Безвременье страсти - Лера Зима

Разгневался Аввадай, и сказал Эдабу: за то, что ты ослушался меня, за то, что преступил завет мой, проклят ты ныне, будешь жить среди невозделанной земли, и будешь в поте лица добывать свой хлеб, до тех пор, пока в землю не вернешься, в труде будешь возделывать землю, но произрастить она тебе шип и репей. И сказал Аввадай жене Эдаба: за то что ослушалась меня и соблазнила Эдаба, и он подчинился тебе,  отныне прокляты будут все Лилу, и не пробудятся в женах. И будешь на долгие годы ты подчиняться ему, и безропотно служить ему, и в муках рожать детей ему. И принес им одежды кожаные, и выдворил из сада. И заклял два четырехкрылых ангела-быка сторожить от них врата в сад. И еще таких же – врата в город.

И ушли новые люди далеко от тех мест, где жили боги, ибо изгнали их. И напоследок их благословил Аввадай. Возделывайте землю, и плодитесь и размножайтесь, ибо вы наследуете землю. Аввадай знал – ослушались они его. Но это даже хорошо. Все равно вдали от падших богов, они расплодятся и дадут начало новому человечеству.

Не ожидал Шамелай, что прогонит дочь его и сына своего Аввадай. Не удалось ему завладеть властью через этот брак. Но в одном Шамелай был прав. Ни к чему человеку жить взаперти, сколько не укрывай его от невзгод, не минуют и они его. А узнав невзгоды, человек станет только сильнее, мудрее и действительно заслужит право быть достойным жить.

– Странный текст, – думала Флорентина. – Он не похож на те гимны и сказания, что она слышала ранее. То ли расшифровка, то ли переклад на новый лад подлинника. Она поняла, что Книга Балаама – копия, с дополнениями и трактовками старых знаний.

А поезд уже домчался до Умертвиева, медленно въехал на станцию. Некоторое время стояли. Новые люди стали заходить и рассаживаться, Флорентина убрала книгу.

За окном показался паровоз. Дымя и фыркая паром он подвез еще один состав.

Вскоре тронулись, долго ехали по путям, среди вагонов и путевых машин, затем остановились, поменяли направление и снова прибыли на станцию.

– Стыкуют, – произнес Эдмонд.

– Слишком много стоим, – прошептала Флора. – Как бы не помешали нам.

Эдмонд согласился с ее опасениями, а поезд тронулся. Пока у них не было другого выбора. Флора не рискнула теперь читать книгу и лишь безучастно смотрела на проносящиеся за окном пейзажи.

– Тихо, не смотри назад, – шепнул Эдмонд и взял Флору за руку.

Сам он смотрел на отражения в стекле. С той стороны вагона по коридору медленно шла знакомая им женщина. Она иногда останавливалась, что-то спрашивала у попутчиков. Группа молодых людей тоже обратила на нее внимание, и, волнуясь встали и направились в сторону противоположного тамбура.

– Скорее – шепнул Эдмонд, и увлек Флору в ближайшей тамбур, а затем в следующий. Под прикрытием безбилетников, убегающих от, как они думали, контролера, покинули салон и наши герои. К счастью, поезд сделал остановку, Флора и Эд спешно вышли и спрятались за небольшим строением. Благо, стоянка оказалась совсем короткой, и поезд умчался прочь. Вместе с Охотницей.

– Так мы ее провели! – засмеялась Флора.

– Надеюсь, она нас не заметила. Пусть продолжает искать по вагону, может быть, поезд увезет ее подальше от нас.

Станция была старая: полуразрушенные строения манили величественным великолепием. По помосткам они перебрались на другую сторону, за здание вокзала. В этом небольшом городе даже ходили трамвайчики, как в Хувале, а далее начинался лесопарк.

Туда они и направились.

Парк казался мрачным, на верхушках гарковали вороны. Но собраться в чучело они не спешили, стало быть, пока беда прошла мимо стороной.

– Деньги у нас заканчиваются, – недовольно хмыкнула Флора, пересчитывая монеты.

– Ты обратилась по адресу, – произнес Эдмонд. – Нищий на паперти всегда знает, где достать средства на пропитание и прочие нужды.

И улыбнулся.

Вдали слышался шум веселья. Приближался календарный Йултад (он расходился с астрологическим на две недели), и в парке люди развлекались на аттракционах и смотрели представления заезжих артистов. Нищая детвора резвилась рядом, в поисках у кого бы спереть кошелек. Или выклянчить милостыню. Или почистить ботинки. Все зависело от того, насколько честным был тот или иной беспризорник.

– Почищу обувь! – прокричал мальчишка в залатанной одежде.

– Хочешь заработать? – Эдмонд внимательно посмотрел на него.

Мальчик хмыкнул.

Эдмонд достал из-за пазухи нож. – Видишь, какой острый.

Беспризорник испуганно кивнул.

– Беги по парку и зазывай народ. Кричи: У шапито, только сегодня состоится представление, великий фокусник и метатель ножей покажет огненное представление. Только сегодня, только сейчас. Великий магистр, шейх абд Али аль-Мактуб, спешите!

– Понял? – грозно посмотрел фокусник на юнца.

У шапито, у деревянных подмостков уже толпился народ.

– Держи шляпу, – протянул Эдмонд ему тряпичный головной убор из вещевого мешка. – Не подведи.

– Пойдем на сцену! – потянул он Флорентину.

– Зачем? – удивилась она.

Спутник ее ничего не ответил

– Зажги чашу, – шепнул он, указав на заполненный жидкостью сосуд. Флорентина поднесла жезл, и жидкость воспламенилась. Публика воодушевилась.

Эдмонд подвел Флору к деревянной стене.

– Стой здесь, не шевелись. – Шепнул он.

– Что ты хочешь сделать? Сжечь меня? – Флорентина нервничала.

– Спокойно! Много лучше.

Фокусник и чародей отошел к чаше и высыпал туда ножи, погрузив острия в огонь. Он взял первый нож и метнул его в Флору. Девушка зажмурилась, но не шевелилась. Нож вошел в мягкую ткань дерева недалеко от ее плеча. Затем еще нож, и еще. Публика ликовала. И вот последний нож вонзился рядом с ее головой. Сама Флора не пострадала, толпа ликовала.

– Ты сволочь! Мерзавец! – прокричала Флора под восторженные крики толпы, когда “чародей” собирал клинки.

– Хорошая работа, друг! – Эдмонд забрал у мальчика шляпу, протянув ему несколько монет.

И они снова шли на станцию.

– Теперь мы можем купить билет на следующий поезд.

– Ты же мог предупредить!

– А ты стала бы под ножи?

– Нет.

– То-то и оно!

– Все равно, ты сволочь. – Произнесла она,  хотя уже и не с таким рвением. Все-таки деньги, которые были в наличии, теперь грели душу. Они купили билеты и вышли на перрон. Показались огни поезда.

– Всего на минуту останавливается,  – сказала старая женщина. – Сейчас будем бежать за своим вагоном.

Состав вел фантомас – мрачный тяжеловоз, с фонарем под окнами машиниста. Темно-зеленый, закопченный, сверху валил черный дым. Сначала перед героями прошла сплотка из трех фантомасов дальнего следования, затем вагоны. Поезд поедет далеко, через Куроёж и Тавров, а дальше потом Итиль, и далеко-далеко на восток.