Избранная для Альфы - Мария Лунёва

Усмехнувшись, Мстислав положил руки мне на талию. Ловко пропихнув в квартиру вперед себя, вошел сам. Развернулся и демонстративно закрыл дверь. Громко так, с хлопком. Бабушка еще раз бегло взглянула на него и поджала губы.

Она нервничала, и я не могла не заметить этого.

— Ну, Катюша, представишь меня бабушке? — голос моего начальника странно изменился.

Я слышала в нем что-то настораживающее. Нервирующее и чуточку пугающее.

Неуверенно подняв голову, натолкнулась на холодный взгляд ярких зеленых очей, вот только направлен он был не на меня, а на мою старушку. В какой-то момент мне показалось, что Мстислав натурально оскалился и сверкнули внушительные клыки, но стоило моргнуть, как лицо моего начальника стало прежним. Да суровым, но вовсе не звериным.

— Катя, я жду, — напомнил он о своей просьбе.

— Кхм... Ба, это мой... Ну... — как его назвать-то, в голове все смешалось...

— Я знаю кто он, внучка, — тяжело вздохнула бабушка и сделала шаг назад, словно отступая. — Это должно было рано или поздно случится, но я не ожидала, что это будет один из Лютых. Вы, молодой человек, очень похожи и на деда, и на своего отца. Я помню его именно в этом возрасте. Сильный, здоровый волк, вы с ним одно лицо.

— Ба, ну какие волки-то, — шепнула я, ничего не понимая. — Откуда ты знаешь родителей моего начальника? Ты же в городе не была никогда.

— Была, милая. Жила по молодости, а после твоего рождения всего раз и скаталась. На свадьбу родителей.

— Но... Откуда ты знаешь...

— Потом, Кать, — оборвала она меня на полуслове. — Проходи, переодевайся. Ужин уже стоит на столе.

Мне духу не хватило сказать, что мы поели. В небольшом коридоре стало вдруг тесно и душно. На меня смотрел и Мстислав, и бабушка. Они будто ждали, когда я соизволю уйти. Зло психанув, все же сделала, что сказали. Но на пороге в свою комнату не выдержала и обернулась. Мстислав, царственно окинув нашу квартирку взглядом, разулся и без особых приглашений прошагал на кухоньку. Осмотрелся там и без церемоний приземлился на мой стул перед поставленной тарелкой борща.

Бабушка посеменила за ним, что-то недовольно бормоча себе под нос.

Схватив из шкафа домашние вещи, приличнее на вид, завернула в ванну и быстро переоделась. Ополоснув лицо и руки, причесала волосы и поспешила к дорогому, но незваному гостю.

Он и бабуля все так же сидели на кухне и прожигали друг друга взглядом. При этом Мстислав таки нагло поедал ужин. Борщ стремительно заканчивался, а вот аппетит мужчины только рос. Видя это, бабуля поспешила к холодильнику и вытащила оттуда тарелочку с моим любимым салом и солеными огурцами.

— Ешьте на здоровье, Мстислав, — захлопотала она. — У нас гостей практически не бывает, так и с внучкой побаловать некого. Как поживает ваш батюшка? Слышала, годы берут свое, и он отошел от дел стаи и теперь вы во главе.

— Да, уже несколько лет, — кивнул мужчина. — И я передам ему привет от вас. Думаю, он будет рад услышать, что вы еще в добром здравии, Клавдия Никаноровна, хоть и поселение ваше, к сожалению, на грани исчезновения.

Вот так дела! Действительно, знакомцы, выходит. А почему я ни сном, ни духом?

— Ба, — протянула я, все еще толкаясь в проходе на кухню. — А что происходит? Откуда вы знаете друг друга? И о чем...

— Не сейчас, внученька, — вновь грубо перебила она меня. — Позже объясню.

М-да, где-то сегодня я это «позже объясню» уже слышала...

— Ба, — не унималась я, — а почему мне сегодня все и всё обещают разъяснить потом когда-нибудь и, похоже, желательно не в этой жизни? Может, хватит уже? Я же не дура, вижу, что вокруг творится странное. Тут два варианта: или я схожу с ума, или чего-то мне не договаривают. Ты всегда учила меня молчать и следить за речью, и мне казалось это нормальным, но сейчас... Говори уже, что происходит.

Бабуля насупилась, поморщилась и поджала нижнюю губу.

— Ой, вот только не надо придумывать для меня отмазки, — я начинала медленно раздражаться. — Говори уж как есть.

— Это серьезный разговор, Катюш, мы оставим его на потом, — все же попыталась отделаться от моего любопытства бабуля.

Так! Я нагло прошла на кухню, налила себе в тарелку борща, повинуясь внезапно проснувшемуся зверскому аппетиту. Поставила ее с грохотом на стол и уселась на соседний стул рядом с Мстиславом. Еще и успела ухватить последний кусочек сальца с тарелки. Отправив пару ложек супа в рот и прожевав, в приказном тоне заявила:

— Я сегодня сама серьезность! Так что вполне готова к серьезному разговору. Выкладывайте, что происходит в этой квартире. Чего ради высокое начальство интересуется поломойками? Ухаживает за мной, приглашает в рестораны, а после везет домой. А еще и нагло истребляет оставленное мне сало и ест с моей любимой тарелки моей любимой позолоченной ложкой мне же налитый борщ. Что здесь творится?

Неожиданно Мстислав засмеялся.

— Она очень на вас похожа, Клавдия Никаноровна, такая же безрассудно-смелая!

— Она просто не понимает, с кем говорит, альфа, — моя старушка нахмурилась и зыркнула на меня так, словно накричала сверху. — Не серчайте на мою девочку, она даже не догадывается, кто вы.

— Вот и расскажи мне, ведьма, — голос мужчины мгновенно стал суровым и тяжелым. — Как так получилось, что она ничего не знает? Почему я о ее существовании ничего не знаю? Кто позволил скрыть ее и почему? Что она делала с вами в том богами забытом селении? Или сама скажешь, или я доберусь до лешего — пацан молчать не станет. Не в его интересах.

— Она дочь моей Ярины и Олега Серого, — понуро произнесла бабушка.

— Это я и без тебя уже выяснил! Зачем вы ее спрятали?

— Не прятали, альфа, — руки бабушки задрожали. — Никто не скрывал ее... во всяком случае поначалу. Просто... Катя родилась охотницей. В мать пошла. Силы совсем в ней не было. Мне ли вам рассказывать, какая судьба у слабых лесных. Достаточно на дочь мою взглянуть. Вот и отдали ее нам. Чтобы... не позориться ребенком хилым.

Услышав такое, я замерла истуканом. Ложка в моих руках дрогнула и выпала.

— Хм... — Мстислав прищурился. — Серый всегда был амбициозен и поначалу не желал принимать тот факт, что его пара из охотников. Слабовата его жена, да. Но чтобы дочь спрятать? Темнишь, ведьма.