«Гремя огнем». Танковый взвод из будущего - Вадим Полищук

— Чем порадуете, Александр Эдуардович?

Председатель комиссии выложил на министерский стол пухлую папку, нашел нужный лист и начал оглашать заключение. Как оказалось, за столь короткий срок был проделан весьма большой объем работы. Даже имея рекомендуемый образец, комиссия успела рассмотреть несколько вариантов головной части пуль и определить безопасное давление в канале ствола винтовки.

— Таким образом, к принятию на вооружение рекомендуется пуля с радиусом оживала две целых сто сорок две сотых дюйма, массой девять с половиной грамм. Также рекомендуется увеличить диаметр пули до трех и одной десятой — трех и двенадцати сотых линии и выполнить коническое углубление в донной части пули высотой сто шестьдесят пять сотых дюйма.

— Указанные изменения соответствуют представленным мною образцам? — прервал генерала Редигер.

— Так точно, Ваше высокопревосходительство. И посадку в гильзе также решено сократить до двух линий с применением дополнительного обжима, что обеспечивает лучшую герметизацию заряда в гильзе. Вот только…

Председатель комиссии замялся.

— Продолжайте, Александр Эдуардович.

— Представленные Вашим высокопревосходительством патроны изготовлены со стальной латунированной оболочкой, покрытой лаком. Такой способ изготовления не предполагает долгого хранения патронов.

— Сколько? — поинтересовался министр.

— Два-три года, не больше. Мы тоже пробовали применить стальную оболочку, но наши опыты не увенчались успехом. Твердая оболочка разрушается, забивая нарезы.

— И что вы предлагаете?

Прежде чем ответить, Керн выдержал паузу.

— Оставить прежнюю технологию производства пуль с оболочкой из мельхиора, Ваше высокопревосходительство. Толщину оболочки увеличить до восемнадцати — двадцати тысячных дюйма, иначе пуля может сорваться с нарезов.

— Пусть будет так, — согласился Редигер. — И каков итог?

Керн достал другой лист и зачитал решение:

— «Все произведенные испытания, проверенные опытами, выяснили преимущества нового патрона в отлогости траектории, дальности и пробивной способности и указали на возможность введения его в войска при условии некоторых изменений в винтовках, которые могут быть выполнены одновременно с переделкой прицелов».

Выждав паузу, председатель продолжил:

— Вместе с тем «произведенные работы по усовершенствованию образца винтовочного патрона не могут считаться окончательными, так как Комиссия продолжает различные испытания, которые могут привести к дальнейшим улучшениям качеств новых патронов; по имеющимся сведениям, и другие государства не останавливают работ по их усовершенствованию».

— И с этим согласен, Александр Эдуардович, продолжайте работу. Теперь вашей основной задачей становится опробование и изготовление бронебойно-трассирующей и трассирующей пуль.

— Будет исполнено, Ваше высокопревосходительство.

— И со сроками не затягивайте.

— Так точно!

Уже направившись к выходу из министерского кабинета, Керн вернулся обратно:

— Ваше высокопревосходительство, разрешите еще один вопрос?

— Задавайте, — разрешил министр.

— Донце у гильзы делать плоским или сферическим?

Редигер взял паузу на обдумывание.

— А на представленных образцах какое было?

— Плоское, с фаской.

— Делайте плоское, — решил министр.

После ухода Керна министр задумался. Хлопот с этой автотракторной ротой было немало, да и расходы на нее шли немалые, хватило бы на целый пехотный полк. С другой стороны, новую пулю, считай, приняли на вооружение чуть больше чем за полгода. А если бы не образцы, попавшие в Маньчжурию вместе с потомками, провозились бы года два, не меньше. Кстати, а как там дела у оружейников? Опытный образец уже должен быть готов, но что-то ничего о нем не слышно.

— Чего там этот французишка лопочет?

— А черт его знает!

Голова Ерофеева показалась из-под кабины.

— Разобрался?

— Ага. Да отстань ты, — отмахнулся Иваныч от французского механика, пытавшегося что-то объяснить ему на своем родном языке. — Значит, так: зажигание здесь конденсаторное, опережение выставляется этим рычажком, сюда — больше, туда — меньше. Ну что, пробуем?