Делу время, потехе час - Ольга Коробкова

Утром следующего дня мы стали невольными свидетельницами разговора между заядлыми сплетницами, угадайте, какими. Дело происходило в столовой, в очереди за едой.

— Альени, а почему ты сказала, что лешие злые? неожиданно спросила Сарая, припоминая прошедший урок. Они вроде ничего плохого собой не представляют.

— Неужели? скептически высказалась она. Пару лет назад я пошла в лес за ягодами и натолкнулась на лешего. Так вот, вместо того, чтобы мне помочь, он заставил меня плутать по лесу несколько часов.

— И что же ты ему такого сказала?

— Ничего, просто приказала показать самые лучшие заросли малины.

М-да, не удивительно, что она несколько часов плутала по лесу. Заросли малины приказала показать, видите ли. Леших обижать вообще не рекомендуется, а на такие "приказы" они обижаются очень сильно. Они могут затаить обиду, и тогда вообще из леса не выйдешь. Хотя в отношении Альени это и не удивительно. Она никогда и ни к кому не проявляла должного уважения, даже к собственным родителям и бабушке с дедушкой.

— Вик, а давай после уроков к ребятам сходим? предложила Поли во время завтрака.

— Зачем?

— Ну, может им еще раны обработать надо.

— Поли, ты лекарь, — решила напомнить я. Причем этот диалог вызывал настойчивое дежавю.

— Но у тебя лучше получается, — не отставала подруга. — Да и Дантер меня вряд ли примет.

— Не поняла?

— Видер сказал, что он уже третий день на занятия не ходит.

— Посмотрим.

Странно, неужели ему стало хуже? Вообще не должно, я ведь все раны обработала правильно. Что ж, похоже, придется идти на выручку в очередной раз. И я не знаю, что я с ним сделаю, если выяснится, что он пренебрегал моими наставлениями.

Со всеми этими раздумьями день пролетел мимо меня. Общая история, расы и зелья слились в единый поток, но я все записала, правда, не вникая в подробности. Естественно, сразу после уроков девочки потащили меня к ребятам, и хорошо, что хоть сумку с травами дали собрать. Не терпелось им.

— Виктория! — обрадовались мне как родной.

— И вам не хворать, — не разделяла их веселья я. Как самочувствие?

— У нас хорошо, — ответил за обоих Видер. А вот у Дантера не очень.

— И что на этот раз? страдальчески закатила глаза я. Неужели снова куда-то вляпался?!

— Ну понимаешь те парни… в общем, они подкараулили его и напали.

— ОПЯТЬ?! моему возмущению не было предела.

— Ага, — закивали оба, причем совершенно синхронно. Репетировали, что ли?

— И куда ваши учителя смотрят? — в сердцах всплеснула я руками.

— Куда надо, просто они предпочитают не вмешиваться. Это вроде как часть обучения, — мрачно пояснил Слай.

— То есть, вы можете спокойно устраивать друг другу темную, и вам ничего не сделают? изумилась я. Девочки тоже сидели с открытыми ртами. Ну ничего ж себе у них порядочки.

— Не совсем так, — попытался объяснить Слай. Разрешены бои, но не до смерти. Просто разминочные.

У меня слов не было, приличных, во всяком случае. От возмущения даже глаз задергался.

— А обратиться к лекарю вы не пробовали?

— Мы к тебе и обратились.

— Я не лекарь, а ученица.

— В больничном крыле нам лишь дадут настойку от боли и перевяжут. Учителя считают, что мы должны сами преодолевать боль и становиться сильнее.