Повелители Новостей - Василий Мидянин

– Шесть раз исполняла теракты в роли смертницы – в Москве, Мадриде, Кабуле, Триполи, – с удовольствием принялся перечислять Башнин. – Взорвала два самолета, когда летела на них в качестве пассажира. Один раз агенты МОССАДа пробили ей сердце колом, но она все равно сумела выбраться из могилы и добраться до явочной квартиры. Готова спровоцировать для папочки самые жареные новости…

– Мое оружие: ультрадезинтегратор, – произнесла Бастурма с едва уловимым восточным акцентом. – Мой девиз: добрым словом и автоматом можно сделать больше, чем добрым словом и пистолетом!

На низкой такелажной тележке она выкатила следом за собой, видимо, тот самый ультрадезинтегратор – сложную конструкцию из металлических трубок, вентилей, раструбов и конденсаторных батарей.

– Хорошая девочка, – на глазок оценила Эбола формы Бастурмы, а также потенциал тех ее составных частей, которые скрывала одежда. – Мишка, ты ее уже трахал?

– Ты что?! – в неподдельном ужасе округлил глаза Башнин. – Она же из ваххабитов! У них с этим до замужества очень строго, девушкам на улице даже лицо приходится прятать под никабом, чтобы посторонний мужской взгляд не осквернил, иначе – харам! Позор несмываемый!..

– Значит, трахал, – безжалостно констатировала Алена.

– Трахал, конечно, – сознался Мишкоатль. – Я что, сильно похож на аскета? Впрочем, это уже детали. Проехали. Смотри, вот эту худую сучку с волосами цвета воронова крыла зовут Иностранцевия. Легко запомнить.

Госпожа Эбола окинула девушку более заинтересованным взглядом, нежели предыдущего конфидента. Посмотреть имелось на что: у Иностранцевии все тело с ног до головы было покрыто татуировками. Татуировок виднелось много, поскольку костюм девушки целиком представлял собой неплотную сбрую из весьма немногочисленных узких кожаных ремешков, открывавшую довольно много тела. Живого места у нее не было на теле от татуировок, а где таковое по недоразумению и попадалось, там кожу прокалывали непременные пирсинговые колечки, крючки и цепочки. Иностранцевия напоминала Ксеркса из фильма «300 спартанцев», вот кого.

Алена испытала мгновенное непреодолимое искушение изо всех сил потянуть за одну из цепочек, чтобы девица заорала благим матом. Ладно, в другой раз; сегодня у нее еще будет время на пикантные глупости.

– Первого личного врага, доктора-акушера, убила, еще даже не успев покинуть чрева своей матушки, – отрекомендовал Башнин. – Исключительно опасная рептилия! Голыми руками рвет человека на куски в три приема, как листок бумаги. И тексты репортажей классно редактирует. Незаменимый работник!

– Мое оружие: психоэманатор! – гордо отбарабанила брюнетка. – Мой девиз: шила в заднице не утаишь!

– Это точно, детка, – откликнулась Алена, – ты бы его наверняка воткнула себе в сосок. Или в клитор.

– У нее там уже есть, – наябедничал Башнин. – Два.

– То есть насчет траха я даже не спрашиваю, – резюмировала Алена.

– Даже не спрашивай, – сокрушенно вздохнул Миша. – Довольно травматичное занятие. Но девочка – настоящий огонь, так что оно того стоит. Ладно, кто тут у нас еще… Вот эту красотку, например, зовут Бри. – Он ткнул пальцем в юную светловолосую девицу, крест-накрест препоясанную многочисленными пулеметными лентами прямо на голое тело. – Стреляет как Артемида! Если дать этой сучке пятнадцать патронов и подбросить в воздух монету, то девочка попадет в монету шестнадцать раз подряд, ни разу не дав той коснуться земли. А то и семнадцать, если с утра будет в ударе. Уникум! Сам неделями дрючил на стрельбище…

– Заодно и постреляли? – понимающе уточнила Алена.

– Немного, – пожал плечами Башнин. – В перерывах между заходами.

– Мишка! – вздохнула Эбола. – Ты хоть о чем-нибудь думаешь, кроме секса?

– О хоккее! – оживился Мишка. – Смотрела вчера, как наши надрали шведов?!

– Прости, дурацкий вопрос был, согласна. Признаю свою ошибку.

– Почаще бы ты признавала свои ошибки.

– Перебьешься, сердце мое. – Алена вновь обратила задумчивый взгляд на блондинистую девицу. Поковыряла пальцем пулеметные ленты.

– Мое оружие: боевой шуруповёрт! – бодро отрапортовала та, вновь ощутив внимание высокого адепта. – Мой девиз: не бывает непобедимых противников – бывает недостаточно патронов!

Алена Ашшурбанипавловна опустила бровь. Бри Алене Ашшурбанипавловне не понравилась. Нет, решительно не понравилась: госпожа Эбола инстинктивно недолюбливала блондинок, резонно полагая их неприятными половыми соперницами.

– А это вот Тося Кудза, – продолжил презентацию башнинят Мишка, вытаскивая на середину комнаты небольшую азиатку – не то японку, не то китаянку, по самые глаза плотно укутанную в прозрачные черные шелка. – Из нашего дальневосточного филиала. Родители с детства начали стукать ее колыбель о стену дома…

– Она росла в семье опасных сумасшедших? – мрачно осведомилась Алена.

– Ты что, Аленк! Так воспитывают будущих ниндзя! В момент удара новорожденный инстинктивно группируется, это входит в него на уровне рефлекса. Короче, стукали ее так без перерыва лет примерно до девяти…

– Что она делала до девяти лет в колыбели?!

– Я ж говорю тебе – родители обучали великого ниндзя! А чем дольше обучение, тем лучше выходит специалист, – пояснил Башнин. – Когда девочка научилась точно метать двенадцатилучевые сюрикены, родители выгодно продали ее какому-то местному даймё, который сначала использовал ее в борьбе со столичными якудза, а потом с большим барышом перепродал нашему дальневосточному отделению, откуда я и выкупил эту феномену три года назад…

– Трахать? – поинтересовалась Эбола.

– Ну вот почему вот сразу – трахать! – возмутился Мишкоатль Клеопетрович. – Немедленно иди помой рот с мылом и больше не говори таких грязных вещей! Нет, разумеется, я обязан был проверить, какова она в постели, поскольку девочка исполняет для меня довольно пикантные секретные поручения… Такие вещи нельзя пускать на самотек!.. – Он помотал головой. – А впрочем, кого я обманываю… В первую очередь я ее купил трахать, конечно.

– А почему у нее наряд такой, что сиськи видно? Как она сможет затаиться в темноте, если светит голой задницей?!

– Не волнуйся. В боевой обстановке ее наряд одним нажатием кнопки наглухо тонируется, как стекла в лимузине. А сейчас он находится, так сказать, в полевом положении – исключительно из эстетических соображений.

– Посмотрите-ка на него! Эстет, ёпта!

Башнин скромно промолчал. Но по всему было видно, что он совершенно согласен: эстет, да. Тонкий ценитель. Ёпта.

– Мое оружие: кинетический параболоид, – доложила азиатка, уловив, что обсуждение ее прелестей высокими адептами завершено. – Мой девиз: молю, не надо ненавидеть меня за нестандартный образ мышления…

– Мишка! А мальчики у тебя в команде есть? – вкрадчиво поинтересовалась Алена. – Или ты принципиально не держишь в команде тех, в кого не в состоянии засунуть свой главный калибр?