Заговор теней - Олеся Шалюкова

– Нет, не совсем. – Вздохнув еще раз, сирена подошла поближе и опустилась напротив демонессы. – Как-то разговор пошел не по тому пути.

– Не по тому пути?

– Нет. Я собиралась накричать на тебя, но ты выглядишь такой усталой и разбитой… Я не думала, что все эти разборки с кочевниками так на тебя повлияют.

– А могло быть иначе?

– Да. Видно, силу лозы я все-таки рассчитала неверно. Как бы там ни было, Лея, ну сколько раз тебе повторять, чтобы ты запомнила, – не тарань своей головой препятствие! Если уж тебе так хочется, используй для этого, например, дракона. У него все равно ума ни капельки нет! Интересно, – после некоторой заминки добавила Аюми, – ты когда-нибудь научишься думать и рассуждать в таких вопросах?

– Вряд ли, – отозвалась Лея. – Я это я, и меня уже не переделать.

– И не надо, – улыбнулась сирена. – Я бурчу по привычке, ты же знаешь, что я за тебя волнуюсь.

– Зачем? Все равно мне ничего не грозит. Не в этой жизни.

– Возможно. Лея…

– Что?

– Давай так, я тебе скажу, как наполнить лозу. Точнее, подскажу, каким способом можно это устроить, а ты взамен сделаешь то, что я скажу.

– То, что ты скажешь?

– Да. Совсем скоро мы с тобой расстанемся… Я не хотела бы, чтобы ты запомнила меня такой… как… В общем, неважно. Пока это все неважно.

– Ты меня пугаешь.

– Да… я пугаю сама себя. Если честно… – Аюми опустила голову. – Если честно, я боюсь. Я не хочу вмешиваться в это дело, потому что ни мои песни, ни путь, проложенный Судьбой… ничто не предвещает счастливого исхода. Но мне действительно нравится твой чокнутый дракон. И я еще надеюсь, что он поумнеет и поймет, что ты действительно для него идеальная подруга по крылу…

– Аюми, не говори таких вещей, – попросила Лея, укутываясь в плащ.

На утесе дул холодный ветер. Где-то внизу, в расщелине, заполненной черным туманом (таким знакомым), кто-то тоскливо выл.

– Я-то могу и не говорить. Но от правды все равно не убежишь. Лея. Это не приказ. Это не предвидение и не антипредсказание. Это просто просьба…

«Аюми! Правила!»

Сирена замерла. Демонесса нервно огляделась по сторонам:

– Кажется… я что-то только что слышала.

– Нет, тебе показалось, – быстро замотала головой сирена.

– Показалось? – недоверчиво переспросила Лея. – Ну может быть…

– Лея, Вир… и предложение Стара…

– Ты уже об этом знаешь?

– Конечно. Я слышала все почти с самого начала. Так вот, Лея, ты должна отказать им.

– Что?

– Я понимаю, – сирена прикусила губу, глядя куда-то поверх плеча подруги, – тебе больно. Грустно. Ты устала. Но не лишай себя того, что изменит тебя навсегда. Тебе осталось потерпеть всего немного, и скоро вся эта ситуация разрешится тем или иным способом. Ты сама сказала это!

– Я… сама?

– Да. Однажды ты распутывала вероятности при мне и видела этот… кусок. Ты сама стерла себе память о том, что увидела, боясь, что не захочешь сражаться за то, свидетелем чего оказалась! Забудь. Забудь о том, что Вир может стать тебе любимым. Он останется рядом с тобой тем, кто есть. Скорее братом, между прочим младшим.

– Я… разбирала вероятности? И сама это сказала. – Демонесса покачала головой. – Н-да. Чем дальше, тем больше интересного о себе узнаю.

– То ли еще будет, – горько улыбнулась Аюми. – А теперь то, ради чего я тебя позвала.

«Аюми, ты все-таки нарушила правила…»

Сирена склонила голову:

«Приму любую кару».

И продолжила:

– Итак. Чтобы наполнить лозу злобой…

– Злобой?

– Да. Предки Нейла неправильно расшифровали легенды. Лоза – это артефакт именно злобы, а не злости.

– А в чем разница?

– Во многом. В первую очередь, злость мимолетна. Она вспыхнула и промчалась. Злоба же растет с годами, чтобы однажды обратиться против своего хозяина.

– Аюми, – простонала демонесса, – ты меня запутала!

– Просто слушай. Злость вспыхнула в тебе, когда ты узнала о плане своего дракона. Злоба – это то чувство, что горит в сердце разбойника, который каждую ночь приходит к дому женщины и планирует убить ее за то, что она ему отказала. Понимаешь?

– Допустим.

– Чтобы наполнить лозу, вам надо… просто-напросто забрать чужие мечты, которые наполнены этой злобой.

– А? – недоуменно спросила Лея.

– Не переживай! Сами вы, конечно, не справитесь. Но Диокур с удовольствием вам поможет.

– И зачем ему это надо?

– Ему это выгодно. Он еще очень молодой. И из него ни бога злости, ни бога злобы не выходит и не выйдет. С каждым годом Диокур угасает. А это значит, что он схватится за любой план, который поможет возродить его величие. Вернуть ему истинное имя.

– Ой, ой, ой. – Демонесса схватилась за голову. – А не слишком ли много Судьба на нас взвалила?

– Она торопится, – тихо сказала Аюми. – Очень торопится. Процесс уже начался. И она предполагала, что так и будет.

– Процесс?

– Да, ваши руны пришли в движение. Еще немного, и они изменятся.

– Наши руны… – Лея задумалась. – А, вспомнила! Это ты о тех, которые нам присвоили на первом курсе? Я про них совершенно забыла.

– Вот этого делать как раз не стоило. Эти руны очень много значат. Особенно ваши. Вы были звездой порядка. Недолго, правда.

– Недолго? – удивилась демонесса.

– Да. В конце первого курса, после кое-каких событий, ваши руны дрогнули и изменились. Они дошли до середины оборота, почти приблизились к рунам хаоса, но замерли, так и не двинувшись дальше.

– Хаоса? Мы что…

– Осталось всего чуть-чуть, и вы станете звездой хаоса, – кивнула Аюми.

«Терять мне уже нечего, – подумала сирена, – а значит, надо воспользоваться сегодняшним днем по полной программе».

– Станем?

– Процесс опять замер. И теперь все зависит только от вас. Вы можете осознанно стать звездой хаоса и навсегда освободиться от влияния Судьбы. Не спеши отвечать. Расскажи остальным. Груз этого решения ты не должна нести одна на своих плечах. Они тоже должны поучаствовать.

– В чем?

– В заговоре… теней.

– Чушь какая-то!

– Нет. Это пока только начало. Вы собрались на свою беду, – тихо сказала Аюми. – Но все, хватит с тебя на сегодня. Дальше тебе расскажет, если, конечно, захочет, кое-кто другой.

– Аюми, раз у нас сегодня вечер таких странных ответов и вопросов. Откуда ты появилась в нашей вселенной? И кто именно тебя послал? Ты же не случайно возникла в моей жизни?