Князь орков - Михаэль Пайнкофер

— Ну, хорошо, — согласился он, стараясь при этом сохранить остатки своего достоинства. — Чтобы снова и снова вызывать в памяти карту Шакары, Верховная священнослужительница один раз в день проводит ритуал Эниалии.

— Ага, — проворчал Раммар, который на самом деле ничего не понял. — А где и когда проходит ритуал?

— В помещении храма — как раз сейчас, в этот миг.

— Тогда не будем терять времени, — сказал Раммар. Бальбок кивнул, поднял канат, обмотал его вокруг эльфа и связал того.

— Ч-что это вы делаете?

— Как что? Связываем, чтобы взять тебя с собой.

— С собой? Но…

— Ты покажешь нам, как в этом лабиринте переходов найти помещение храма — здесь же все выглядит еще хуже, чем в самой глубине внутренностей Торги. И горе тебе, если ты посчитаешь нас дураками, эльфеныш. Тогда тебе не поздоровится.

— В-вы совершаете большую о… — Эльф умолк, потому что Бальбок засунул немалую часть эльфовой одежды ему же в рот в качестве кляпа. А потом взвалил пленника себе на плечо, словно мешок.

— Вот и ладно, — Раммар был доволен. — В какую сторону идти?

— М-м-х, — произнес служитель храма, выглядевший довольно несчастным.

— А ну, говори быстро, да так, чтобы мы тебя поняли! — потребовал Раммар, пригрозив для пущей убедительности кулаком.

— М-м-х… м-м-х — Эльф указал подбородком на коридор.

Орки кивнули и, держа оружие в лапах, устремились по узкому, покоившемуся на колоннах, коридору.

У одного из перпендикулярных ходов эльф подал знак повернуть направо, через некоторое время пришлось повернуть налево. Еще несколько перекрестков — и Раммар и Бальбок потеряли ориентир и уже не знали, где находятся — ясно было только одно, что они спускались все глубже и глубже в храм.

Вдруг раздались голоса.

Орки застыли и прислушались. По коридору шел отряд эльфов, прямо на них, и, судя по звону, сопровождавшему их голоса, все они были вооружены.

Стража храма.

— Быстро, туда! — кивнул Раммар брату, указывая на боковой ход. — И чтобы ни гу-гу, остроухий, иначе конец тебе!

Орки вместе с пленником скрылись в боковом коридоре, подняв оружие, чтобы в случае необходимости продать свои жизни как можно дороже. Поскольку голубоватое сияние, заполнявшее коридоры, было везде одинаковым, то теней, в которых можно было бы укрыться, не было. Оставалось только тесно прижаться к стене и надеяться, что стража их не обнаружит.

Голоса и звон стали громче. Их было, должно быть, не меньше дюжины. Раммар и Бальбок обеспокоенно переглянулись, а клинок кинжала Бальбока крепче прижался к горлу пленника.

Кто-то отдавал приказы на поющем эльфийском языке. В следующий миг мимо бокового коридора прошел отряд.

Орки не ошиблись.

Это были стражи храма, целый взвод. Поверх доспехов из сверкающего серебра у них были белые плащи, из-под которых торчали рукоятки изогнутых эльфийских клинков. На шлемах, оставлявших открытыми лица, развевались плюмажи. На щитах были изображены стилизованные кристаллы льда, символ храма Шакары. Они маршировали в сомкнутом строю, двигаясь с угрюмой решимостью.

Раммар невольно вспомнил о том, что рассказывал ему Бальбок об эльфийских воинах. Низкорослый орк заметил, что ладони, сжимавшие сапарак, увлажнились. Он с испугом спросил себя, скольких стражников он сумеет столкнуть в лужу Курула, прежде чем их мечи изрубят его на куски — пожалуй, что и ни одного…

Оркам оставалось только вести себя тихо-тихо, пока стражники не пройдут мимо. Ноздри Бальбока затрепетали, когда пленник заворочался у него на плече, но орк только крепче схватил его и прижал кинжал к горлу эльфа, так что тот перестал сопротивляться.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем стражники наконец удалились. Счастье орков, что дисциплинированные воины смотрели только вперед, а не по сторонам, и не заметили ни вторгшихся в храм орков, ни их заложника. Наконец взвод исчез, и Бальбок решился не только шумно вздохнуть, но и выразить свое облегчение иным способом.

— Черт побери! — зашипел на него Раммар. — Разве это обязательно? Нам и так повезло, что длинноносые нас не учуяли. А ты хочешь выдать нас пусканием газов!

— Прости, — шепотом ответил Бальбок. — Мне очень захотелось.

— Если ты сделаешь еще что-либо подобное, то мне захочется размозжить твой череп, умбал ты этакий! — ворчливо пообещал Раммар. Затем он повернулся к пленнику, которому стало так плохо от газов Бальбока, что он закатил глаза. Раммар вынул кляп у него изо рта. — Куда теперь? — поинтересовался Раммар. — И берегись вести нас туда, где будет еще больше стражников!

— В-вон туда, — бесцветным голосом прошептал эльф. — Помещение храма уже совсем близко.

— Хочется надеяться, — заверил его Раммар и снова заткнул ему рот. Компания орков со связанным эльфом тронулась в путь, дальше по широкому коридору, потом по целой куче ответвлений и лестниц. Теперь орки были еще более внимательны, чем раньше. Едва заслышав подозрительный шорох, они застывали в ожидании; и только удостоверившись, что им не угрожает опасность, снова продолжали путь.

Наконец они добрались до коридора, роскошнее и шире остальных, его куполообразный потолок поддерживали не колонны, а статуи. Белый алебастр сверкал в голубоватом свете, словно лед. Кого представляли статуи, Бальбок и Раммар не знали; наверняка это были какие-нибудь выскочки из истории эльфов, которых в прошлом этого народа было действительно в избытке. Для орков же все эти морды выглядели не только одинаково, но и отвратительно — симметричные лица с высокими скулами, длинные носы и нескрываемое высокомерие во взгляде.

Для Раммара статуи являлись олицетворением всего того, что он ненавидел в эльфах, и поскольку ему и так приспичило, он не смог удержаться и облегчился прямо у подножия особенно изящной статуи. У эльфа глаза едва не вывалились из орбит.

— Чего таращишься, бледнолицый? — ухмыльнувшись, спросил Раммар. — Никогда не видел, как мочатся? Конечно же, нет — готов поспорить, что у вас, великолепных ребят, это происходит только сосульками и розами.

— Ш-ш-ш, — энергично махнул лапой Бальбок. — Ты тоже это слышишь?

Раммар спрятал своего маленького орка и навострил уши. Конечно же, он слышал: неземное пение на таких высоких нотах, что у него волосы на затылке встали дыбом.

— Проклятье! — выругался он. — От таких воплей у меня когти на ногах поджимаются. Это доносится, наверное, из помещения храма, а?

Поскольку рот у эльфа был заткнут, он лишь неохотно кивнул.

— Церемония уже началась, — сделал вывод Раммар. — Вперед, нам нужно спешить.

Орки побежали по широкому коридору, волоча за собой пленника. Чем дальше они продвигались, тем громче слышалось пение, тем ярче и неприятнее для орков становился свет, заполнявший коридор.