Дорогами нечисти - Варвара Ветрова

— Палатка. — Рейгран достаточно быстро справлялся с тканью. — Эл, помоги!

Тишина, последовавшая за такой, казалось бы, простой просьбой, заставила меня оглядеться. Второго архимага не было нигде — ни на поляне, ни возле будки с гостеприимно открытой дверью.

— Слился, — коротко резюмировал герцог, возвращаясь к палатке.

Я задумчиво потеребила край серебристой ткани. Плотная, будто кожаная на ощупь — и одновременно тонкая настолько, что пальцы просвечивают розовыми пятнами.

— Слушай, Майлс…

Мужчина вопросительно поднял голову.

— Я все понимаю — звезды там, небо, треск поленьев… — продолжала я, пытаясь подбирать слова. — Если ты любитель одиночной романтики, ничего против не имею. Но объясни мне, пожалуйста, почему все эти ночи мы спали под открытым небом?

Ответа не последовало. Я успела изучить расположение почти всех петелек на ближайшем куске ткани к тому времени, как он соизволил ответить:

— Ты права. Мне стоило подумать об этом. Для тебя все-таки это непривычно.

— Да ничего страшного, — я пожала плечами, — просто интересно стало.

Архимаг с треском раскрыл не замеченный мной ранее длинный сверток. В свертке обнаружились тонкие длинные штыри неясного происхождения.

— Привычка, — коротко пояснил герцог, с потрясающей сноровкой превращая три коротких штыря в один длинный. Внимательно изучил сотворенное и удлинил полученное удилище еще одним элементом. — Во времена конфликта на перевале вражеский маг одну такую палатку уничтожал простейшим огненным шаром. А в палатке могло быть до десятка людей.

— То есть из соображений безопасности, — все-таки уточнила я.

Рейгран кивнул, сгибая удилище под немыслимым углом.

— Именно. Когда одна палатка — цель одна. Когда несколько людей…

— Целей много. — Логика была ясна. — А потом?

— А потом привык, — как-то обреченно вздохнул Рейгран, собирая вторую идентичную дугу из оставшихся штырей. — Хотя нет-нет, а мысли иногда появляются: проснусь я в ночи, а надо мной оборотень стоит, зубы скалит…

— А ты его протоколом по морде. — Для меня выход был очевиден.

Мужчина иронически посмотрел на меня:

— Я уже говорил, что ты кровожадная?

— Было дело, — не стала спорить я. — Но какая уж есть. К тому же, ночуй ты в палатке, вряд ли бы кто стал ждать, пока ты соизволишь почистить зубы и выпить чашечку горячего кофе.

— Это точно. — Помрачневший архимаг постепенно веселел, что не могло не радовать. — Это точно, — повторил он, соединяя два удилища во что-то, отдаленно напоминающее теплицу. Последняя, помнится, стояла в Майкорсе за трактиром, в старом яблоневом саду. Правда, кончила плохо, сгорев ярким пламенем после одного из Керловых экспериментов.

— Какие у нас планы? — все-таки решила внести ясность, нарушив сосредоточенную тишину. — Эл вернется?

— Судя по его внезапной пропаже, нет. — Майлс был краток и занят. — А по поводу планов — здесь сложно. Я бы все-таки уточнил по поводу этого цветка, а то мало ли…

— Ну да, ехать непонятно куда, наслушавшись говорящей рыбы, в высшей степени неразумно, — одобрила его решение я. — Кстати, а кто она?

— Матильда? — Серебристое полотно накрыло поставленный на землю каркас. — Она здесь уже больше года. От хозяина сбежала. Йена, крючки подай.

Крючки обнаружились здесь же, возле уцелевшего штыря, который в гордом одиночестве возлежал на траве.

— У нее хозяин вообще отбитый человек. — Вооружившись найденным здесь же камнем, архимаг споро вбивал крючки в землю один за другим. — Как напьется — лезет на печь и воображает, что ездит на ней. Емелей, кажется, зовут.

Я на минуту задумалась.

— У каждого есть такой Емеля, — глубокомысленно изрекла наконец. Моего Емелю, к слову, звали Керлом, и на печи он не ездил, но, случись этим двоим встретиться в чистом поле за кружкой пенного, я бы еще подумала, на кого ставить содержимое своего кошелька.

Мой странный задумчивый вид не оставил Рейграна равнодушным.

— Что, есть такой?

Я неопределенно повела рукой, фокусируя свой взгляд на новом строении, возвышающемся над землей.

Палаткой я бы его не назвала, о чем не преминула сообщить герцогу. Тот задумчиво смерил конструкцию взглядом, чертыхнулся и полез разбирать.

— Заболтала ты меня, — попытался оправдаться он.

Оправдание вышло неумелым и кануло в молоко, а я, решив не отвлекать и без того отвлеченного мужчину, направилась повторно изучать окрестности.

И не разочаровалась.

Ручеек, берущий свое начало из-под огромного камня, привел меня к небольшой лужице. Лужица, к моей радости, трансформировалась в маленькое, идеально круглое и идеально же прозрачное озерцо. Пользуясь случаем, я переоделась в сухое, умылась и, глядя на свое отражение, перевязала волосы заново, заодно заметив в них веточки и любопытную гусеницу. Последняя задумчиво сучила пушистым тельцем и покидать мои волосы так и не собиралась. В итоге я просто махнула на нее рукой и оставила в качестве украшения.

К моему возвращению на поляну палатка обрела куда более пристойный вид и устойчивость. Рядом обнаружился довольный архимаг, с задумчивым видом разглядывающий свой шедевр.

— Не лопни, — подходя, посоветовала ему я.

— Куда уж мне, — отшутился Майлс, направляясь к лошадям. — Ты где была?

— У озера, — не стала таиться. — Ты не сказал, что здесь оно есть.

— Не успел. Ну как тебе? — Герцог кивнул на палатку.

— Хорошо, — одобрила я. — А внутри что?

— Зайди — узнаешь, — последовал ответ.

Внутри оказалось интересно. Небольшой тамбур и разделенное на две части внутреннее пространство. Спать предлагалось на мягких подушках, представляющих какое-то подобие матрасов.

— Откуда дровишки? — первым делом поинтересовалась я, выныривая из нутра палатки. К счастью, мой вопрос был истолкован верно.

— Эл принес. У него тоже расширитель пространства в сумке есть. — Рейграна нашли у лошадей. Судя по степени расседланности Гори, мне сегодня предоставлялся выходной, чем я тут же и воспользовалась, присев в тени палатки и вытянув гудящие ноги.

Пение птиц равномерно окутывало меня наравне с гудением насекомых и легким дуновением ветерка. Облокотившись о неожиданно плотный бок нашего временного убежища я позволила себе расслабиться и даже немного задремать.

Проснулась я от солнечных лучей, бьющих прямо в глаза. Светило клонилось к закату, и небо уже окрасилось в привычные сердцу багряные цвета.

Все-таки стена палатки была очень удобной…

Я села, с удивлением обнаружив себя закутанной чуть ли не по уши в теплый плед.