Рубиновый рыцарь - Дэвид Эддингс

Ворча что-то себе под нос, мальчик вылез из палатки иосторожно приблизился к Спархоку.

— Что, снова я что-то натворил?

— Насколько мне известно, пока нет. Ты сказал, чтофермера, у которого ты купил телегу, зовут Ват?

— Да.

— И далеко отсюда он живет?

— Мили две.

— А как он выглядит?

— Ну, глаза у него глядят в разные стороны, и он всевремя чешется. Это, наверно, тот самый человек, о котором рассказывал тотстарикашка в пивной.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Я стоял за дверью, — пожал плечами Телэн.

— Подслушивал?

— Ну, я бы не стал называть это так. Я ребенок,Спархок, по крайней мере люди так думают. Взрослые думают, что детям не нужновсего знать. Вот я восполняю пробелы по мере сил.

— Может, он в чем-то и прав, Спархок, — усмехнулсяУлэф.

— Сходи-ка лучше за своим плащом, — сказал Спархокмальчику. — Сейчас мы с тобой нанесем визит этому косоглазому хлебопашцу.

Телэн посмотрел на размокшее от дождя поле и вздохнул.

Звуки свирели Флют смолкли, затих и голос Сефрении.

— Интересно, добрый это знак, или нет? — сказалУлэф.

Они застыли в напряжении, ожидая. Минуту спустя выглянулаСефрения.

— Кажется ему лучше. Можете поговорить с ним немного. Ябуду знать лучше, когда послушаю, как он с вами говорит.

Голова Тиниэна покоилась на свернутом одеяле, лицо егопо-прежнему было пепельно-серым и руки тряслись. Но в глазах уже слабосветилась мысль.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил его Спархок,стараясь говорить как бы между прочим.

Тиниэн слабо улыбнулся.

— Если ты и правда хочешь знать правду, я себя чувствуютак, словно из меня все вынули, мелко порубили и снова засунули. Вам удалосьубить эту тварь?

— Спархок проткнул его копьем чуть не насквозь, —ответил Улэф.

В глазах Тиниэна снова мелькнул страх.

— А оно не вернется снова?

— Вряд ли, — усмехнулся Улэф. — Оно с такой прытьюускакало в свою могилу, и земля сомкнулась над ним.

— Слава Богу, — облегченно вздохнул Тиниэн.

— Аминь.

— А теперь тебе лучше поспать, поговорим обо всемпозже, — сказала Сефрения.

Тиниэн кивнул.

Сефрения подоткнула ему одеяло и взглядом показала Спархокуи Улэфу на выход.

— Надеюсь, он выкарабкается, — сказала Сефрения,выходя вслед за ними. — Конечно не сразу, но он поправится.

— Я собираюсь взять Телэна и сходить поговорить с этимфермером, — сообщил им Спархок. — Кажется это тот самый человек, о которомнам говорил старик на постоялом дворе. Может он что-нибудь подскажет нам.

— Да, стоит попробовать, — согласился Улэф. —А мы с Кьюриком присмотрим здесь.

Спархок кивнул и вошел в палатку, которую он обычно делил сКелтэном. Он снял с себя тяжелые доспехи и натянул кольчужную рубаху, подвесилк поясу меч и натянул на плечи серый дорожный плащ. Переодевшись он вышел когню.

— Выходи, Телэн, — позвал он.

Мальчик смиренно вышел из палатки. Он плотно завернулся всвой еще сыроватый плащ.

— Наверно я не смогу отговорить тебя от этого? —предположил он.

— Нет.

— Надеюсь, что этот фермер еще не заглядывал себе всарай. А то вдруг он будет слишком щепетилен насчет своих дров.

— В случае чего я заплачу.

Телэн вздрогнул.

— После того, как я так старался? Спархок, это простоунизительно, это просто аморально!

Спархок с удивлением посмотрел на него.

— Когда-нибудь ты, пожалуй, должен будешь изложить мнесвои взгляды на мораль.

— Это очень просто, Спархок. Первое правило — это ни зачто не платить.

— Об этом я догадывался.

Небо на западе постепенно прояснялось и дождь превратился влегкую морось, больше похожую на туман. У Спархока немного отлегло от души.Последнее время неуверенность все сильнее глодала его, неуверенность возникшаяс того момента, как они покинули Симмур. Но все же, уверенность в том, что онишли неверной дорогой, по крайней мере давала твердую почву для начала новыхпоисков. Спархок принял потери стоически и продолжал путь к светлеющему надгоризонтом небу.

Дом и пристройки фермера Вата лежали в небольшой лощине.Местечко, окруженное вихляющимся плетнем, имело довольно затрапезный вид. Домбыл полу каменный, полубревенчатый, крытый потемневшей соломой. Сарай стоял, неразваливаясь, только по привычке. Посреди двора красовалась родная сестра тойтелеги, с которой недавно явился Телэн. Всюду были разбросаны лопаты, мотыги,грабли, вилы, брошенные, наверно там, где хозяин пользовался ими в последнийраз. Промокшие курицы переваливались по двору, рядом с входной дверью валяласьогромная черно-белая свинья.

— Не слишком чисто, — заметил Телэн, когда онивъехали во двор.

— Я видел подвал, в котором ты жил в Симмуре, —заметил Спархок. — Я бы тоже не назвал его особо уютным.

— По крайней мере он был спрятан от глаз, а здесь всена виду.

Косоглазый человек с нечесаными грязными волосами вышел издома. Он с отсутствующим взглядом чесал свое вывалившееся из обтрепанногожилета пузо.

— Что надо? — недружелюбно поинтересовался он,наградив свинью здоровенным пинком. — Убирайся отсюда, Софи!

— Мы говорили с одним стариком, там в деревне, —сказал Спархок указывая большим пальцем через плечо. — Такой седой, стрясущейся головой и знает множество старых баек.

— А видно это старый Фарш, — проворчал фермер.

— Мы не спрашивали его имя. Мы встретили его в пивнойна постоялом дворе.

— Ну тогда это точно Фарш, где еще быть старомупьянчуге. Ну а я-то тут причем?

— Он сказал, что ты тоже любитель старых историй,особенно о битве с земохами.

Лицо Вата просветлело.