Проект «Оборотень» - Андрей Земляной

– Да, – немного растерянно подтвердил Виссои Холар. – Но что-то не так. – Он виновато поднял глаза. – Не могу понять что.

– Он только хотел поговорить с вами, – раздался со стороны дальних дверей старческий надтреснутый фальцет.

– А это еще кого принесло? – я рывком обернулся.

– Заместитель директора Института проблем генной инженерии Вячеслав Федорович Заславский к вашим услугам.

Хмуро и молча я рассматривал подонка, учинившего очередной конец света в одном отдельно взятом месте. Надо сказать, выглядел подонок достаточно презентабельно, если не сказать больше. Прекрасный костюм под белоснежным, идеально выглаженным халатом, начищенные до блеска ботинки. Венчало все это великолепие благообразное лицо с аккуратно приглаженным венчиком седых волос.

– И о чем же хотел побеседовать со мной этот на редкость симпатичный зверек? – проникновенно спросил я.

– Вы разрушитель, – печально произнес Заславский. – Они тоже. Вам наверняка есть, что обсудить.

– Власть, славу, богатство, нужное подчеркнуть… – печально подытожил я.

– Вот, вот, – оживился бывший зам бывшего директора. – Они могут многое предложить.

– Предложить блага, действительные до поры, пока этот мир не рухнет? – Я и вправду заинтересовался этим экземпляром.

– Ну, на ваш век хватит, – уверенно заявил мой визави.

– А на ваш? – Жнец в моих руках слегка запульсировал и «потек», принимая новую форму. – Или уже все демоны обрели оболочку, и мне не стоит надеяться на вечную жизнь?

Заславский неуловимо изменился и слегка подобрался. Неуловимо, это, конечно, на взгляд обывателя. А на мой взгляд, и на взгляд профессионального бойца, он приготовился к броску. Я решил немного «подбодрить» его.

– Кстати, ваш образ не очень соответствует психологии людей. Оболочка, воссозданная вами, слишком хороша. Отсутствует реализм.

– ?

Лицо Заславского выразило крайнюю степень непонимания.

– Смотрите, – я, не выпуская его из поля зрения, кивнул подбородком вперед. – Ваши ботинки. Вокруг пыль и грязь, а обувь – словно только что из магазина.

Заславский опустил глаза вниз, и в этот момент его рука с отрастающими по дороге когтями рванулась в мою сторону. Я лишь слегка подправил ее маршрут лезвием меча, и оставляя дымный след, она улетела куда-то под столы.

Лицо моего собеседника приняло немного обиженное выражение и вместе с головой отделилось от тела.

Пару секунд я слушал пространство вокруг, но все было тихо. Только вой, к которому я уже успел привыкнуть, стал громче. И ближе.

Молча я метнулся к стене, из-за которой, по моему мнению, раздавался этот звук, и несколькими взмахами разрезал стену Жнецом.

Бетон брызнул из-под лезвия, словно вода, и большой кусок с грохотом рухнул мне под ноги, открывая черный провал. Небольшой мячик химического осветителя тоненько хрустнул в руках и озарился мягким зеленоватым заревом. Я стянул с него защитную оболочку и метнул в провал. Когда я осторожно заглянул в дыру, меня поджидал настоящий сюрприз. Прилипший к стене шарик высветил небольшую комнату и десяток пар огромных глаз на детских чумазых личиках. Дети лежали вповалку на каких-то рваных тюфяках и напряженно смотрели на меня.

Я хотел что-то сказать, но горло перехватило судорогой. Вместо этого я стянул с головы шлем и махнул рукой Марджан и Холару.

В четыре руки они мгновенно перетаскали детей в зал и стояли молча, ожидая моего решения.

Я просто обязан был, выполняя приказ командования, оставить здесь только трупы. И, естественно, не мог этого сделать. А решение было только одно.

Я расстелил на полу карту. Был относительно удачный вариант. За аппаратным залом находился аварийный лифт. Совсем рядом с реакторным отсеком. Из верхней точки, куда приходил лифт, можно было попасть на кольцевую галерею, и оттуда на открытую террасу. Так и сделаем.

Лифт находился на положенном ему месте и, судя по всему, был даже исправен. Только очень мал. В тот самый момент, когда мы грузили первую партию детей, в бронедверь зала «постучали». Звук был такой, словно в стену врезали тараном. Пока лифт ходил туда-сюда, Холар смотался посмотреть, что происходит.

– Еще пара десятков ударов, и они снесут дверь, – спокойно произнес он, когда вернулся.

– Успеем. – Я посмотрел на оставшихся детей.

Хмуро и заторможенно они стояли в ожидании лифта. Я улыбнулся, надеясь на какую-то реакцию, но ничего кроме боли, страха и полнейшей безысходности в их глазах не было.

Неторопливо лифт пошел вверх, увозя оставшихся ребятишек. А дверь тем временем явно доживала последние мгновения.

Не особенно надеясь на успех, я нажал тангенту передатчика. Марджан отозвалась мгновенно.

– Марджан. Мы не успеваем. Уводи детей как можно дальше. У вас пять минут. Ты поняла? Свяжись через своих магистров с кланом кошек. Расскажи им все…

– Да, – глухо отозвалась она.

– Наблюдатель Холар, – я обернулся к напарнику. Можем умереть здесь, а можем продлить агонию. Ты как?

– Лучше, конечно, помучиться, – ответил тот, показав неплохое знание классики русского кино, и неожиданно улыбнулся.