Тень в Зеркале - Ян Ирвин

Приятные сны Лиана вновь были прерваны громким стуком. В дверь колотили так громко, словно хотели ее выбить. Лиан почувствовал, что на этот раз дело плохо.

— Иду, иду! — крикнул он.

В дверь стали лупить еще сильнее, и засов отчаянно задребезжал. Лиан впотьмах разыскал плащ, завернулся в него и, спотыкаясь, направился к двери.

— Да иду же! Иду! — повторил Лиан еще громче, стараясь перекричать непрекращавшийся грохот. Он отодвинул засов и распахнул дверь. — Да что же это такое?.. — начал было он, но замолчал, узнав человека, ломившегося в дверь. — Это ты, Турль? — запинаясь пробормотал Лиан. — В чем дело? — Впрочем, он и сам прекрасно знал ответ: Вистан догадался, кто побывал ночью в библиотеке.

Управляющий делами директора Чантхедской Школы Преданий поднял над головой лампу, с явным неодобрением разглядывая молодого человека. Желтый свет упал на симпатичное небритое лицо Лиана, на его растрепанные каштановые волосы и темные глаза.

— Не валяй дурака! — произнес Турль злобным голосом, его толстые мокрые губы кривились в усмешке. — Одевайся! Ты уже достаточно наломал дров. Вистан хочет сказать тебе пару слов на прощание, прежде чем вышвырнет тебя из города.

— Что значит «вышвырнет»?! — возмущенно сказал Лиан, плотнее запахнувшись в плащ. — Я выступаю на Празднике и никуда отсюда не уеду.

— Посмотрим! — взвизгнул Турль. — Тебя уже один раз великодушно простили, а ты что?!. — Он окинул взглядом комнату Лиана. — В каком же свинарнике ты живешь!

— А что я еще могу себе позволить, раз вы украли мои деньги?!. Впрочем, моим друзьям у меня нравится.

— Твои друзья такие же свиньи! — фыркнул Турль. — У тебя есть час на сборы.

— А куда меня отправляют? Турль злорадно ухмыльнулся:

— Ты изгнан из Чантхеда и не смеешь больше сюда возвращаться!

Турль постучал в дверь к Вистану. «Войдите!» — раздался писклявый голос. Турль вошел, волоча за собой Лиана, моргавшего от яркого света.

Вистан был в тапках и темно-синем плаще, наброшенном поверх ночной рубашки. Он о чем-то разговаривал с Траском, начальником стражи Школы Преданий, махавшим перед лицом директора ручищами, каждая размером с половину Вистана.

Лиан задержался в дверях, ожидая приглашения войти. Так, значит, его изгоняют! Куда же ему податься?!

— Мастер Вистан, — сказал Лиан после продолжительного молчания, — ты меня звал?

— Разумеется, звал! Заходи и закрой за собой эту чертову дверь.

— Что тебе от меня нужно?

— Такого идиота, как ты, я еще не видел! Пробрался ко мне в кабинет, взломал шкаф, украл ключи, проник в библиотеку и без разрешения пролез в архив! Оказал сопротивление охране Школы, нанес телесные повреждения стражнику! Да, натворил ты дел! Но это я, может, и простил бы тебе за прежние заслуги.

— Я не понимаю… — начал было Лиан.

— И не вздумай отпираться!.. Траск!

Траск достал кусок красной ткани с черной каймой, схватил Лиана за плащ и поднял к свету тот край, от которого этот кусок оторвался, когда плащ прищемило дверью. Лиан приуныл. Теперь его участь была решена.

— Но я никогда не прощу тебе того, что, выбив у меня лампу с горящим маслом в нашем драгоценном архиве, ты не остановился, чтобы потушить огонь. Это свидетельствует о полном пренебрежении к тому, что для нас святая святых.

— Минутой позже я оглянулся и увидел, что огонь потушили, — сказал Лиан.

— А если бы его не потушили?! За минуту могла бы вспыхнуть вся библиотека. — Вистан прервался, давая Лиану возможность самому представить ожидавшую его кару.

Лиан молчал, не сомневаясь, что его лишат звания мастера-летописца. Наконец Вистан продолжил уже более спокойным тоном:

— Ты мне надоел. Десятки людей рвутся на твое место, и я не стану больше с тобой возиться… Однако ночью произошло нечто важное, требующее немедленных действий… Я хочу тебе кое-что предложить. Мне нужен человек, чтобы выполнить срочное поручение в Туркаде. Если ты за это возьмешься, я напишу тебе рекомендацию и дам денег, чтобы ты начал новую жизнь в другом городе.

— Не может быть! — воскликнул Турль из угла. — Ты дашь ему денег?!

— Замолчи, Турль! — рявкнул Вистан. — Ты тоже надоел мне!

Турль с оскорбленным видом потупился.

— Итак, у меня к тебе предложение, Лиан, — продолжал Вистан. — Это твой последний шанс. Если ты возьмешься за ум, из тебя еще может выйти толк, но если ты откажешься, ты конченый человек. — Вистан смотрел не на Лиана, а на золу в камине.

Близилась зима. Лиан недоумевал, что это за срочное поручение, из-за которого необходимо идти через горы в это время года.

— А как же мое выступление? Ведь все ждут…

— Ты сам во всем виноват. Но как бы то ни было, вчера прилетела почтовая птица. Она принесла просьбу Мендарка от имени всего Совета, и я не могу ему отказать. К тому же ты знаком с Мендарком и многим ему обязан. — Разумеется, Мендарк никогда бы не стал требовать, чтобы это задание поручили Лиану, но Вистан предпочел об этом промолчать. — Ну что, пойдешь?

— А что я должен буду делать?

Вистан широко раскрыл свои и так выпученные глаза, словно возмущаясь тем, что Лиан еще осмеливается задавать ему вопросы, с трудом поднялся из кресла, проковылял к окну, резким движением распахнул его и долго стоял, не произнося ни слова, опираясь на подоконник и глядя в темноту. Пламя свечей плясало на холодном ветру. Небо на востоке начало светлеть, и на его фоне появились очертания гряды холмов. На улицу уже вышел первый торговец лепешками, поставил маленькую тележку рядом с тропинкой, зажег древесный уголь в жаровне и начал месить тесто. Где-то рядом на карнизе защебетала птица. После продолжительного молчания Вистан наконец повернулся к Лиану:

— У Иггура украли одну ценную вещь. За похитительницей гнались от самого Ориста. Сейчас она пытается пройти из Хетчета в Баннадор через Туллинский перевал. Ее зовут Карана. Ты должен найти ее и препроводить к Мендарку.

В мозгу Лиана всплыли какие-то смутные воспоминания, и мечты о славе вспыхнули с новой силой. Он впервые прислушался к словам Вистана.

— А что украдено? — спросил он.

— Эта вещь называется Арканское Зеркало. О нем я скажу тебе только то, что оно хранит предания древних времен… Из моей Школы такую ценную вещь, конечно, никто не сумел бы похитить!