Обручённые вечностью, или Отдам жену в хорошие руки - Елена Лисавчук

После того как за и против были высказаны, последнее слово осталось за наместником.

– Почту за великую честь сопроводить вас, моя лучезарная королева, – предложил мне он оттопыренный локоть. В его глазах светился триумф. Обычно такой взгляд присущ победителям. Призом была я.

Меня не покидало ощущение, что наместник выиграл не только в препирательстве с Саирой, за его триумфом крылась нечто большее.

Раздумывая над этим, я замешкалась и под громогласные звуки оркестра позволила наместнику утянуть себя вниз по лестнице. Механически переставляя ноги, я размышляла, где Золгран обхитрил нас с Анателем.

На глазах гостей мы чинно спустились к подножию лестницы, и тут двустворчатые двери бального зала отворились.

– Его верховное величество, правитель царства… – объявил седовласый мужчина в ливрее. Дальнейшее перечисление титулов супруга я не слушала, меня захлестнула волна счастья и облегчения.

Анатель стоял в другом конце зала, но я буквально ощущала его присутствие возле себя. Словно нас связывала невидимая нить. Зачарованно глядя на него, нисколько не колеблясь, двинулась к нему, оставив позади Золграна.

В массивной золочёной короне, в зелёном сюртуке, расшитом серебряными узорами, в ниспадающей волнами графитно-чёрной мантии, отделанной по вороту «песцом», супруг выглядел расслабленным. Будто не он на протяжении дня участвовал в сложных переговорах. Музыканты перестали играть. Взгляды гостей с наместника переместились на нас. Оставшиеся шаги мы с Анателем проделали вместе навстречу друг другу.

– Ты изумительно прекрасна. – Слова супруга достигли потаённых уголков души и вызвали трепет.

Я открыла рот, чтобы его поблагодарить, но ничего не смогла произнести, кроме как вымолвить:

– Тебя долго не было.

– Успела соскучиться? – спросил мой спаситель.

Не представляете, каких огромных усилий мне стоило сдержаться и не прижаться в благодарности щекой к его широкой груди.

– А ты по мне? – вместо ответа спросила я.

– Всегда.

Сминая пышную юбку, Анатель сделал ещё пару шагов и недопустимо приблизился ко мне. Мы почти соприкасались. Теперь ему ничто не мешало положить мою руку на свой согнутый локоть и отвести в центр зала.

Музыканты опомнились, зазвучала красивейшая мелодия, разливаясь сладкой патокой. Она взывала, манила за собой. Плавным движением Анатель развернул меня к себе и сжал мои пальцы. Вторую руку он положил мне на спину, после чего мир перестал для нас существовать. Начнись конец света, мы бы этого не заметили. Я-то точно.

Сделав несколько скользящих движений, супруг наклонил меня назад, заставив выгнуться дугой. После чего рывком притянул обратно к себе. В такт пьянящей мелодии мы вновь заскользили по залу. Гости, потихоньку разбиваясь на пары, начали присоединяться к нам.

В своей властной манере Анатель кружил меня в танце. Ритм замедлился, и он остановился, поднял наши сцепленные руки над головами. Это было частью местного вальса. Разомкнув пальцы, я обошла вокруг него. Крутанув, Анатель спиной прижал меня к себе. Наши пальцы переплелись. Плавно покачиваясь, мы сделали несколько шагов вперёд и назад. Туда-сюда.

Увлечённые манящей мелодией, мы двигались из стороны в сторону.

Ритм ускорился, и мы снова закружились по залу.

Вальс с Анателем вызывал у меня удивительные ощущения. Исходящий от него тёплый мужской запах напомнил мне наш общий сон в летний солнечный день. Открыв тогда глаза, ничего не понимая, я почувствовала правильность происходящего – я находилась на своём месте. Немногим позже, когда разум взял верх над чувствами, я удивилась происходящему и резко проснулась. Правда, потом сразу же уснула. Танцуя на балу с супругом, я испытывала нечто схожее.

– Не будь мы на балу, обязательно бы поцеловал тебя.

– Кхм?.. – пребывая в своих грёзах, прослушала я его.

– Луна, в каких облаках ты витаешь? – заинтересовался Анатель.

– Ах, это? – смущённо пробормотала я и ответила резче, чем следовало: – Разве не видно? Шаги считаю.

С полыхающими щеками я отстранилась от него и всерьёз сосредоточилась на шагах: раз-два-три; раз-два-три.

Недолго думая, Анатель притянул меня обратно. Каждое моё нервное окончание напряглось, сопротивляясь нашему сближению. Я попыталась наступить супругу на ногу, но промахнулась. Он по праву считался превосходным танцором, посему без труда увернулся от моего каблука. Или у него отлично сработали боевые навыки.

Я ждала ответную каверзу, что-нибудь предосудительное, на грани нарушения приличий, но вместо этого почувствовала, как он ослабил объятия, позволяя мне отступить. Напряжение тут же покинуло меня. Хоть мне и дали возможность увеличить между нами расстояние, я не воспользовалась ею.

Осознавая, что с моими чувствами считаются, я сильнее прониклась симпатией к Анателю. Мне стало невероятно комфортно находиться рядом, соприкасаться с ним.

– Переговоры сложные были? – спросила я, окончательно расслабляясь в его объятиях.

На лицо Анателя опустилась мрачная тень. С непривычной жёсткостью он посмотрел поверх моего плеча куда-то в толпу гостей.

– Не особо. Раскидал смехотворные баррикады мятежников. Немного потрепал их лидера. Выставил на границе стражей и успел вернуться к тебе.

Его совершенно невозмутимый тон едва не довёл мои нервные клетки до самоубийства. Уже начала жалеть о том, что его спросила. Если бы не его бархатистый смех, я бы обязательно споткнулась.

– Не переживай, Луна, никто из повстанцев не получил серьёзные увечья.

– Ты меня не обманываешь? – с трудом сдерживая тревогу в голосе, спросила я.

– Я когда-нибудь тебе врал? – серьёзным тоном спросил Анатель, глядя мне прямо в глаза.

Сердце сладко ёкнуло в груди.

В своей тревоге за светлых фей я нисколько не кривила душой. Они были частью моего народа. Или я частью их. С этим я пока не определилась. В общем, без разницы, кто кому должен служить. Хочу того или нет, я была их королевой, и мой долг – защищать их.

Анатель хмуро посмотрел мне за спину. Заинтересованная тем, на кого он смотрит, я оглянулась и молниеносно нашла объект его интереса. Золгран не сводил с нас пристального цепкого взгляда.

– Чего хотели от тебя мятежники? – отворачиваясь от наместника, спросила я.

– Задержать меня.

– Не понимаю, зачем им это? – Когда супруг мне ничего не ответил на этот вопрос, негромко спросила: – Подозреваешь Золграна?

Чётко очерченные губы супруга дрогнули в улыбке.

– Я не сомневаюсь в его причастности к бунту на границе.

Его горячие пальцы проказливо пробежались по не прикрытым тканью лопаткам. Меня от волнения бросило в жар. Пытаясь совладать с чувствами, я не стала задавать другие вопросы.