Железный воин - Павел Анорин

Каждый из тринадцати воинов мог разгромить большой отряд. Каждому из них приходилось участвовать в крупных сражениях, когда рубились тысячи и тысячи всадников и пехотинцев. Но конечно, в таких крупных сражениях они были не одни, а со своими боевыми товарищами.

Один воин, даже богатырь, с целым войском не справится. Какова будет численность противника, в этот раз они не знали. Да и вообще, можно сказать, ничего не знали об адском легионе. Единственное разумное объяснение, с которым все согласились, что это войско фараона. Скорее всего, те два чужака, о которых говорил принц Аль Ахрейн, все-таки успели до прибытия отряда проникнуть в гробницу и по злому умыслу или случайно освободили дух фараона. Другого объяснения быть не могло.

А если фараон съел человеческое сердце – тогда совсем плохо!

И где фараон – возглавил свое войско или остался в гробнице?

Об этом размышлял Илья Муромец, об этом думал Матвей Русанов.

К Матвею подошел лапландский рыцарь Соомареа.

– Ты будешь сражаться? – спросил он оруженосца.

– Конечно! А что, кто-то сомневается?

– Нет, просто оруженосцу не обязательно биться рядом со своим рыцарем. Но если таково твое решение, я предлагаю тебе свой меч, ведь у меня их два, – сказал лапландский рыцарь и протянул Матвею меч.

– Спасибо. Твой меч мне подойдет, он не длинный и не очень тяжелый.

– А у меня – два щита. Возьми один, – предложил прусский рыцарь Брандербургер.

– Благодарю, но я собираюсь драться одновременно мечом и охотничьим ножом. Поэтому щит мне не понадобится, – ответил Матвей.

– Как хочешь, тебе виднее…

– Они же были совсем серые! – удивился наемник Сотол, пристально рассматривая холмы. – Камни да колючки. А сейчас их верхушки будто покрылись лесом или густой травой.

– Да это же… они! – воскликнул его друг Гардер. – Они идут!

Армия фараона появилась раньше, чем ее ожидали, и теперь черно-зеленая лавина быстро покрывала холмы и спускалась вниз.

– Не такие уж они медлительные. – Матвей делал несложные выпады, чтобы рука привыкла к мечу. – Скоро будут здесь.

– Их не меньше легиона. Тысяч пять, – оценил на глаз численность противника Набу.

– Больше. Тысяч восемь, – уточнил римский легионер Клавдий.

– Они даже еще не все с холмов спустились. Идут и идут. Наверное, не меньше десяти тысяч – два легиона! – воскликнул Соомареа.

– Братья! Рыцари, богатыри, славные избранные воины! – крикнул громовым голосом Торн. – Не будем считать врагов – будем их бить!

Торн провел взглядом по лицам своего маленького войска.

– Пришел час великого испытания! Все, что с нами было до этого часа, все битвы, победы, приключения – все это готовило нас к предстоящему сражению. Суждено ли кому-либо из нас остаться в живых: то мне не ведомо. Но знаю другое – и умирая, мы победим! Выполним свое предназначение, чего бы нам это ни стоило! И пусть эта нечисть на своей поганой шкуре узнает нашу силу, нашу волю, наше оружие!

Утренний воздух Куршира взорвали громовые раскаты. Это воины отряда Торна приветствовали речь своего вождя.

А ужасные зеленые всадники приближались на своих уродливых конях. Они ехали без криков и боевых маршей, только жуткое шипение и свист – тонкий омерзительный свист.

Матвей стоял рядом с Ильей Муромцем, который горой возвышался на своем богатырском коне.

Матвею предлагали подыскать коня в деревне, рыцари готовы были заплатить, но Матвей категорически отказался. Объяснил, что верхом он последний раз катался лет пятнадцать назад. Если не считать их путешествия из Александрии. Да и то Матвей обеими руками держался за Илью.

– Лошади этих тварей низкие, да и сами они ростом не сильно выдались, мне удобнее будет с ними, стоя на земле, драться, – рассуждал вслух Матвей, рассматривая приближающихся зеленых всадников. – А в седле я долго не удержусь, это так же понятно и просто, как сви… Илья! Может, Соловья позвать – пусть свистнет пару раз!