В интересах государства - Алекс Хай

Корф склонился над обездвиженным бойцом и провел рукой в нескольких сантиметрах от его лица.

— Ему понадобится медицинская помощь, — сказал тайный советник. — Мой ассистент уже вызвал бригаду. Боюсь, придется здесь задержаться.

Отец поежился от холода и кивнул в сторону дома.

— Можете воспользоваться нашей усадьбой. Все равно поминки придется отменить.

Пистолетыч кивнул.

— Благодарю, ваше сиятельство. Нам действительно будет удобнее развернуться в вашем имении. Мне не хотелось бы поводить первичные допросы у себя. Затем, разумеется, мы переведем задержанного в специальное учреждение.

Я удивленно на него покосился. Очень странное решение. Неужели Корф опасался слива информации из застенок Тайного отделения? Но если так, во что, блин, мы оказались впутаны? Пистолетыч явно чего-то не договаривал. И, судя по реакции, Матильды, это понял не я один.

— Вальтер, можно тебя на минуту? — попросила баронесса.

Корф с неохотой поднялся.

— Да.

Они отошли на десяток шагов, а я уставился на задержанного бойца. С виду обычный мужик, но крепкий, тренированный. Форма без опознавательных знаков, похожа на армейскую или какого-нибудь частного военного отряда. Я аккуратно пошарил по его карманам — ни одной личной вещи. Ни документов, ни телефона — ничего, что могло бы помочь установить личность или понять, кто послал его за нами.

И раз на памяти ему установили надежный блок, то кто-то не просто хотел скрыть себя до поры до времени, но и основательно подготовился.

Я вспомнил того мужика с парализованным лицом. Нужно рассказать Корфу о том, как лихо он отбивался от моих «Колобков» и что сделал с Матильдой. Да, мне удалось его слегка поджарить, но для этого пришлось потратить почти весь резерв и обратиться к источнику. Значит, я превысил свою «шестерку». Да и Матильде с ее пятым рангом досталось. Какой же тогда ранг был у этого перекошенного колдуна?

Мне очень хотелось понять, как выглядел ментальный блок. Толком не понимая, что сам творил, я провел рукой надо лбом бойца, закрыл глаза и обратился к силе. Сконцентрировал больше энергии в ладони так, чтобы моя сила реагировала чужую. Осторожно, стараясь никуда не вмешиваться, потянулся к разуму бойца. Он застонал.

— Тихо. Делать с тобой ничего не буду, хотя очень хочется.

Он уставился на меня, бешено вращая глазами. Попробовал дернуться, но не смог — незримый паралич явно его напугал.

— Кто ты? — Плохо владея языком, промычал он. — Где я… Что вы со мной сделали?

Я быстро отнял руку. Нет, я был слишком неопытен, чтобы пытаться работать с человеком в таком состоянии. Но зато я прислушался к интуиции, попросил силу подсказать хоть что-то об этом мужике.

Страх. Непонимание. Снова страх.

— Как тебя зовут? — убрав всякое воздействие, я склонился над мужиком. — Имя, фамилия.

— Валера… Валерий… Смирнов! Вроде бы… Где я? Да кто вы все такие?

Я обернулся к Корфу и замахал руками.

— Вальтер Макарович, сюда!

Тайный советник жестом остановил что-то говорившую ему Матильду, и вместе они торопливо зашагали ко мне.

— Заговорил. Видимо, заклинание слабеет. Утверждает, что его зовут Валерием Смирновым, — поднявшись, сказал я. — И говорит, что не понимает, где находится.

— Интересно…

Я отступил на шаг, давая Корфу место. Пистолетыч снова провел ладонью над его лбом.

— Хм. Странно…

— Да кто вы все такие, мать вашу? — уже почти кричал пленник. И отчего-то я ему верил. Нет, страх у него в глазах был неподдельным. Неужели ему стерли память о последних событиях? Наверняка сильный менталист может сделать это, но…

Корф закрыл глаза.

— Не дергайся, — приказал он. — И ни о чем не думай. Иначе будет больно.

Видимо, Валера его не послушался, потому как буквально через пару секунд заорал как резаный. Корф резко отстранился, убрал ладонь и распахнул глаза. Всего на долю секунды я увидел черноту в его белках, но это наваждение быстро рассеялось.

— Одно из двух. Либо его разум взяли под контроль, либо блок наложил ложные воспоминания. То и другое возможно, но только для мастера моего уровня и выше.

— В империи не так много менталистов с такими возможностями, — отозвалась Матильда.

Корф нахмурился.

— Больше, чем хотелось бы.

Он поднялся и подошел к нам.

— Пленника нужно отвезти в усадьбу. Затем…

Он не договорил — его голос заглушил высокий тревожный вой сразу нескольких сирен. Мы все синхронно обернулись на звук. К воротам кладбища подъезжали сразу две кареты «скорой» — смешные округлые микроавтобусы, похожие на бочонки с колесами, и украшенные красными крестами. Следом за «скорыми» на стоянку влетели два полицейских автомобиля.

— Это не мои, — сказал Корф.

— Наверное, вызвал кто-то из местных, — пожала плечами Матильда. — И правильно. Пострадавших много.

— Сейчас начнутся споры о юрисдикции. Придется сперва разобраться с ними и дождаться моих из Отделения. А вот, кстати, и они.

На парковку подъехал еще один автомобиль. Без мигалки, но стоимостью явно повыше, чем у полицейских. Лишь на лобовом стекле я увидел какую-то бумажку с черно-красным орлом — то ли пропуск, то ли другое знак принадлежности к государственному учреждению.

Из сторожки вышел коротко стриженный молодой человек в темном пальто и направился прямиком к Корфу. Встретившись со мной глазами, он поклонился.

— Алексей Зайцев, личный помощник Вальтера Макаровича.