Рай?! или Из жизни обычных волшебников - Нестерова Елена

Они ещё целовались, когда она вступила на краешек облака. Сначала она словно не поняла, что происходит, но потом… Её сердце вздрогнуло и остановилось, и она упала вниз.

Её тело нашли в том самом парке, тенистом и уютном. Она лежала, раскинув руки и широко раскрыв глаза, в которых всё ещё отражался Розовый Остров.

Но на самом деле он почти умер…

Цветы завяли, виноград засох, а маленькие пчёлки устремились вниз, на землю. Лягушки нырнули в болото и больше не квакнули ни разу. И лишь розовые драконы горько плакали, лёжа на облаке серого цвета кверху брюшками. Они чувствовали её боль, и им тоже было очень больно.

Как убить Фею Любви? Очень просто! Предательство убивает любые чувства, разбивает любые сердца, даже совершенно волшебные! Конечно, Сол родилась вновь, уже в другом теле, но пройдёт ещё шестнадцать лет, прежде чем, стоя на коленях, Ра будет умолять её о прощении. Но сможет ли она простить?

Тэйна, испугавшись содеянного и видя гневный взгляд Ра, поспешила скрыться и спрятаться на другом краю земли. Её любовь как ветром сдуло. И она ещё раз убедилась, что животный мир куда честнее и вернее, чем мир людей и волшебников.

Итак, всё закончилось печально… И почему он хотел, чтобы я дописала эту главу? Если он – Ра, настоящий Ра из моего романа, а точнее из моих воспоминаний, то ему должен быть неприятен этот эпизод из прошлого. И всё же он настаивал!

Мне нестерпимо хотелось продолжить, вспомнить всё, что следовало за этим прискорбным эпизодом, но я не могла. Фантазия уснула мертвецким сном и потянула за собой мои воспоминания. Все бросили меня… Как они могли? Мысли, друзья, время, память, мой маленький Рай над поверхностью океана смерти, где в братской могиле лежало всё население планеты Земля.

В тёмной комнате я с трудом нашла кровать и упала на неё, погружаясь в забытьё, которое вполне можно было бы принять за сон, если бы не галлюцинации…

Мне казалось, что я качаюсь по волнам на крошечном ялике, а Немо подталкивает меня всё дальше и дальше от сооружения на сваях, которое я стала считать своим домом.

Высоко в небе летели птицы. Я так давно не видела птиц… так давно. И вот их целая стая, над моей головой.

Я спрашиваю у Немо, откуда взялись птицы, но он не отвечает и даже не поворачивает голову в мою сторону, а просто везёт меня вдаль, к свету, который сияет на горизонте, всё ярче и ярче, да так, что щиплет в глазах, до боли, до рези.

Я ложусь на дно ялика и закрываю глаза и так попадаю в этот свет, и только там я могу подняться, не открывая глаз и слышать его голос.

– Я обещал вернуть тебя домой? Я исполню своё обещание!

И тут я падаю в воду, и Немо тут же подхватывает меня на спину и мчит по безбрежному океану, это почти так же хорошо, как и летать…

Я очнулась дома в своей кровати… Сон? Если бы…

Я была в грязной и мокрой одежде прямо на чистых простынях, только мужчина мог допустить такое варварство. И всё тело болело, словно меня тащили по камням.

Да что я говорю? Конечно, не тащили, но путь по скалам и трубе над океаном и снова по скале, был не из лёгких, и меня несли на руках, а моё тело висело как шнурок на гвоздике, от этого шея затекла, и по всему телу были огромные синяки. Видимо, меня ударяли обо всё подряд.

Было очень опрометчиво со стороны моего пленителя доверять мою доставку домой своим бестолковым слугам. Я помнила всё, что они говорили. О том, что находятся в данном месте при хозяине уже целый год, и мне ещё предстояло разгадать эту загадку.

Итак, я – дома! Или нет? Нужно было проверить. Я скользнула на пол босыми ногами и пошлёпала к двери. Ещё в коридоре я услышала храп Макса и тихое посвистывание Игоря. Эти двое спали так громко и бодрствовали так тихо, что оставалось диву даваться, как это у них получается. Я заглянула в каждую из комнат и спустилась вниз, где в гостиной никого не было.

Сейчас я была не в силах идти назад, туда откуда меня принесли… Но дело было недоделано и требовало продолжения, но чуть позже. Нужно было передохнуть. Вниз по лестнице спустился заспанный Стас и, увидев меня, потерял последние сладкие воспоминания о сне.

– Сол, какое счастье, ты вернулась! А я уже собирался на твои поиски. Как я мог отпустить тебя? О чём я только думал?

– О Маше… – съязвила я.

Но Стас не обиделся и стал обнимать меня за плечи, пытаясь убедиться, что я цела и невредима, но когда я начала ойкать и он увидел синяки на моих руках, мне пришлось всё ему рассказать, кроме одного факта, что я пишу роман. Это была моя маленькая тайна, которую никто не знал. И тогда я задала Стасу тот вопрос, который вертелся у меня на языке, кем он был в прошлой жизни и как попал сюда. Мне хотелось понять принцип отбора людей на эту сомнительную миссию. А ещё я хотела знать, что стало с тем господином, который выцарапывал надпись на стене. Видя моё нетерпение, Стас рассказал всё…

– Как ты уже знаешь, Сол, меня зовут Станислав Львович Костяков. Я архитектор. В нашем городишке, не то что в Москве, сильно не развернёшься, так, типовые проекты. Но я старался в каждый проект вложить что-то своё. Моя семья жила в тесной квартирке, и это было очень неудобно. И я старался, чтобы у простых горожан был шанс жить чуть лучше, чуть комфортнее.

С самой Академии я слишком много времени уделял работе и так и не женился… Сначала – сожалел об этом, но потом привык быть одиноким, но свободным, и совсем разбаловался. Я больше не искал любовь, а только мимолётные забавы и лишь в этом мире, дорогая моя Сол, я встретил настоящую женщину и полюбил её. Страшно вспомнить, что чуть было не поужинал той, которую теперь так люблю! Но тогда я был нездоров. И что самое невероятное, она простила меня… Да, простила! И, кажется, полюбила! – он засмущался и опустил голову.

В его глазах светилась любовь, та самая, вечная, о которой я писала каждую ночь в своём романе. Любовь на грани жизни и смерти и больше самой жизни, ибо что она по сравнению с теми чувствами, что переполняют тебя. И я подумала, что даже если бы у этого человека не было никаких других талантов, для того чтобы сделать его избранным, хватило бы всего одной этой способности – так сильно любить кого-то. И Маша полностью заслуживает этого. Она потеряла сына, но нашла в себе силы идти дальше, помня и любя его всем сердцем, а это значит, что все слабые и обиженные найдут в её сердце отзвук своей боли. И эта женщина сделает всё, чтобы помочь им.

Помолчав немного, видимо, так же как и я, подумав про Машу, он продолжал:

– Что-то нашло на меня. Чувство голода завладело мною настолько, что я готов был рыть носом землю, лишь бы найти то, чем можно было насытить брюхо. Это страшное и унизительное чувство, терять в себе – человека. Ползать как крыса на четвереньках и искать, искать, искать. Хоть личинку, хоть червячка.