Девушка для Привратника Смерти - Лариса Петровичева

— Спасибо. И за это, и за то, что отпустили.

Габриэль усмехнулся.

— Это будет тебе уроком, — сказал он и махнул рукой экипажу, который неторопливо катил по улице. — Больше не лезь ни в политику, ни в революции. И думай головой, пожалуйста, я не смогу помочь тебе дважды.

Он усадил дрожащую Ивис в экипаж — похоже, именно сейчас она по-настоящему поняла, через что прошла и что с ней могло случиться — а сам неторопливо побрел в сторону дворца. Мелькнула мысль зайти к Эльзе и рассказать ей о допросе, но Габриэль сразу же отогнал ее. Это могло все испортить.

Вечерний ветер гнал по мостовой смятый газетный лист — на дагерротипическом снимке было половинчатое лицо Магды ауф Перес. Газета прокатилась мимо Габриэля, на мгновение задержалась возле фонарного столба, а затем ветер повлек ее дальше.

Если бы все сложилось по-другому, то Габриэль сейчас был бы волшебником и чудотворцем, читающим будущее и способным исцелять больных. И запах его нарциссов не был бы настолько удушающим, и жизнь была бы спокойнее и легче. Во всяком случае, от него бы не шарахались люди…

Не судьба.

А вот заглянуть к Магде, пожалуй, стоит. Два Привратника Смерти всегда найдут, о чем можно поговорить тихим вечером.

* * *

Брат и сестра ауф Перес жили в престижном районе на холме, с великолепным видом на реку и старинными домами. Здесь рано ложились спать, но возле дома Беньямина толпился народ. Габриэль отпустил извозчика и, войдя в изящные ворота, с удивлением и удовольствием обнаружил, что на него никто не обращает внимания. Люди, что стояли на дорожке, с теплом и любовью смотрели на ступени парадного подъезда, где сидела Магда ауф Перес, похожая на большую куклу. Почти все держали в руках крошечные фонарики, и казалось, что в вечерней тьме неслышно плавает бесчисленное множество светлячков. И тьма эта была не угрюмой и сонной, а живой.

— Я молю Господа о вас и ваших заботах, — услышал Габриэль мягкий приятный голос. В нем не было ни твердости, ни звучности, но слова Магды были прекрасно слышны всем собравшимся. — Откройте ваши сердца, поверьте Господу, уподобьтесь детям на санках, которых везут родители. Вас не оставят. Вас любят. Тот, Который защищает птаху малую, — Магда подняла руку, и Габриэль увидел, что на ее ладони сидит крошечная красногрудая птица, — никогда не забудет своих детей.

Птица звонко чирикнула и, вспорхнув с раскрытой ладони, улетела в темный сад. Собравшиеся дружно вздохнули.

— Идите с миром, не бойтесь тьмы, храните в себе свет и верьте Господу, — Магда улыбнулась и легким мановением руки благословила собравшихся. Габриэль никогда не считал себя особенно верующим, но сейчас ему вдруг стало тепло и спокойно, словно к нему действительно прикоснулась чья-то теплая любящая рука.

Когда Магда ушла в дом, а люди пошли в сторону ворот, то Габриэль тряхнул головой, прогоняя наваждение, и быстрым твердым шагом поднялся по ступеням. Дворецкий, который уже запирал двери на ночь, узнал королевского палача и изменился в лице.

— Добрый вечер, — произнес Габриэль. — Я к госпоже ауф Перес.

Красноватая физиономия дворецкого дрогнула в неприятной гримасе, словно он решал, что делать, и никак не мог решиться. Он наверняка решил, что королевский палач задумал что-то недоброе, и его хозяйка в страшной опасности. Но из гостиной донесся голос:

— Гунт, проводите! Я давно жду господина ауф Вилберна.

Дворецкий тряхнул головой и, отступив в дом, согнулся в поклоне.

— Добро пожаловать, ваша светлость.

Магда сидела на диванчике в гостиной, поджав ноги, и выбирала шпильки из волос. Косы падали на ее плечи серебряными змеями. Габриэль смотрел на нее, и в душе что-то нервно звенело, то ли приказывая уйти, то ли веля остаться.

— Ты правильно поступил, когда спас Ивис, — негромко сказала Магда. Габриэль подумал, что ничуть не удивлен. Он опустился в кресло и спросил:

— Это сложно? Знать все и обо всех?

Магда неопределенно пожала плечами. Вынула последнюю шпильку. Свет ламп был тихим, и казалось, что тени в углах и на полу шевелятся и живут своей жизнью. Должно быть, это было частью волшебного образа пророчицы и колдуньи. Впрочем, сейчас Магда не казалась потусторонним существом, облеченным невиданной властью.

— Нет, — ответила она и, бесшумно соскользнув с дивана, подошла к Габриэлю и повернулась к нему спиной. — Совсем не сложно. Помоги, пожалуйста.

Габриэль встал и расстегнул изящный золотой замок на воротнике. Красное одеяние Магды с легким холодным шуршанием стекло к ее ногам, оставив девушку в белоснежной сорочке. Магда перешагнула через платье и вновь села на диван.

— Твой брат дома? — поинтересовался Габриэль. Магда улыбнулась.

— Нет. Ушел два часа назад с приятелями.

Габриэль ожидал услышать что-то в этом духе. Интересно, что за приятели у пламенного революционера на этот раз? Впрочем, нет. Неинтересно.

— Сними маску, — попросил Габриэль тем тоном, который почти граничит с приказом. По губам Магды скользнула тонкая улыбка — в другое время и в другом месте Габриэль счел бы ее соблазнительной.

— Не боишься? — спросила Магда. Габриэль отрицательно мотнул головой.

— Нет.

Белая фарфоровая скорлупа легла на диван. Лицо Магды было идеально красивым, без малейшего изъяна. Габриэль вопросительно поднял левую бровь.

— И зачем? — спросил он. Магда лишь плечами пожала.

— Считай это женским кокетством. Способом интриговать.

— Разумно, — согласился Габриэль. Лицо Магды было светлым и чистым — таким, на какое хочется смотреть. И он смотрел — дерзко, не отрывая взгляда. Идеальная красавица тоже была Привратником Смерти, и это и влекло его, и пугало. Тогда, в кафе, он действительно остолбенел от удивления…

— Так зачем ты пришел? — спросила Магда и, будто опомнившись, добавила: — Прости, что ничего не предложила. Может, кофе?

— Пожалуй, нет, — ответил Габриэль. — Я сегодня все-таки хочу поспать. Послушай, что там в моем будущем? Что случится дальше?

Магда рассмеялась.

— И это все, что ты хочешь узнать? — спросила она. — Я уже тебе сказала. Твое прошлое решается здесь и сейчас, ты стоишь на распутье и должен выбрать дорогу. Мне казалось, что ты понял.

— Я готов выбрать Эльзу, — медленно проговорил Габриэль и вдруг признался: — Она не хочет принять меня тем, кто я есть. А мне смертельно скучно быть таким, как ей надо.

По губам Магды снова скользнула улыбка.

— Кормить оленей с руки — это скучно? — спросила она. — Воспринимай это как опыт, которого у тебя не было.

Габриэль кивнул, почувствовав какую-то тянущую тоску. Он и сам не знал, зачем приехал к Магде и что хотел от нее услышать.

— Твоя беда в том, что ты уже давно и прочно женат, — вдруг с искренней грустью сказала Магда. — И Смерть, твоя верная супруга, держит тебя обеими руками. Да и ты не хочешь с ней расставаться.