Особо дикая магия - Эллисон Сафт

Они наверняка встречались прежде. Но нет, такое лицо, как у нее, он запомнил бы.

Уэс подумывает, не оставить ли свой пост, чтобы подойти и поздороваться, но Маргарет поставила его здесь со строгим наказом вести себя прилично. Откровенно говоря, он рассчитывал, что получится поход за всем необходимым для алхимии, но ей вздумалось выполнить все пункты собственного бесконечного списка дел. Представлять, как он будет уныло плестись за ней по рынку, было примерно так же увлекательно, как сдирать с самого себя кожу.

Ему и прежде случалось делать это, в смысле плестись, и было уму непостижимо, как долго она способна медлить, оценивая достоинства единственного яблока. Лично он предпочитал наблюдать за людьми и вылавливать сплетни из разговоров окружающих. Говорят, тот самый хала прошлой ночью иссушил весь урожай столетнего виноградника – трагическая и вместе с тем волнующая новость.

Еще один признак, что погоня будет захватывающей.

Он не видит ничего плохого в том, чтобы развлечься невинным флиртом в ожидании, пока Маргарет закончит покупки. Когда он ничего не делает, на него наваливается страх, что он оплошает, что трех недель слишком мало для подготовки к охоте, что хала разорвет их в клочки. Перестав барахтаться, он утонет.

Одна из подружек той девушки украдкой бросает взгляд в его сторону, и та тоже оглядывается на него через плечо. Уэс улыбается. Эту улыбку он много раз отрабатывал перед зеркалом, точно так же, как тренировался произносить излюбленные речевые обороты лучших ораторов страны. Это тонкий расчет. Слишком широкая улыбка похожа на гримасу, слишком расслабленная недалека от ухмылки с раззявленным ртом. А эта попадает точно в цель, поэтому, когда он машет рукой, наградой ему становится то, что девицы принимаются шушукаться между собой.

Он делает вид, будто не замечает этого, а на самом деле все видит. В лучах внимания он расцветает, в чем признается без стеснения. Как сделал бы любой, кто вырос в таком же доме, как у него, где внимание ценится на вес золота. В детстве он широко пользовался тем преимуществом перед сестрами, что был единственным мальчишкой в семье, единственным имеющим склонность к алхимии и единственным, кто с гарантией умел уговаривать их мать прощать ему многочисленные провинности.

Посовещавшись, девицы подталкивают свою подружку в его сторону. Она пробирается через толпу и аккуратно складывает руки поверх столбика ограды. Вблизи он различает все оттенки зелени в ее глазах и видит, что зрачки окружены кошачьей желтой полоской. И кажется, забывает, как надо дышать.

– Привет, – говорит она. – Чем могу вам помочь? Вы глазеете на меня уже десять минут.

– О, неужели я глазел? Чрезвычайно сожалею. Я шел за покупками, а потом… Словом, я напрочь отвлекся и никак не мог набраться смелости, чтобы подойти и поздороваться.

– Ах, мистер Уинтерс, вам не к лицу прикидываться скромником.

– Вы… вы знаете мою фамилию?

Она лукаво улыбается.

– Разумеется, знаю. Ведь мы встречались раньше. Быстро же вы, однако, забыли меня.

От ужаса все мысли вылетают у него из головы.

– Вы, наверное, шутите.

– Я совершенно серьезна.

Обычно он не так скверно запоминает лица. И особенно такие прекрасные, как у нее. Где же они могли встречаться?

– Должно быть, часто вы предлагаете девушкам сбежать, если даже не удосуживаетесь запоминать каждую из них.

А. А-а. Девушка из гостиницы – та самая, которая подвезла его до дома. В ту ночь он так сосредоточился на своих мыслях, но теперь вспоминает ее профиль на фоне окна машины, расчерченного серебряным дождем. И мечтательность в голосе, с которой она говорила о Дануэе.

Жар ползет вверх по его шее.

– По-моему, в более неловкое положение я еще ни разу не попадал.

Запрокинув голову, она смеется – игристый, искрящийся звук, как шампанское.

– Да не расстраивайтесь вы так. Думаю, в ту ночь мыслями вы были далеко.

– И все-таки. Мне стыдно за себя.

– Не стоит, – она ободряюще кладет ладонь ему на руку. – Кроме того, я ведь так и не представилась, как полагается. Я Аннетт Уоллес.

– Очень рад снова видеть вас, мисс Уоллес.

– Зовите меня Аннетт.

– Тогда Аннетт. – Не успевают эти слова слететь у него с губ, как он замечает промельк движения за ее плечом, а потом чувствует, как по его лицу скользит чужой взгляд, да так, что по спине бегут мурашки. На него пристально смотрят двое. Первая, конечно, Маргарет. Второй – Джейме Харрингтон, при виде его застывший посреди улицы как вкопанный.

Уэс задается мыслью, насколько истончится струйка его удачи, прежде чем прервется окончательно.

С гневом Маргарет он как-нибудь сладит. Хоть он и не знает точно, в каких они теперь отношениях, он уже смирился с тем, что раздражает ее постоянно, что бы он ни делал. А вот Джейме… Слюнявый протест, который он поднял в пабе той ночью, до сих пор бесит Уэса. Они не успели обменяться и десятком слов, а Уэс уже знает его как облупленного. Одно раздутое самолюбие да умение попусту молоть языком. Ничего другого Уэс не хотел бы так, как задать ему взбучку, и…

Нет, даже думать о драке с Джейме ему нельзя. Ради Маргарет он будет выше этого.

Аннетт замечает, куда он смотрит.

– Так вы здесь с Мэгги?

– А?..

– С Мэгги Уэлти, – она произносит ее имя беззлобно, но Уэс понимает, что она имеет в виду. Насколько ему известно, Ивлин в городе недолюбливают, а ее дочь…

Ее дочь. Он подавляет все мысли о Маргарет, пока они не сбили его с толку окончательно. Однако трудно не замечать ту, чей взгляд словно колет его иголками. И говорит: «Идем. Сейчас же».

«Минуточку, – хочется отозваться ему. – Не надо портить мне этот разговор».

– Не то чтобы… в смысле, да, я здесь с ней, но лишь в том смысле, что так уж вышло, что мы оба находимся здесь одновременно, – он прокашливается. – По-моему, мисс Уэлти я не очень по душе.

– Не принимайте близко к сердцу. Ей вообще очень мало кто по душе.

– И, видимо, Джейме Харрингтону тоже.

– Джейме? О, на него вообще не обращайте внимания. К чужакам он относится настороженно, но безобиден.

В последнем Уэс сильно сомневается, но издает в ответ уклончивый возглас.

– Так или иначе, я рада, что вы все-таки решили остаться. До меня дошли слухи, что вы записались на охоту. В большом городе известно что-то о лисах, мистер Уинтерс?

– Я вас умоляю, – одарив ее самой обаятельной улыбкой, он снимает кепку. От статического электричества покалывает ушные раковины, значит, волосы в этот момент встают дыбом. – Зовите меня Уэс.

– Ладно, Уэс. Но это не ответ.