Страсть к вещам небезопасна - Франциска Вудворт

— Предлагаешь спросить? — пошутила я. Впрочем, не увидь их собственными глазами, не поверила бы.

— Предлагаю узнать самим.

— Как?

— Ты же была с Лебедевой в доме у этого Богдана?

— К чему ты ведешь?

— У него должен быть с собой ноутбук, деловые люди с ним не расстаются. Я дам тебе флешку. Твоя задача установить на его ноуте одну программку, а дальше я все сделаю сам и выясню, чем он дышит.

— Ты с ума сошел? Как себе это представляешь? — воскликнула я. Он кем меня считает? Агентом 007 в юбке?

— Придумай какой-нибудь повод воспользоваться его ноутом.

— А почему к Богдану, а не Кристофу?

— Разве ты была у него дома?

— Нет.

— Вот и не надо, — мрачно отрезал Кирилл, причем в его голосе прорезались властные нотки.

— Кир, бред. — Я замотала головой. — Я не смогу!

— Послушай, они не просто так вертятся вокруг вас. Единственное, что меня смущает, — Ковальский недавно прибыл в Россию. С семьей Лебедевых знаком не был, и если его интересует платок, то у него не было возможности увидеть его на бабушке Саши или узнать о необычных свойствах.

— Была возможность, — мрачно произнесла я. — В клубе, когда познакомились с ними и болтали о разной ерунде, разговор зашел о вещах, приносящих удачу. Сашка еще убеждала всех, что у ее бабушки необычный платок.

— Вот там они за вас и зацепились! Тебе ничего не показалось тогда странным?

— Да нет. — Я пожала плечами. — Ну, было заметно, что Кристофу понравилась Саша, но он почему-то стал настойчиво подкатывать ко мне.

Я вспоминала тот вечер и последующие встречи, но все равно картинка не складывалась.

— Не понимаю! Ладно, допустим, им что-то известно о таких необычных вещах, и их заинтересовал разговор о платке, но ко мне какой интерес? Зачем было ухаживать, приглашать на свидания? Логичней было сосредоточить все внимание на Сашке.

— Не факт. Через тебя могли планировать узнавать о ней.

— Бред какой-то. — Я встала и поморщилась от боли в ногах. — Чай будешь?

— Ты чего кривишься? Что болит?

Беспокойство и забота в голосе Кирилла были неожиданно приятны.

— Сегодня столько набегалась, ноги отваливаются.

Вспомнив о смерти Аделаиды Стефановны, я загрустила.

— И все равно я не верю, что они причастны к нападению!

— Если о таких вещах знают, то, возможно, за ними охотятся разные люди, — не стал спорить Кирилл. — Поэтому необходимо прощупать этого Ковальского. От них вам может грозить опасность, и под ударом в первую очередь Лебедева. Ты правильно сделала, что не рассказала ей о браслете и оставила его у меня.

Он встал и помог убрать со стола. Грязную посуду мы загрузили в посудомоечную машину. Я поставила чайник, а Кирилл потащил меня в комнату.

— Идем.

В зале ему почему-то не понравился диван, и он развернулся:

— Давай лучше к тебе.

— Зачем?

Я не могла понять, что он задумал.

— Сил нет смотреть, как ты ковыляешь.

— Так не смотри! — обиделась я. Мы уже зашли ко мне, но я вырвала руку из его захвата. К тому же Кирилл затормозил.

— Ты поставила их к себе в комнату?

— Кого?

Выглянув из-за его плеча, обнаружила корзину с розами у самой кровати. Я ее туда точно не ставила!

— Кристоф, наверное, перенес, — озвучила свое предположение, взглядом обшаривая комнату. Меня больше волновало, чтобы вещей разбросанных не было.

— И когда это он к тебе заходил? — сузил глаза Кирилл.

Пришлось рассказать об утренней встрече.

— Ты понимаешь, что это он мог открыть дверь и обыскать здесь все, пока тебя не было? — разозлился Кир.

— Зачем тогда он остался ночевать? Ушел бы, и я ничего не узнала.

— Чтобы дождаться и выяснить, где тебя носило! — буквально рыкнул он и без всякого перехода: — На кровать ложись!

Это прозвучало настолько властно, что я тут же рухнула на постель и лишь после этого задалась вопросом, с какой стати это делаю.

— Зачем?! — непонимающе посмотрела на Кирилла.

— Масло есть?

— В шкафу, — кивнула я.

Взгляд его задержался на корзине с розами, и он поморщился:

— Воняет, как в цветочном магазине. Я вынесу, — уведомил меня, подхватил корзину и вышел, чтобы вернуться через минуту. Даже не знала, как реагировать на его самоуправство. Не то чтобы мне были дороги цветы от Кристофа, но сам факт — чего это он распоряжается?

С деловым видом Кир открыл шкаф, перебрав несколько баночек, достал одну и направился ко мне, сев в ногах.

— Может, объяснишь, что собрался делать?

— Массаж. У тебя же ноги болят.

Кажется, у меня некрасиво отвисла челюсть. Даже не нашлась что сказать, но мысль о том, что под банным халатом у меня ничего нет, напрягла. Я же не успела одеться. Когда вышла из ванной, он меня сразу на кухню есть отправил, и вот сейчас я почувствовала себя очень неуверенно.

— Кир, не надо. Я в порядке, правда, — попыталась поджать под себя ноги, но Ольховский поймал одну и подтянул к себе.

Я ойкнула, поправляя разъехавшиеся полы халата.

— Поздно. Не отвертишься. Расслабься.

Думала, в сложившейся ситуации это нереально сделать, но когда его пальцы властно сжались на моей ступне и стали уверенно разминать и разогревать кожу, я сдалась и упала на постель. Это было блаженство. Нирвана! Плевать на все, я попала в рай!

Он тщательно массировал каждый пальчик, каждую косточку. Закончив со ступнями, стал подниматься выше, до колена. Непередаваемо приятно! Я ходила на общий массаж тела, но ничего общего с испытываемым сейчас удовольствием не было. От рук Кирилла исходило тепло, которое проникало мне под кожу, расслабляя натруженные мускулы и даря телу приятную истому. Но больше всего согревала его забота. Вот так просто, без просьб, без намеков с моей стороны он делает мне массаж.

«У тебя же ноги болят», — звучали его слова, как будто все объясняя. И вот такое отношение подкупало лучше сотни комплиментов или подарков. Неприятно это признавать, но никто из моих бывших не проявлял ко мне столько внимания, как Кирилл, хотя мы с ним и не встречаемся.

Мысли текли вяло, разомлевшая, я готова была уснуть, тем более что сильное нажатие пальцев сменилось легкими, успокаивающими поглаживаниями. Правда, ровно до того момента, как его руки стали подниматься выше колена, разводя полы халата. Лишь мысль о том, что на мне нет белья, заставила встрепенуться и сжать колени.