Дорога назад - Ольга Иванова

В назначенный Амелией день я почти не выходила из гостиной и сидела у окна в ожидании ее прихода. Она появилась ближе к закату, оглядевшись по сторонам, шустро проскочила через кусты прямо ко мне.

– Привет. – Амелия по-свойски облокотилась о подоконник и сразу перешла к делу: – План работает. Ральф согласился завтра прийти ко мне на праздник. Коббс, Нил, Гарольд, ну и все остальные, тоже будут. Как я и предполагала, они долго спорили, кого оставить на воротах, в конце концов, поручили это тугодуму Парсону и самому ленивому на свете существу Грину. Он единственный, кто сам захотел остаться на посту, поскольку собрался там знатно отоспаться, пока начальство будет гулять, – Амелия хихикнула. – Саммерса и его дружков я постараюсь не отпускать до рассвета. Во всяком случае, надеюсь, Ральф составит мне компанию в ночь моих именин. Так что тебе все карты в руки.

– Спасибо, Амелия, – я благодарила ее совершенно искренне. И мне очень хотелось верить, что блондинка так же честна со мной.

– Не за что, – та взмахнула рукой в прощальном жесте. – Для меня самой лучшей благодарностью будет, если после своего дня рождения я тебя больше никогда не увижу…

Розовый я не особо жаловала, но в это утро надевала платье цвета персика с радостным волнением. Если у нас все получится, и я вырвусь из лап Саммерса, то этот оттенок непременно перейдет в разряд моих любимых и, быть может, даже станет для меня талисманом наудачу.

Прогуливаясь чинно вдоль дома, я украдкой пыталась отыскать поблизости кого-нибудь из своих, но безуспешно. Зато неожиданно на крыльце объявился Саммерс. Увидев меня, сразу же подошел и по-хозяйски приобнял.

– Не холодно? – заботливо поинтересовался он. – Сегодня ветер сильный… А ты в таком платье легком, хоть бы шаль накинула.

– Мне нормально. – Я ненавязчиво выскользнула из его объятий. – Да и долго гулять не собираюсь… Еще минут десять, и вернусь в дом. Что-то слабость сегодня с утра, и подташнивает. – Для большей достоверности я положила руку на горло и слегка поморщилась.

– Да, конечно, – как всегда при упоминании беременности голос Саммерса становился особенно мягким. – Тогда ложись спать пораньше… А я сегодня опять буду поздно. У Кобба день рождения, договорились немного посидеть в таверне…

Значит, у Кобба день рождения? Я мысленно ухмыльнулась. Эх, мистер Саммерс, если вы так же нагло врали своей покойной жене, то не удивлюсь, что причиной той роковой ссоры стал именно ваш обман.

– Хорошо, я и так собиралась сегодня не засиживаться допоздна, – отозвалась я как можно безразличней.

– Эмма за тобой присмотрит, обращайся к ней с любым вопросом. – Саммерс быстро поцеловал меня в щеку и направился назад в свой кабинет.

Так, похоже, меня оставляют на попечении этой старухи. Ну что ж, это и к лучшему…

Я еще несколько минут покрутилась около дома, но, так и не заметив ни Ильи, ни Карла Генриховича, покинула улицу. Будем надеяться, они увидели все, что должны были.

Теперь бы дождаться вечера…

Стоило Саммерсу отправиться на вечеринку к своей Амелии, я бросилась собираться. К сожалению, конфискованных еще в первый день вещей нам так и не вернули, поэтому одеваться пришлось в то, что было. Для этого выбрала платье поудобней и потеплее – все-таки близилась ночь, а они здесь бывают студеными. Не забыла про плотные чулки и ботинки все той же Норы. Правда, обувь была на невысоком каблуке и чуть жала в мизинцах, но зато ноги не замерзнут.

В ожидании знаков от Карла Генриховича и Ильи, молилась за благополучный исход нашего мероприятия. Неожиданно в дверь постучали, и я быстро шмыгнула в постель, натянув одеяло до подбородка. Эмма. Какого черта? Она же должна уже была сидеть в своем флигеле!

– Не хотите ли горячего молока перед сном, мисс? – скрипуче поинтересовалась она.

Уверена, это повод проверить, на месте ли я!

– Нет, Эмма, спасибо, – сонным голосом отозвалась я. – Не надо… Я уже и так почти заснула…

– Извините, мисс, спокойной ночи…

Я подождала, пока ее шаркающие шаги стихнут в коридоре, потом осторожно поднялась. Еще раз прислушалась: тишина… Лишь показалось, что где-то за окном проехала повозка. Промелькнула было мысль, что странно в это время разъезжать на телеге, но тут же испарилась… В конце концов, не мое дело. Вместо этого на цыпочках прокралась к двери, выглянула в пустынный коридор и так же на цыпочках перебежала в гостиную.

В сумраке с трудом рассмотрела время на часах: половина девятого. Где-то сейчас за мной должны прийти. Не успела я об этом подумать, как в окно раздался тихий стук. Я опрометью кинулась туда и выглянула на улицу: Карл Генрихович. Сердце забилось как сумасшедшее от радости и страха одновременно. Тихонько распахнула окно и с помощью Карла Генриховича выбралась наружу.

– Где Илья? – я обеспокоенно завертела головой.

– Т-с-с-с, – Карл Генрихович приложил палец к губам и едва слышно сказал: – Он уже за воротами.

Я чуть не вскрикнула: «Как? Уже?», но взгляд старика остановил меня от этого порыва.

– Надевай, – он протянул мне белоснежный кухарский фартук и чепец, совсем как у Эммы.

Я, не задавая больше вопросов, послушно все это надела и вопросительно посмотрела на Карла Генриховича: «Что дальше?»

– Идем спокойно, но быстро, – он взял меня за руку. – По сторонам не смотри…

Мы обогнули дом и направились к воротам. Я с ужасом ожидала встречи с караульными, но испытала настоящий шок, увидев, что те спят, привалившись к забору. Спят! Да еще и сладко похрапывают!

– Все вопросы потом, – Карл Генрихович вновь пресек мои изумленные вопросы и тихонько приоткрыл ворота.

Оказавшись по ту сторону, я наконец увидела Илью. На его голове красовалась смешная широкополая шляпа, натянутая почти до бровей, по-видимому, для конспирации. Сам он сидел на облучке телеги, в которую была запряжена лошадь. Так вот стук чьих колес я слышала!..

– Привет, – при виде меня Илья чуть улыбнулся.

– Привет! – мне так хотелось броситься к нему на шею, обнять, но пришлось сдержаться.

Карл Генрихович вновь помог мне забраться в телегу, сам сел рядом, и лошадь тронулась. Вначале мы ехали медленно, почти бесшумно, когда же форт скрылся за поворотом и перед нами раскинулось море, Илья подстегнул лошадь, и мы заметно ускорились.

Господи, неужели свобода? Все внутри меня просто кричало от радости, а рот сам собой растянулся до ушей. Я подставила лицо соленому морскому ветру и счастливо зажмурила глаза.

Вскоре показался Солсбери, и мы въехали в пустынный город. Сейчас, в надвигающейся темноте, его безлюдные улицы выглядели еще страшнее, чем в прошлый раз. Дома зияющими провалами окон-глазниц провожали нашу повозку, а тишина стояла почти мертвая, навевая стылый ужас.

Наконец, впереди выросла стена леса, и я немного расслабилась. Если выбирать между мертвым городом и ночным лесом, теперь точно предпочту последнее… Когда начались знакомые заросли, Илья остановил лошадь.