Хозяин - Александра Лисина

Питон неподвижно уставился на козявку, которую мог проглотить без всяких усилий. Ненадолго задумался, будто не замечая беззащитных малявок, озадаченно мигнул и вдруг… исчез. Да так стремительно, что не ожидавшие от него такой скорости чужаки аж икнули. Тем временем громадное туловище подтянулось к кустам, а потом мощным рывком втянулось в чащу целиком, оставив на земле невероятный по размерам и глубине след, комья рыхлой земли и отвратительно пахнущую змеиную слизь.

Белка в последний раз рыкнула куда-то в сторону и, больше не обращая внимания на подозрительно колышущиеся ветви, уверенно сдвинулась с места.

— Хорошо, что на Белике надета новая броня, — перевел дух Адвик, одновременно подталкивая светлых в спину. — Видать, та самка была еще здоровее, раз самец так шустро убрался. Так, остроухие, давайте поживее, пока этот гад ползучий не передумал. Я не уверен, что он ушел далеко, и не хочу испытывать его терпение. По сторонам не глазейте — мелочь теперь не полезет, раз даже питон побоялся. Так что вперед и пошустрее, чтобы никого не дразнить.

Таррэн с трудом заставил одеревеневшие ноги двигаться и только спустя пару долгих минут сообразил, что изумительный по красоте доспех Белки, из-за которого со свистом вырывалось дыхание даже у самых стойких, был сделан из чешуи точно такого же здоровенного питона. Только из самки, готовой к кладке яиц. Иными словами, очень опасной и злой. Кажется, Белка обмолвилась, что пришибла ее «случайно». На дороге, мол, попалась, а настроение поганое было.

Темный еще подумал: какого же размера должна быть змеюка, чтобы из ее кожи можно было скроить столь удачный доспех? Вот и узнал.

— Х-хорошо, что у Белика доспех воняет медом на сто шагов окрест, — согласился рыжий, утирая со лба обильный пот.

— Точно, — с ленцой отозвался Шранк. — Но больше он нас не потревожит. Не рискнет.

— И п-правильно, а то ж я могу и зашибить с перепугу.

Гончие снисходительно переглянулись: глупец. Его-то как раз перекусят пополам и не подавятся. Может, только Белка и сумеет отстоять дурака, но никто другой не рискнул бы отбирать законную добычу у голодного питона. Впрочем, пес с ним, болтуном. Главное, что держит себя в руках и наконец-то осознал, куда именно пришел непрошеным гостем. Да и остальные, похоже, впечатлились. Даже темный, который в последнее время вел себя здесь как в родном лесу. Теперь присмиреют, а то расслабились за эти два дня. Рты разинули и любовались местными красотами, как знаменитыми на всю Лиару Аккмальскими садами. Наивные! Наверняка подумали, что опасности Серых пределов сильно преувеличены. А тут наконец встряхнулись. К оружию, вон, потянулись, морды снова прикрыли, подумав про ядовитых бабочек и стрекоз. И запоздало вспомнили, что это не прогулочный парк, а Проклятый лес. Невероятно умный и опасный противник, привыкший нападать из засады. Так что, если они хотят выжить, то им придется стать быстрее, хитрее, умнее и выносливее, чем местные твари. Научиться чувствовать их настроение, вовремя реагировать на каждый шорох и ждать, ждать, ждать… Все время ждать подвоха, как на напичканной ловушками Тропе смертников.

К очередной поляне отряд вышел внезапно. Вот вроде бы стояли посреди непролазной чащобы. Только-только осматривали рукава и спины соседей в поисках дыр и мелких порезов. Едва сумели преодолеть одно зеленое препятствие, потом другое, затем еще и третье… а теперь будто на краю пропасти оказались: впереди простирался неестественно ровный круг свободного от деревьев пространства. То ли пожар тут когда-то случился, то ли просто место было такое, но не росли здесь деревья. Ни деревца, ни кустика, ни даже пенька, будто сосны и ели тут вовсе не приживались. Зато трава — роскошная, сочная, почти по пояс. Удивительно яркая, остро поблескивающая словно стальными лезвиями и невероятно густая. Из-под нее совершенно не видно земли. А в центре этого изобилия виднелся небольшой, почти незаметный холмик. И вокруг — тишина-а-а…

Таррэн непроизвольно замер, сморгнув выступившие от внезапного света слезы. Торк! Да как же это, если буквально в шаге за спиной — беспросветная темень?!

Эльф помотал головой, прищурился и, быстро отступив от ядовитых зарослей, снова огляделся, одновременно прислушиваясь к себе. Нет, его чутье не восстановилось. Ощущение единения с лесом не вернулось, а мудрое сердце продолжало молчать. Но здесь, как ни странно, было светло, тепло, сухо и очень спокойно. Будто другой мир, в котором прежняя аура настороженности и недовольства едва ощущалась. А за поляной — уже знакомая стена ненависти и яростной злобы, от которой вскипает кровь.

Белка, не обращая ни на кого внимания, сняла с головы чешуйчатый капюшон и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Затем подцепила с ближайшей травинки горсть крупной росы и с удовольствием отерла лицо, избавляясь от ниточек паутины, мелких спор, надоедливых листиков и прилипших иголок. После чего погладила тихо заурчавшую хмеру, потрепала мимикра и наконец обернулась.

— Раздевайтесь, чего встали? — усмехнулась она, увидев настороженно озирающийся отряд, укрытый доспехами и нашитыми на плащи костяными щитками. — Теперь уже можно. Тут они нас не достанут.

— Хочешь сказать, мы дошли? — осторожно уточнил Весельчак, не торопясь снимать броню.

— Почти. Пойдемте, тут уже недалеко. Таррэн, ты что-нибудь чуешь?

Темный эльф скинул надоевший капюшон и медленно покачал головой.

— Абсолютно ничего. Просто полный ноль, будто я не маг, а Торк знает что.

— Так и должно быть, — успокоила его Белка. — Пока не войдешь в Лабиринт, твоя магия бессильна. Здесь только светлые и людские маги могут творить заклятия. Так что даже не пытайся.

— Почему?

— Возможно, древние и здесь все продумали и избавили темных от соблазна сбежать в последний момент или, чего доброго, позариться на ключи и их силу. Утверждать, конечно, не берусь, но другого объяснения пока не вижу. Элиар, не вздумай проверять! Я не уверен, что мы одни! Лучше посмотри вторым зрением на эту полянку, а то вдруг орден успел раньше нас?

Элиар и Танарис, вспомнив об осторожности, одновременно вскинули головы, сузили глаза и несколько долгих мгновений сосредоточенно молчали.

— Нет, — наконец сказал Танарис. — Поляна пуста, как погреб у нерадивой хозяйки. Более того, за последние несколько дней здесь вообще никто не появлялся. Я уверен.

Элиар молча кивнул.

— Почему ты думаешь, что сюда мог пробраться кто-то из ордена? — нахмурился Сова. — Мы ведь добрались раньше каравана. Проход в горах — один-единственный, по тропе они за нами пройти не могли. Вы же сами говорили, что мы сэкономили целых три дня.

— Верно, — неспешно согласился воевода. — Но мы и выжидали почти трое суток, пока вы адаптируетесь. Это раз. Второе: они могли пойти сюда сразу. И, наконец, третье: я совсем не уверен, что на других заставах не найдется тех, кто предан ордену.

— Предатели-Стражи? — недоверчиво хмыкнул Весельчак.

— Почему нет? — так же спокойно возразил Урантар. — Орден существует почти девять тысячелетий и за все это время частенько нападал на таких же смертников, как мы. Причем, если почитать архивы, то становится ясно, что с каждым разом у них получается все лучше и лучше. Ты ведь слышал про гору Импала, где в прошлое тысячелетие полегли две сотни перворожденных и почти тысяча наших? Тогда походы были масштабнее, не чета нашему. Так вот, то сражение — тоже работа ордена. Они все так же хотят заполучить ключи и раз за разом все ближе к успеху. Жаль, что наше величество не соизволил поделиться сведениями, сколько раз кто-то или что-то пыталось влезть в его сокровищницу за третьей частью ключа. И сколько раз ту часть дворца восстанавливали, укрывали заклятиями и заново перестраивали. Думаешь, эльфийские сады там просто так растут?