Злая судьба - Глен Кук

– Судя по письменному отчету, – сказал ещё кто-то, – нам следует подыскать учителя для полковника. Его почерк и грамматика вызывают отвращение.

– Он солдат, – ответил герцог, – и со своей работой справляется отлично, если не считать нападения на подручных Рагнарсона. Но и здесь скорее вина Нората, а не полковника.

– Что-то было сделано не так? – поинтересовался старый Кармин.

– Покушения на Лиакопулоса и Абаку не удались. В обоих случаях жертвы сумели перебороть убийц. Лиакопулос, несмотря на ранение, убил одного из нападавших, а двух оставшихся отделал так, что их пришлось уничтожить. Абака прикончил всех трех, не получив при этом ни царапины.

– Может быть, Норат прислал нам залежалый товар? Убийц второго сорта? Не стоит ли нам предъявить жалобу?

– Я уже сделал это. Через голову Нората. Мне сказали, что в провале его вины нет. Убийц он творил без особой фантазии, так как мы не сообщили, что их потенциальные жертвы являются первоклассными бойцами.

– Но это означает, что мы впустую растратили две трети своих ресурсов. Как мы можем изолировать Рагнарсона, не устранив его приближенных?

– Я также поднял этот вопрос и получил заверения в том, что нам будет оказана необходимая поддержка. Правда, при условии, что мы со своей стороны сможем продемонстрировать некоторые успехи. В определенных кругах это предприятие считается весьма рискованным. Потенциальные выгоды не компенсируют опасности, связанной с преждевременным разоблачением. Если мы действительно хотим получить помощь, то наши люди, находящиеся в гуще событий, должны продемонстрировать яркие, заметные для всех достижения.

Герцог поднялся из-за стола, пересек зал и открыл боковую дверь. Из неё вышел невысокий, толстый и лысый человек в черной, подпоясанной веревкой рясе. На веревке болталось множество миниатюрных черепов. Лицо человека имело нездоровый желтый цвет, а когда человек улыбнулся, то стали видны его гнилые зубы.

– Я попросил Бабелтоска посетить наше собрание, – сказал герцог. – Его наблюдения представляют для нас определенный интерес. Присаживайтесь, Бабелтоск. У вас есть что добавить?

Чародей погладил череп, очень похожий на детский, и начал:

– Значит, так. Начнем с женщины. Создается впечатление, что она действует не очень охотно. – Голос чародея был таким скрипучим, что у всех, кто его слышал, волосы вставали дыбом. – У полковника есть свои недостатки, но он не допускает того, чтобы они мешали его деятельности. Вопреки вашему мнению, Дейн, Рагнарсон, Вартлоккур и Требилкок исполнены подозрений. Они не знают, где таится опасность, и поэтому часто совещаются друг с другом. Если они суммируют свои знания, то может выясниться, что им уже известно больше, чем следует.

Герцог недовольно фыркнул и, обведя взглядом советников, спросил:

– Что скажете на это, господа?

Ответа не последовало.

– Что еще, Бабелтоск?

– Какой-то человек в Форгреберге находится в контакте с командующим Западной армией Шинсана.

– Кто именно?

– Не знаю. Вокруг замка Криф возведена внушительная магическая защита. Но я располагаю кое-какими относящимися к делу разведывательными данными. Рагнарсон намерен поддержать попытку Мглы свергнуть Куо Вен-чина.

– Важная новость. Как вы считаете?.. Полковник не сообщает об этом, впрочем, так же как и о существовании агента с востока. Вполне вероятно, что просто не знает.

– Для доставки сюда донесения из Форгреберга, Дейн, требуется время. Полковник может сообщить лишь о том, что ему было известно к моменту отправления курьера.

Герцог недовольно пожевал губами – Бабелтоск, похоже, стал себе слишком много позволять.

– Не надо ли нам предупредить лорда Куо? Не должен ли полковник действовать жестче, пока Рагнарсон занят планами Мглы?

– Нет, – ответил герцогу Бабелтоск. – Нападение на Лиакопулоса и Абаку заставили их внимательнее смотреть по сторонам в поисках опасности. Необходимо прекратить все попытки покушения. Нам приходится иметь дело с самим Вартлоккуром и его Нерожденным. Один неверный шаг может погубить все. Прикажите ему быть ниже травы и тише воды, если, конечно, он не чувствует возможности скорого и большого успеха.

Скрипучий голос Бабелтоска настолько выводил всех из себя, что герцог решил прикончить чародея, как только осядет пыль.

– И не вступайте в контакт с Куо. Пусть карты лягут так, как предназначено Роком. В конечном итоге все интриги в Шинсане для нас не имеют большого значения. Ведь не хотите же вы создать союз, который позже заставит вас мучиться и от которого будет не просто избавиться?

– Хватит, Бабелтоск, – сказал герцог. – Возвращайтесь к своей работе. – В глубине души он был согласен с чародеем. Семейство уже заключило много сомнительных союзов.

Бабелтоск ушел, но его походка говорила о том, что он оскорблен этим изгнанием.

Да, от него надо определенно избавляться, подумал герцог. Колдун слишком амбициозен, и это сулит неприятности.

– Он начал о себе слишком много мнить, Дейн, – сказал кто-то. – Не спускай с него глаз.

– Само собой. И еще. Наши люди сообщают из столицы, что король нами заинтересовался. Дело в том, что мы ведем себя слишком тихо. Мортин, ты там бываешь чаще других. Осчастливь монарха, сотвори какую-нибудь пакость. На сегодня, господа, все.

Все цепочкой потянулись к выходу, а герцог остался сидеть за столом. Все шло примерно так, как надо. И это вызывало у него беспокойство. Он не привык к тому, чтобы его семейству сопутствовала удача. Герцогу казалось, что Рок, усыпляя его бдительность, втайне готовит страшный удар.