Жемчуг проклятых - Маргарет Брентон

Есть люди, которые, сидя в ванне или прогуливаясь по садовой дорожке, ведут нескончаемые споры с воображаемыми оппонентами. По-видимому, оппоненты Милли были крайне въедливыми. Неудивительно, что любую беседу она начинала с не высказанного ни кем аргумента, который затем увлеченно опровергала.

— Милли! Мы с родителями переезжали из города в город, прячась от кредиторов. С какой стати мне важничать? Давай лучше посмотрим твое приданое.

— Не надо, — остановила ее Милли. — Честно говоря, я удивлена, что мистер Холлоустэп купил все готовое. Иногда он приносит мне свои рубашки, чтобы я их заштопала. Проверяет на домовитость.

— Он настолько практичный?

— На день Святого Валентина он подарил мне ветчину.

Агнесс потрясенно молчала. Неужели бывают такие черствые души?

— А вот мистер Лэдлоу всегда дарил цветы.

— Помощник аптекаря?

Мили судорожно кивнула.

— Скажи, Агнесс, у тебя есть кавалер?

«Нет», собралась ответить Агнесс, но так и застыла с приоткрытым ртом. Ведь не может же Ронан быть ее кавалером? Конечно, нет! Он не позирует ей для картин и не помогает ей мотать шерсть, он еще ни разу не написал стихотворение ей в альбом и не сопровождал ее в театр. Но почему же ей так хочется, чтобы он был с ней рядом? Даже сейчас.

— Да, — сказала она удивленно. — Да, есть.

Но Милли не дала ей развить тему.

— И у меня тоже. Это мистер Лэдлоу… Эдвин. Он был подмастерьем отца, почти что членом семьи. Мы с ним даже обвенчались! Ну, понарошку. Прочитали из «Книги общей молитвы» и надели друг другу на палец дужку ключа. Но все равно… А потом отец умер, и мы узнали, что последний год он практически не ездил по пациентам, а все в игорные дома… Эдвину пришлось нас покинуть. Дальний родственник выхлопотал ему место в Эдинбургском университете. Мы же… нет, поначалу соседи нам помогали, но мама про них такое могла сказать, что… они постепенно перестали. Пришлось на всем экономить. Вот как думаешь, почему тут нет стекла? — она указала на слепое окно.

— Треснуло?

— Да нет, сами вытащили. Чтобы не платить налог на окна. Ведь если их в доме больше шести, нужно раскошелиться… Знаешь, как мне надоело так жить?

— Да уж могу представить.

— А потом ко мне посватался мистер Холлоустэп. Посулил маме, что заплатит взнос за обучение Сэма и устроит девочек в школу. Что мне оставалось делать? Мама так меня просила. Я написала Эдвину, даже ключ тот приложила. А Эдвин примчался из Эдинбурга, все бросив, не сдав экзамены… В итоге его отчислили. Хорошо хоть мистер Гаррет взял его в аптеку! Но лучше бы он совсем не приезжал! Все равно нам не быть вместе.

Милли побледнела и отерла пот с лица.

— Так сбегите в Гретну Грин, — посоветовала Агнесс, любительница романов, где каждый второй брак начинался с романтического побега.

— Это испортит нам репутацию. Мне и моей семье. А за потерю репутацию у нас наказывают… ох, Агнесс, ты даже не представляешь, как.

В памяти всплыл позорный столб. Но, верно, все же не так. Или..?

— Будь вы героями баллады, — Агнесс вспомнила уроки миссис Крэгмор, — вы с Эдвином умерли бы сразу после твоей свадьбы, а из ваших могил выросли бы розы и переплелись в знак вечной любви.

— Скорее уж мистер Холлоустэп обнесет мою могилу забором и повесит табличку «Частная собственность», — горько усмехнулась Милли.

И опять промокнула лоб платком.