Аллоды. Все корабли Астрала - Роман Афанасьев

– Что? – изумился Винсент. – Что ты такое говоришь, Эрик?

– Нас просто заманили поближе к демону, – сухо отозвался Резак. – Сигнал был. Но никаких обломков, никаких признаков нападения. Кто-то пустил сигнал и быстро удрал. А мы пошли на сигнал и напоролись на демона.

– Ты думаешь, это был Глок? – сипло спросил Гордей.

– Больше некому, – мрачно отозвался Эрик. – Корабли есть только у гибберлингов, и про сигнал бедствия знаем только мы. Ну кто еще? Только он.

– Это многое меняет, – многозначительно произнес Винсент. – Ты понимаешь, о чем идет речь?

– Да, – отозвался гибберлинг. – Но я не смогу его обвинить перед советом, Винс. Никаких доказательств. Только то, что его корабль пришел в гавань незадолго до нас. Но тогда же пришло еще несколько кораблей.

– Понятно, – отозвался Винсент. – Жаль, что так получилось.

– Этот негодяй способен на все, – произнес Эрик. – Сидите тихо. Ясно?

– Да ясно, – буркнул Гордей. – Уже поняли.

Резак еще раз бросил на него сердитый взгляд и удалился к двери. Она была уже приоткрыта, и Сиг сквозь щелочку общался с очередным визитером. Когда Эрик подошел к двери, ее распахнули пошире, и Резак включился в тихий разговор.

Гордей, проводив взглядом своего мохнатого друга, обернулся к Винсенту, задумчиво смотрящему в стену.

– Ты знаешь, кто такой Глок? – напрямую спросил он.

– Слышал о нем, – отозвался эльф. – Они с Эриком давно враждуют.

– Почему? – спросил охотник. – Ты знаешь?

– Далеко не все, – со вздохом признался Винсент. – Эрик вроде вел с ним какие-то дела, но потом перестал, когда понял, что Глок Ползунов и его сторонники рвутся к власти. Они всячески поддерживают на словах идею поиска Исы. Говорят, что нужно идти дальше и ни в коем случае не следует дружить с людьми и эльфами. Говорят, что гибберлинги избранный народ, и его жизнь – вечный поиск райского места рождения. Этими речами он завоевал много сторонников, гибберлинги очень трепетно относятся к идее поиска Исы. Можно сказать, с религиозным пылом. Понимаешь?

– Вроде того, – осторожно ответил Гордей, который на самом деле мало что понимал. – А хадаганцы тут при чем?

– Глок, как я понимаю, установил с ними контакт, – задумчиво пробормотал Винсент. – Кажется, он стал послом к хадаганцам, а Тир – к канийцам. Еще мой отец предостерегал совет от опрометчивых поступков, но его не послушали. Собственно, после этого наши отношения с гибберлингами и стали прохладными.

– Да уж, наверное, – буркнул Гордей. – Эльфы же против Империи, да?

– Дело не только в Империи, – терпеливо произнес Винсент. – Пойми, гибберлинги сейчас строят новое общество. И если в лидеры выбьются такие, как Глок, ничего хорошего не будет. Он просто хочет стать вождем гибберлингов и готовит для этого почву. Этого не получится. Гибберлинги слишком свободолюбивы и не примут единого властителя, как это сделали бы люди. Или эльфы.

– А он что, не понимает? – возмутился Гордей. – Даже мне ясно, что такой шебутной кодлой нельзя управлять!

– Не хочет понимать, – буркнул эльф. – Его ослепляет жажда власти. Он вояка, драчун, он действительно верит, что кто сильнее, тот и прав. Хадаган для него – образец для подражания. Он не сможет удержать власть над гибберлингами, даже если ее получит. Он все развалит. Это будет трагедия. Этот народ может погибнуть.

– Вот подлец, – возмутился Гордей. – Но ведь не все же за него?

– Не все, – согласился Винсент. – Многие поддерживают Эрика. Но опять же не все. Эрик – смутьян и баламут. И то, что он остался жить, когда его братья погибли, не добавляет ему популярности. Многие гибберлинги считают его сумасшедшим. Чокнутым. И не пойдут за ним.

– Так что же делать? – Гордей расстроился. – Просто ждать?

– Надо убедить совет, – сказал Винсент. – Этим сейчас мы все и занимаемся. Пока большинство старост не видят выгоды в союзе с Канией. Но они пока и не склоняются к союзу с Хадаганом. Мнение совета будет решающим, большинство гибберлингов примет его. Но каким будет это мнение…

Гордей сглотнул и бросил взгляд в сторону Эрика, все еще беседующего в дверях с очередным гонцом. Сколько они будут так сидеть? Час, два? День?

– Мой отец не хотел вмешиваться в судьбу другого народа, – пробормотал Винсент. – Говорил, что это их выбор и мы не можем решать за них.

– Да ну, – отмахнулся Гордей. – Я бы вмешался. Эрику надо помочь!

– Я тоже хотел помочь, – еще тише сказал Винсент. – Наверно, в глазах моих братьев и я – безумец вроде Эрика.

– Как-то сложно все у вас, – охотник насупился. – Тут все ясно: друзьям надо помогать, а врагов гонять.

– Устами младенца, – пробормотал эльф. – Ладно. Будем ждать.

Винсент отодвинулся в сторону и тут же склонился над своими бумагами, давая понять, что разговор окончен. Гордей с сожалением глянул на него, но ничего не сказал. Он уже знал, что когда Винсент в таком мрачном настроении, то разговорить его невозможно.

Бросив взгляд на дверь, охотник увидел, что в комнате остались только братья Сига Быстрых. Сам капитан и Эрик вышли в коридор. Все при деле, все заняты, одному ему делать нечего.

Обиженный Гордей обхватил колени руками, вжался спиной в теплую деревянную стену и стал вспоминать родной лес. Чтобы он делал там сейчас? Шел бы по следу оленя? Тащил бы с отцом кабана в деревню? А может, там уже вечер, и можно походить у колодца, послушать, какие глупости говорят девчонки о соседских парнях? А там, может, зацепился бы языком с Вестой. Похвалил бы ее новое платье, а она бы в ответ высмеяла его взлохмаченные волосы. Или еще какую гадость бы сказала, она такая. А может, дома уже поздняя ночь. Тогда можно забраться на чердак, через него выбраться на крышу, лечь на теплую после летнего дня солому и смотреть на бесконечно далекие звезды…

Гордей и сам не заметил, как задремал.