в употреблении. Леша вытащил пачку наугад и пролистал. Не кукла.

— Настоящие?

— Самые что ни есть, — сказал Скагс. — Если у вас какие-то сомнения, можете сходить в ближайший обменный пункт, я здесь подожду.

— Да нет, чего уж там, — сказал Леша. — Здесь всё?

— Всё, — подтвердил Скагс. — Пересчитывать будете?

— Не буду, — решил Леша. — А машина?

— Выгляните в окно.

Леша осмотрел двор с высоты девятого этажа. Долго искать не пришлось. Прямо у его подъезда стояло ярко-красное чудо техники, собранное лучшими итальянскими мастерами, ныне пребывающими в аду.

— И не ломается?

— Нет.

— Согласен, — сказал Леша. — А все-таки как вы ситуацию вот с этими типами разруливать будете?

Скагс посмотрел в указанном Лешей направлении.

— Легко разруливать, — сказал он. — Только сначала нам нужно закончить с кое-какими формальностями.

— А… — сказал Леша.

Перед его глазами, прямо на пачках зеленых купюр появился лист бумаги.

— Договор, — сказал Скагс.

— А чего такой короткий?

— Стандартная форма, — сказал Скагс.

— Второго экземпляра нет?

— Только наш, — сказал Скагс. — Вам он без надобности.

— А если потеряете?

— Не потеряем, — заверил Скагс. — За все тысячелетия существования нашего ведомства таких прецедентов еще не было.

— Как знаете, ваши проблемы, — сказал Леша. — Чем писать-то?

— Как обычно, — сказал Скагс.

— Это кровью, что ли?

— Формальная процедура.

Леша поднял лист бумаги и увидел под ним булавку. Древнюю, архаичную, похоже, медную. Она потускнела от частого использования, на вид ей было лет двести.

— И сколько народу до меня ею кололось?

— Все стерильно, — сказал Скагс. — Фирма гарантирует.

— СПИДа не подцеплю?

— Ни в коей мере.

— А какой другой заразы?

— Шеф упаси, — сказал Скагс. — Решайтесь. Я должен вас предупредить, что вы все еще можете отказаться.

— Чего уж тут, — сказал Леша и уколол большой палец.

Появилась небольшая капелька крови.

Булавкой Леша нацарапал внизу страницы свое имя, поставил подпись и дату. К его удивлению, крови в булавке хватило, словно с одного укола она насосалась, как пиявка.

Как только Леша поставил подпись, и договор и булавка исчезли.

— Дело сделано, — сказал Скагс.

— Что, уже все?

— Да, с момента подписания договора ваша душа становится нашей собственностью, — сказал Скагс.

— Хм, — сказал Леша. Никаких изменений в своем состоянии он не чувствовал, потому подумал, что сделка оказалась выигрышной. — А эти парни в прихожей?

— Предоставьте это дело мне, — сказал Скагс, поднимаясь с дивана. На его лице была довольная усмешка.

Он подошел к Компостеру и участковому, мирно посапывающим в прихожей, и коснулся их лбов, только теперь ужe не указательным, а средним пальцем, тем самым, что принято показывать неприятным вам людям.

Компостер тут же открыл глаза и вскочил на ноги.

— Чего разлегся?! — прикрикнул он на участкового.

— Да я… что-то… как-то…

— Не мямли, — сказал Компостер. — Дело у нас. Кто тут Алексей?

— Я Алексей, — сказал Леша, спиной загораживая разложенные на столе бабки.

— Вынужден вас разочаровать, — сказал Компостер. — Понимаю, как вам будет тяжело, как вы хотите отдать последний, тьфу, священный долг Родине и так далее, но… Вот.

И он протянул Леше раскрытый военный билет.

Первое, что бросилось Леше в глаза, была его фотография, которой он не помнил, и его фамилия под фотографией. А потом он рассмотрел сделанную каллиграфическим почерком надпись «Не годен».

— Вы уж извините, — сказал Компостер. — Мы пойдем. Еще раз выражаю свои сожаления.

— Ничего, — сказал Леша. — Я как-нибудь это переборю.

— Уж вы постарайтесь, — сказал участковый. — Будьте мужчиной, держите себя в руках.

— Да, — сказал Леша.

— Постарайтесь не чувствовать себя неполноценным человеком, — сказал Компостер.

Они ушли.

— И какой у меня диагноз? — подозрительно спросил Леша.

Один его знакомый дал денег врачу, чтобы тот его отмазал, и заимел в личном деле диагноз «вялотекущая шизофрения». Понятно, что после этого ни водительских прав получить, ни на приличную работу устроиться знакомый уже не смог.