Связанные - Галина Краснова

— Не стоит этого делать. Дарелин может занервничать, решить что его наследницу удерживают в плену и примчаться спасать меня вместе со всей своей армией эльфов. Темных и светлых.

Ректор побледнел и надолго отключился от реальности. С ним такое постоянно, когда над чем-то начинает глубоко задумываться.

Решив дать ему пол часа на возвращение в реальность, я подошла к окну. Красивый, все-таки, отсюда вид. Внизу, прямо под окнами, небольшая тренировочная площадка для немагических занятий. На ней как раз, два десятка юношей активно осваивают владение копьем. Справа — оранжерея, сверкающая на солнце своими хрустальными стенами. Терпеть не могу это место — памятен еще укус корня мандрагоры. И ладно бы если за палец — не так обидно, как за попу. Слева парадная аллея, украшенная статуями предыдущих ректоров. За тренировочной площадкой расположился прекрасный парк, в котором проводятся занятия по медитации и некоторые практикумы по магии земли, где адептов просят выращивать цветочки всякие. Собственно, все эти клумбы и произведения садовнического искусства — контрольные работы и зачеты учащихся. Чамые красивые из них оставляют в назидание. Поэтому парк постоянно разрастается.

— Хорошо, на свадьбу ты поедешь, а наказание я тебе потом другое придумаю. Все, катись отсюда.

Надо же, наш некромант в благодушном настроении. Этим надо пользоваться. Поспешно поклонившись, я выскочила за дверь и тут же налетела на Энувиэля, улыбающегося так блаженно, будто уже использовал чуток розовой конопли для личных целей.

— Ты чего такой довольный? Получил наследство от дальнего родственника?

— Тьфу на тебя. Свидание у меня вечером. Она потрясная. Эфир, кстати. А ты опять вляпалась?

Я обреченно закатила глаза. Этот наглый эльф, получивший разнарядку от Владычицы на охрану моего тела, задался с целью переспать с представителями всех рас. То у него эльфийки, то человечки, то дриады, то наяды, то русалки, то оборотни. Теперь вот эфир. Господи, да когда же это закончится? Я уже устала выслушивать подробнейший отчет о его похождениях. За что мне эта пытка?

— Я не вляпалась, я совершила необдуманное действие.

— Ага, с тобой всегда так. Ты хоть раз бы попробовала думать. Для разнообразия.

— Ой, не читай мне нотаций. Совесть поимей!

Я брякнула это чисто машинально, но эльф не мог не заржать. Ему всегда нравились подобные перлы в моем исполнении.

— Хватит ржать, пошляк. Подобное проявление эмоций дурно сказывается на имидже возвышенных и утонченных эльфов.

Честное слово, он даже захрюкал! Ну, и какой из него после этого Перворожденный? Так, максимум в первой десятки появившихся…

— Кстати, тебя тут твой страстный поклонник искал. Кажется, он устроил засаду около твоей комнаты.

Моим поклонником называли маленького толстенького ботаника, помешанного на изучении культуры темных. Как только этот индивид узнал о моем статусе Наследницы, пристал как пиявка. Таскался всюду, приставая с дурацкими вопросами, даже эксперименты проводил. Садист и маньяк. Через неделю я начала его избегать. Через две — активно пряталась, пробираясь в комнату через окно. На двенадцатый этаж по водосточной трубе. К концу месяца я набрала половину суммы, чтобы заплатить клану ночных охотников за его убийство. Осталось только договориться.

— Кажется, теперь я понимаю, почему Дарелин метал уничтожить всех светлых. Еще немного, и я ему помогу в этой святой миссии.

Эльф уже давно привык к подобным высказываниям с моей стороны. Знал, что ругаться я могу сколь угодно, но никогда на подобное не пойду. Обидно, что меня считают такой безобидной.

— Что с поклонником-то делать будешь?

— Прятаться. Что я еще могу. Слушай, можно я у тебя сегодня переночую?

Я уставилась на него глазами олененка Бемби, но не помогло. На редкость бессердечный тип.

— Ни за что. Не хватало только, чтоб о нас с тобой поползли слухи. Меня же Владычица потом заставит на тебе жениться!

Сказав это, он весь передернулся от отвращения и ужаса. Я тоже была не в восторге от подобной перспективы.

— Ладно, напрошусь к Мокрице в лабораторию и буду всю ночь перебирать камешки и косточки. И это будет целиком твоя вина.

Мокрицей мы прозвали одного помешанного чудика, к несчастью числящегося преподавателем алхимии. Предмет довольно забавный, хоть и требующий большого терпения и аккуратной работы с весами. Зато Мокрица никогда не ругался, всегда рассматривая наши неудачные опыты, как небольшой шаг к Истинному Знанию. За это, а так же за мягкий характер и безотказность, его любили все студенты.

— Трусиха и слабачка.

— Сноб и неудачник.

— В расчете. Кстати, ты на свадьбу-то поедешь? Тебя ректор отпустил?

А я- то думаю, что я забыла?! Спросить у ректора. Ладно уж, до отъезда еще неделя — успею.

— Да отпустит он меня. Куда он денется? И такое событие я ни за что не пропущу. Мой единственный телохранитель женится!

Эльф ехидно ухмыльнулся.

— А какой прекрасный шанс увидится с возлюбленным!

— Еще раз об этом заикнешься и зубы выбью, честно слово.

Энувиэль поверил сразу и безоговорочно. Еще бы, я за время учебы ни разу не нарушила своего слова. Сказала, что троица, посмевшая обмазать мои волосы еловой смолой, будет ходить и сверкать лысинами, и сделала. Усыпив их с помощью особого порошка, побрила нахалов на лысо в ручную. Закрепила же результат особой мазью «Гладкость». Эта мазь, кстати, используется для того, чтобы у людей не росла борода и усы. Гарантия качества на 10 лет. А потом одной ведьме я пообещала незабываемые ощущения от прогулки в неглиже и посадила ей на платье парочку насекомых, напоминающих нашу моль. Только работают они намного быстрее. Проделала я свои махинации в начале пары, и уже в середине она убежала с диким визгом, прикрывая руками самое сокровенное. От одежды остались лишь небольшие лоскутки, но и они исчезали на глазах. Тогда мне досталось особенно сильно, потому что вместе с той девицей пострадали еще несколько учеников.

— Да ладно тебе. Чего кипятишься?

— Я… я очень соскучилась по ним. По Дарелину, Шесу, Ингру… даже по той назойливой дриаде, которая называет меня мамой.

— Ничего, ты их всех скоро увидишь. А официальное разрешение у ректора я сам для тебя попрошу.

Хороший он все-таки товарищ, хотя и не друг.

Дарелин

— Может, в шахматы сыграем?

Я поморщился и отрицательно помотал головой.

— Тогда в карты?

— Нет.

— Тогда выпьем?

С момента отъезда Женьки я пил почти две недели, творя в пьяном угаре разные непотребства. Только Ингр и сумел привести меня в чувство. А теперь Шес пытается меня снова споить?