Боевой устав Гоблина - Вадим Косинцев

– Значит, даешь, – обрадовался орк. – Отлично, я первый кандидат. Сегодня же прирежу его. Все-таки с тобой я давно знаком, а его только один день знаю.

– Иди к черту, убийца. Шамана лучше прикончи.

– Командира? Да ты что, Устав не читал? Это верный трибунал и смерть у позорного столба.

– Какой еще Устав? – поморщился я.

– Боевой Устав Освободительной армии таха, естественно.

– Хватит пороть чушь! Ты орочий солдат и диверсант, а не вонючий таха.

– Сам ты вонючий. – Зак брезгливо пошевелил носом и отодвинулся.

– Неужели ты отказываешься выполнять приказ полковника Огбада? – опешил я.

– Ха! Это полный урод, его весь гарнизон презирает. Я уже забыл о нем, мужик.

– Ладно, мы с тобой еще поговорим на эту тему. Сейчас нам лучше поспешить к еде, а то все сожрут.

Мы двинулись к месту раздачи припасов, добытых в Шашгимаше. Самые лучшие трофеи типа вяленых кусков дичи достались, понятно, командному составу и телохранителям Хуру-Гезонса. Командиры привольно расположились в тени пальмы и пировали. Мы с Заком подоспели в самом конце дележки и успели урвать себе только пару плошек с похлебкой из бегемотины да связку бананов.

Когда мы наконец уселись для приема пищи, на нас напало несколько наглых детей-попрошаек под командой старухи, но мы с успехом отбили атаку. А вот некоторым солдатам не так повезло, и часть пищи аборигенам удалось вызволить обратно.

Я заметил неподалеку Кваквасу и решил не откладывать разборку до вечера. А то еще сгубят прямо в черепахе, на пару с Зийлой.

– Эй, помесь жабы с гоблином! – крикнул я, держа нож-пилу в руке. Бивак заметно притих, и множество востроухих гоблинов гневно уставились на меня. – Я к тебе обращаюсь, презренный Квакваса! – Все остальные воины облегченно вернулись к трапезе. Затевать потасовку на голодный желудок никому не хотелось. – Ты готов отдать за мое убийство тридцать метикалов, я знаю.

– Испугался смерти! – взвизгнул коварный гоблин. – Прочь из моей черепахи, бледный опарыш, а то худо будет!

– Я бы вылез, да у меня приказ десятника. И вообще, заткнись и сам бойся. Эй, парни! – обратился я к воинам.

– Давай-давай, – подбодрил его Зак. – Пообещай сразу сорок, он пожадничает столько платить.

– Заткнись, убийца… Все меня слышат? Даю двадцать девять метикалов… – Морды гоблинов вытянулись, у Зака в том числе. – Тому, кто убьет моего убийцу!

– Это нечестно! – завопил Квакваса. – Я больше предложил! А ты меньше!

Гоблины задумались. Я почти наяву видел, как мысли ворочаются у них в сером веществе. Минуты через три многие сообразили, что убивать меня смертельно опасно. Потом можно запросто получить ножом в бок.

– С ума сошел, – зашипел орк. – Кто заплатит за убийство убийцы, если ты будешь мертвый?

– Пока не думал об этом, – хладнокровно ответил я. – Да хотя бы ты.

– Вот еще! Я в поте лица зарабатываю свои метикалы. Ты не заставишь меня выложить их какому-то незнакомому гоблину.

– Ну тогда сам прикончишь убийцу, отомстишь за смерть командира.

– Задаром, что ли? – возмутился Зак. – По-твоему, я маньяк? К тому же двадцать девять метикалов – это даже меньше эльфийской золотой кордобы. Просто смешно! За тридцать я бы, может, еще и взялся бы… И вообще, мужик, здесь ты мне не командир, а такой же солдат. Я слышал, об этом Зийла сказала, а она целый десятник. Чего ради я буду за тебя мстить своему брату-гоблину?

Тут в нашу мирную беседу за банкой тушенки с бананом вмешался неугомонный Квакваса. Он сообразил, что его план устранения конкурента терпит крах, и вскричал:

– Плачу двадцать восемь тому, кто убьет убийцу его убийцы!

– Ты украл мою идею, – возмутился я.

– А ты ее не запатентовал, – блеснул остроумием гоблин.

– Двадцать семь – убийце убийцы убийцы моего убийцы!

Над поляной повисло тяжелое молчание. Из ушей воинов, кажется, готовился пойти дым, настолько их заморочил торг между мной и Кваквасой. Тот уже открыл рот, чтобы выкрикнуть еще более заманчивое предложение, как вдруг какой-то гоблин вышел из столбняка и недовольно гаркнул:

– Да ну их к демонам ночи, бешеных бегемотов! Пусть сами разбираются! – Я вспомнил, что уже говорил с этим солдатом в Дхеме, он снайпер из Мувропа и зовут его Джадог. – Верно я говорю, братья?

– Верно, верно, – загудели гоблины и вернулись к обеду. – Замочат потом за пару метикалов… Это нам надо? Нет, не надо… Пойдешь на жратву крокодилам ни за квачу.

Злобного Кваквасу последняя реплика буквально нокаутировала. Он в момент сдулся и сел, чтобы подкрепиться. Вряд ли он оставил мечту разделаться с конкурентом, но тактическую победу я все же одержал.

– Везет тебе, парень, – уважительно протянул Зак. – Я уж думал, придется вырезать на пальмовом листе секретный рапорт о твоей безвременной кончине.

– Мы еще поборемся! – Я был воодушевлен и даже почти перестал страшиться возврата за рычаги. Как вдруг увидел, что, пока я склонял воинов на сторону добра, ушлый орк успел слопать почти весь наш обед. – Эй, а где моя похлебка? И бананы!

– Я их съел, – виновато молвил орк. – Ты так зажигательно вещал, что я даже не заметил.

– Какое коварство! – возмутился я. – Я распинаюсь, понимаешь, перед толпой гоблинов, а он пожирает припасы за моей широкой спиной. Понятно, почему ты списал меня в расход! Хотел сэкономить на моем питании? А еще воин-освободитель.

– Держи, белый брат, – услышал я. – Помнишь меня? Я Джадог. Мы с тобой перед переправой беседовали.

Гоблин, который окончательно добил Кваквасу своей мудрой репликой, протягивал мне спелый банан. Я с благодарностью принял плод и тут же вскрыл его.

– Можешь заказать мне кого-нибудь, – проникновенным тоном предложил Джадог. – Для тебя я готов прикончить любого в нашей армии. За хорошие деньги, конечно. Я у себя в Барбунди наемным убийцей работал, пока меня в розыск не объявили.

– Ты же вроде из Мувропа.

– Разве? Точно, но в Барбунди я тоже бывал, когда меня из Мувропа тамошние гангстеры турнули. Мы водку из тухлых бананов гнали. Классное было время!

– Пивал я вашу мувропскую водку. Полное дерьмо! Лучше бы чистый спирт подделывали. Любого завалить можешь, значит? И Черного Шамана? – осторожно спросил я.

– Э нет. Хуру-Гезонс – командир. – Джадог покачал головой. – Он нам метикалы платит. Убить его – значит отнять деньги у себя самого, верно? Нет, даже не проси. Командиров я убивать не стану, это Уставом запрещено. Анекдот свежий хотите?

– Валяй, – кивнул орк.

– Однажды тувлюх позвал с собой на охоту мувропца. Идут, видят – берлога. Тувлюх бросил туда камень, из берлоги вылез разъяренный медведь и бросился на охотников. Тувлюх кинулся наутек, за ним мувропец, за ними – медведь. Бегут, бегут, тут мувропец сообразил, что у него на поясе болтается охотничий жезл. Он развернулся и убил медведя наповал. Тувлюх подходит и говорит: «Однако ты плохой охотник. Зачем убил медведя? Надо было сначала до дома добежать, а теперь кто тащить его будет?»