Прейскурант на победу - Валерий Самохин

Секретарь министра взволнованным голосом произнес:

– С моей точки зрения, предложение очень перспективное. Если мы реализуем эту идею, то сможем добиться быстрого роста в аграрном секторе!

– Не торопись, Алеша, – охладил пыл своего помощника Витте. – Процесс не скорый и растянется на долгие годы. Где найти финансирование? Затраты предстоят очень большие. Землевладельцы дворянского сословия примут эту затею в штыки. Что с ними прикажешь делать?

Вопрос повис в воздухе. После продолжительного молчания последовал жесткий ответ:

– Организуем синдикат из нескольких банков и крупных зерноторговцев. Новую технологию испытаем на собственных и арендованных землях и постепенно внедрим и на угодьях крестьянских общин. Дворяне не смогут выдержать конкуренции.

Витте с интересом взглянул на Дениса и неторопливо прикурил очередную папироску. Окутав собеседников ароматным облаком табачного дыма, он спокойным тоном предупредил:

– Взамен голодных крестьянских бунтов мы получим дворянско-помещичье восстание. И государь император будет вынужден отдать нас всех на растерзание. Или использует вместо удобрения.

Шутка прозвучала мрачно.

– Сергей Юльевич, если не взяться за проблему сегодня, то завтра может быть уже поздно. – Голос Путилова звучал возмущенно и требовательно.

Министр рассмеялся:

– Задело тебя за живое. А кто спекулянтов зерновых позором нации называл? Как видишь, есть и такие, кто о нуждах государства печется. – И уже серьезным тоном добавил: – Если мы получим серьезное увеличение урожая, то просто обвалим весь рынок, в том числе и экспортный. Придется нелегко.

Денис согласно кивнул головой:

– Обвалим. Чтобы этого не произошло, необходим государственный интервенционный фонд. Выкупая хлеб по фиксированным ценам в урожайные годы, он удержит рынок от падения; в неурожайные – продавая зерно из запасов, не позволит спекулянтам задирать цены. Если ввести дотации для экспортеров, с помощью демпинга мы потесним многих конкурентов на мировых рынках.

– Поддержка экспорта пробьет большую дыру в бюджете государства. Над этим вопросом вы задумывались? И где найти средства для этого?

– Нагрузка на бюджет будет минимальной. Падение цен и субсидии экспортерам полностью компенсируются возросшими объемами экспорта. В свою очередь, это приведет к росту покупательной способности основной массы населения. Из-за неурожаев последних лет потребительский спрос теряет ежегодно до двухсот миллионов рублей. Следом увеличатся и зарубежные инвестиции.

– Идея хорошая, Денис Иванович, – задумчиво произнес министр. – Но у нас уже идет тарифная война с Германией. Мы закрыли свой рынок от заграничного товара, в ответ они подняли ввозные пошлины на наш хлеб. На этот раз будет точно так же. Боюсь, что особых выгод от экспорта мы не увидим.

– Сергей Юльевич, – вкрадчиво сказал Денис. – Бог с ним, с экспортом. Нам ведь что важно? Чтобы инвестиционный капитал, не только отечественный, но и иностранный, пришел в аграрный сектор. Так?

Дождавшись утвердительного кивка собеседника, он продолжил:

– Мы должны создать синдикат в кратчайшие сроки. Ввести в состав учредителей людей известных не только у нас, но и за границей. В экстренном порядке подключить ученых, но часть исследований заказать в институтах Парижа и Берлина. Желательно, чтобы первые результаты мы увидели уже следующей весной.

Денис промокнул вспотевший лоб и машинально взял в руку карандаш. На поверхности чистого листа с вензелем министерства финансов появились первые штрихи.

– На базе нескольких землевладений проведем посевную, используя самые современные методы и все известные на сегодняшний день удобрения. Если ученые нас не подведут, будет прекрасно. В худшем случае обойдемся и без них. Любыми способами мы должны получить высокий урожай.

Во взгляде министра читался неприкрытый интерес.

– А дальше что?

– Дальше? С середины следующего лета в прессе появятся небольшие заметки о новых открытиях российских ученых в выращивании зерновых культур. Перед самой уборкой это будут уже статьи на первых полосах – не только у нас, но и за границей…

Витте, не дав ему договорить, откинулся на спинку кресла и громко захохотал. Через мгновение к нему присоединился и помощник. Едва отдышавшись, министр смахнул платком невольно выступившие слезы и сказал смеющимся голосом:

– Спекулянт вы, Денис Иванович. Самый обыкновенный спекулянт. Признайтесь, вы просто решили провести в этот раз очередную масштабную игру? Поэтому и в Европе открыли свои филиалы?

Собственная разведка министра финансов на этот раз промахнулась – интересы в Европе были совершенно другими. И самая грандиозная спекуляция была еще далеко впереди. Министр этого знать не мог, но Денис немного обиделся:

– Важен результат, Сергей Юльевич, а не методы его достижения. Главное, что мы добьемся интереса иностранного капитала к российскому хлебному рынку.

Витте вновь рассмеялся:

– А синдикат при этом только акций продаст не на один миллион рублей?

– Не без этого, господин министр, – с самым скромным видом ответил Денис.

– Ладно, будет вам синдикат. Жду от вас, Денис Иванович, полное обоснование этого прожекта. Детали обсудите с Алешей, а я вынужден с вами попрощаться – времени осталось в обрез…

Секретарь министра финансов, приводя в порядок рабочий стол своего шефа, наткнулся на листок бумаги с рисунком, оставленным сегодняшним посетителем. На нем в карикатурном стиле был изображен типичный европейский буржуа во фраке и цилиндре. Стоя на коленях, он с мольбой во взгляде протягивал толстую пачку ассигнаций высокомерному бородатому мужику, облаченному в рваные портки, подпоясанные веревкой…

Денис возвращался домой в приподнятом настроении: к предполагаемым союзникам на мировой арене добавился сильный игрок на родной площадке. Все это представлялось крайне интересным в будущих раскладах. Открыв дверь подъезда, он столкнулся с молоденьким посыльным, бережно несущим в руках красочную картонную коробку с витиеватой надписью: «Механические часы Павла Буре».