Круг - Сара Б. Элфгрен

Но не падает. Кто-то успевает подхватить ее. Когда сознание возвращается, Мину видит над собой встревоженное лицо Макса. Она сидит на лестнице, спиной к стене, совсем рядом с ним, так близко, что их дыхание смешивается. Но почему у нее такой странный привкус во рту? Неужели у нее изо рта плохо пахнет?

— Как ты? Позвать медсестру? — говорит он.

Мину отворачивается, чтобы выдохнуть.

— Ничего страшного, просто я ничего не ела, — бормочет она.

Она вдруг обнаруживает, что вокруг стоят ребята и пялятся на них.

Макс открывает свой портфель и выуживает оттуда банан. Мину берет банан и пытается подняться, но перед глазами снова начинают кружиться черные точки.

— Съешь сначала, — говорит Макс.

— Спасибо, — отвечает она. — Я в порядке.

Но Макс не уходит.

Мину охватывает паника. Есть на глазах у Макса, да еще банан — фрукт такой неприлично-двусмысленной формы! Мину начинает медленно снимать кожуру, в надежде, что Максу надоест и он уйдет. Но Макс не двигается с места.

Она подносит банан ко рту. Нет, это невозможно. Тогда Мину принимается отламывать от банана кусочки и класть их в рот, надеясь, что руки у нее не слишком грязные. Кажется, она чавкает, когда ест. Ну почему он не уходит?

— Так ужасно то, что случилось с Ребеккой. Вы ведь были друзьями? — спрашивает Макс.

— Да, — отвечает Мину с набитым ртом.

Кажется, Макс хочет что-то сказать. Но вместо этого он садится рядом с Мину и кладет руку ей на плечо.

Наверное, потому, что он делает это так естественно, Мину начинает плакать, первый раз с тех пор, как погибла Ребекка. От тепла руки Макса комок в горле тает и приходят слезы. На лестнице кто-то многозначительно посвистывает, указывая на них. Ей наплевать. Ей наплевать и на то, что, рыдая с бананом в руке, она, наверно, похожа на обиженную мартышку.

Пожалуйста, не говори ничего, думает она. Сказать здесь нечего, и если ты будешь стараться найти подходящие слова, то только все испортишь.

И Макс молчит. Звенит звонок, ученики расходятся по классам. Рука Макса лежит там, где лежала. Он дышит спокойно и размеренно.

Через какое-то время Мину вытирает слезы рукавом свитера. Тушь наверняка размазалась по лицу.

— Мне нужно пойти умыться, — говорит она.

— Только не торопись, — советует Макс и встает.

Он идет вверх по лестнице. Но перед тем как повернуть за угол, оборачивается и улыбается Мину. Она кивает в ответ, как бы говоря, что с ней все в порядке. Только когда он скрывается из глаз, она, шмыгнув носом, медленно поднимается на непослушных ногах.

21

Когда заместитель директора Томми Экберг возвращается с обеда, Анна-Карин стоит у его кабинета и ждет. Он вздрагивает, увидев ее. Затем приветливо улыбается.

— Здравствуй, здравствуй, — говорит он.

Ближайший подчиненный Адрианы Лопес — невысокий мужчина с сияющей лысиной и густыми усами. Он одет в кричаще-яркую рубашку с дурацким рисунком. Живот нависает над облегающими джинсами.

— Впустите меня, пожалуйста, в кабинет директора, — говорит Анна-Карин.

Замдиректора ошарашенно смотрит на нее и открывает рот, чтобы возразить.

«ДЕЛАЙ ЧТО ГОВОРЯТ», — приказывает Анна-Карин.

Томми Экберг обреченно вздыхает и достает гигантскую связку ключей, которая вечно распирает ему задний карман джинсов.

— Прямо сейчас? — спрашивает он и звенит ключами, как будто приглашая.

Анна-Карин кивает. Томми Экберг идет впереди нее в кабинет директора.

«А СЕЙЧАС ТЫ ПОЙДЕШЬ В СВОЙ КАБИНЕТ И БУДЕШЬ ДУМАТЬ О ЧЕМ-НИБУДЬ ДРУГОМ, ПОКА НЕ ЗАБУДЕШЬ ОБ ЭТОЙ УСЛУГЕ», — приказывает она, интенсивно сверля взглядом его затылок, где в пуху, окружающем лысину, застряли мелкие чешуйки перхоти.

— О'кей, босс, как прикажете, — отвечает он бодро, отпирая замок. Затем распахивает дверь настежь и делает приглашающий жест. — Ну а я пошел в свой кабинет думать о чем-нибудь другом!

Анна-Карин закрывает за собой дверь. Потом подходит к окну и опускает жалюзи. В комнате становится сумрачно, и Анна-Карин включает настольную лампу со стрекозами на абажуре.

Оглядывается. На письменном столе чистота и порядок. Анна-Карин запускает компьютер, который, наверно, древнее динозавра. Экран, возвышающийся на неуклюжем сером ящике из пластмассы, устало мерцает. Его внутренности глухо гудят, медленно выплывает заставка с изображением заката. Одновременно появляется окошко, требующее ввести пароль. Анна-Карин слишком мало знает об Адриане Лопес, чтобы пытаться угадать ее пароль. Она выключает компьютер.

Девушка отходит к книжной полке, берет наугад несколько папок и листает. Это расписание уроков, экономические отчеты, резюме и зарплатные ведомости. Ничего интересного.

Вдруг за дверью раздаются шаги. Анну-Карин охватывает паника. Но она одергивает себя. Думает о Ребекке. Ребекка всегда думала о людях только хорошее, она одна из тех немногих, кто хорошо относился к Анне-Карин. Кто пытался сплотить группу. Анна-Карин чувствует угрызения совести, вспомнив, что игнорировала звонки и сообщения от Ребекки. Теперь она попытается загладить свою вину.

Анна-Карин видит на кресле черную сумочку. Эта сумочка всегда висит на плече у директрисы, когда она приходит утром в школу.

Ладони Анны-Карин становятся мокрыми от пота. Если сжать кулаки, с них, наверно, начнет капать на пол. В голове промелькнула обидная кличка: «Потник».

Очень осторожно, как если бы сумочка могла кусаться, Анна-Карин приблизилась к ней и подняла за ремешок: тяжелая!

Анна-Карин аккуратно высыпала содержимое сумки на журнальный столик. Среди косметики, тампонов и носовых платков лежал черный органайзер и ключ на брелоке с надписью «Hermes». Анна-Карин оглянулась. Вдруг Адриана Лопес специально заманила ее в ловушку? Может, она вовсе не в муниципалитете?

Анне-Карин отчаянно хотелось убежать из кабинета. Но вместо этого она, вытерев руки о штаны, открыла застежку органайзера.

Почерк директора под стать ее стилю — строгий и без излишеств. Анна-Карин быстро пролистывает записи. Вот заметки о встречах с Элиасом и Ребеккой. Но никаких пентаграмм, никаких намеков на то, что ребят собираются убить.

Затаив дыхание, Анна-Карин открывает сегодняшнюю дату. Точно, с 13 до 16 заседание в муниципалитете.

Она листает дальше. В пятницу единственная запись: «Поезд в Стокгольм, 17.42. Номер брони XPJ0982U». И в воскресенье: «Поезд в Энгельсфорс, 13.18».

Значит, в выходные директрисы не будет дома. Ее дом будет стоять пустой. Нужно использовать этот шанс и попытаться выяснить, кто на самом деле Адриана Лопес.

Анна-Карин берет со стола ключ и бросает его в карман.