Ловец магических животных - Валентина Елисеева

Прошло пять дней с момента отъезда ловцов. Малолетнему принцу не становилось лучше, и маниакальная подозрительность Вайко дошла до предела. Лабораторию Кори разорили, вынеся из неё все запасы трав и других ингредиентов, все готовые и полуготовые зелья, после чего наглухо опечатали дверь: король запретил сестре изучать травологию и зельеварение. Отныне Кори ночевала во флигеле под усиленной стражей и одна: ей было запрещено встречаться и общаться с наставником. Не доверяя стражникам, король дни напролёт держал сестру под собственным контролем, и Кори вынужденно простаивала долгие часы в зале для аудиенций или читала одобренные братом книги, сидя в его рабочем кабинете. Время от времени она ловила на себе застывший, ненавидящий взгляд Вайко и ясно понимала: она не переживёт смерти племянника. Ни она, ни Арни. Со старого эльфа взяли магическую клятву о не причинении вреда Викко: клятву, нарушитель которой умирал долго и мучительно, сжигаемый негасимым магическим огнём. Убеждённый, что магическая древняя клятва точно обяжет магическое существо соблюдать её условия, король дал эльфу шанс вылечить принца. Арни выделили место в королевской лаборатории, и он бился над рецептом зелья, способного помочь маленькому кронпринцу. Пока получалось только поддержать угасающие силы мальчика, дать ему время дождаться ловцов.

— Позволь и мне почитать эльфийские медицинские книги, сохранившиеся в библиотеке флигеля, — не раз просила Кори брата.

— Даже не надейся: твои книжные шкафы опечатаны навсегда, — сухо отрезал Вайко. — Ты неоднократно доказала свою косорукость в деле зельеварения, не тебе лечить людей.

Бесполезно было напоминать брату, что все бесплатные лазареты столицы успешно лечат больных с помощью лекарств, приготовленных Кори. Сообщать о том, что последним её изобретениям специально создавалась зловещая репутация, тем более не стоило. После появления во дворце первой узницы Кори углубилась в изучение процессов жизнедеятельности различных магических существ: мало ли, какому ещё пленнику понадобится срочная медицинская помощь. Между лечением людей и теплокровных обитателей Запретных Земель имелось много общего, а вот драконы, саламандры, русалки и прочие хладнокровные требовали пристального изучения. Арни доводилось лечить всех, и его уроки были неоценимы.

— Надеюсь, нам удастся сбежать в Запретные Земли, а там зельевар должен иметь более обширную специализацию, чем в человеческой стране, — приговаривал Арни, следя за приготовлением микстуры от несварения для вампиров. После того, как им стало известно о наблюдателе в потайной комнате, эльф никогда не забывал погрузить шпиона в зрелищный сон, и королю было неизвестно, какой раздел зельеварения теперь изучает его единокровная сестра.

К сожалению, болезненная подозрительность брата лишила Кори возможности продолжить свою практику в создании эликсиров, порошков и настоев для будущих гипотетических пациентов из магического мира. Брать с неё магическую клятву, как с эльфа, Вайко опасался, желчно говоря: «Неизвестно, как магия повлияет на полукровку. Ты — ошибка природы, для которой законы не писаны». И «ошибке природы» оставалось многократно про себя повторять ранее изученное, делая вид, что с великим интересом читает авантюрный роман.

Первые вести с границы Кори услышала одновременно с братом, за троном которого стояла: в зал пропустили усталого гонца, рухнувшего на колени перед королём и сказавшего:

— Удача, о мой повелитель! Дитёныш дракона пойман и следует к столице!

Лицо короля разгладилось и просветлело впервые за много дней.

— Кто поймал?

— Сейтан. Обоз с драконом прибудет завтра днём, ловец просит освободить для него королевскую лабораторию, чтобы… извлечь из дракона требуемое снадобье для кронпринца. Ловец очень просит, чтобы королевские артефакторы не мешались у него под руками в этот ответственный момент, ему привычнее управиться самому, или лучше с собственным помощником.

— Всех артефакторов вон из лаборатории сей момент! Толку с них всё одно нет! — рявкнул король, и распорядитель побежал исполнять приказ. — Мальчишку доставить сегодня же, пусть ждёт наставника на рабочем месте.

Вечером дворец напоминал растревоженный улей: все готовились к приезду ловца. Утром приготовления завершились, и помпезное, полное людей здание затихло, как перед бурей.

Кори серой тенью застыла в тронном зале за плечом своего брата. Обычно в это время дня король вёл здесь аудиенцию, но сегодня гостей и просителей не было, в двери то и дело входили только гонцы.

— Группа стражников, конвоирующих ловца и дракона, вошла в городские ворота, — доносили они.

— Дракон жив, он вращает глазами и шевелит хвостом, — добавляли они важные сведения.

— Ловец и его груз доставлены в лабораторию, — последнее сообщение, и время, казалось, остановило свой бег.

В повисшей тишине уверенную поступь Сета все расслышали издалека. Придворные теснее прижались к стенам, Вайко напряжённо выпрямился и судорожно сжал подлокотники трона. Рокот голосов, прокатившийся по залу, вынудил Кори поднять глаза и замереть на месте при виде бывшего возлюбленного. Сет был одет не в парадный фрак, как все, а в запылённый охотничий наряд ловца, на котором тут и там сверкали синеватым серебром капли свежей драконьей крови.

Повелительным взмахом руки велев ловцу вплотную приблизиться к трону, король Вайко глухо обратился к нему:

— Принёс?

— Да, ваше величество. Вот сердце, которое излечит вашего сына, — известил Сейтан, поднимая окровавленный мешок.

Амулеты истинности слов, закреплённые на подставках рядом с троном, позеленели, подтверждая правдивость ловца, хоть и без них никто не усомнился в его искренности. Лицо охотника за магическими существами было тёмным и жёстким, исковерканным когтями несговорчивой дичи и пламенем дыхания драконов, но его деловая репутация была кристально бела и не тронута ни единым пятнышком. Сейтана Рорни боялись и уважали все жители королевства, придворные вельможи не составляли исключения. Кори признавала, что ловец заслужил такое признание: мало кто отваживался соваться за пределы магического полога, а из отважившихся не все возвращались. Сейтан же возвращался раз за разом и всегда — не с пустыми руками.

Принцесса заставила себя отвести взгляд от синих глаз на бронзовом от загара лице охотника, случайно зацепила взором за окровавленный мешок в его руках и поспешно отвернулась, скрывая слёзы. Жизнь одного существа как плата за жизнь другого — таковы жестокие законы реальности.

— Спасибо, — голос короля дрогнул от переполнивших его эмоций. — Проси всего, что пожелаешь!

— Во-первых, я прошу предоставить мне исключительные права на отлов магических животных: надоели вечные конкуренты, мешающиеся под ногами и вспугивающие уже загнанную дичь, — озвучил требования ловец.

— Хорошо, с этой минуты ты — единственный ловец королевства. Всех остальных ждёт эшафот, если они попробуют отправиться на ловчий промысел. Каково второе пожелание?