О бывшем наемнике и взрослой женщине - Екатерина Бакулина

Я видела, как этот Итан, стоящий на руках, замер, и уже дернулся было, собираясь спрыгнуть, наплевав на все круги, на поцелуи, и набить морду.

Но не стоит.

— Убери руки, — сказала я холодно. — Мой отец Фейрух Фа-ди-Иджант. Мне только намекнуть, и завтра твои кишки будут жрать свиньи.

Глядя ему в глаза.

Рыжий усомнился, хотя руку убрал, даже шаг назад сделал.

— Крутой папочка? А что же он отпускает тебя одну? Не боится?

— Не боится, — сказала я. — В городе все знают, кто я.

— Не лезь, Тан, — одернули рыжего сзади. — Фейрух… торговец маслом, разве ты не помнишь? Нас предупреждали.

— Да откуда мне знать, что она не врет? — удивился тот.

— Она шуджарка, ты посмотри. Не ютолийка. Не трогай ее.

Они сделали шаг назад, все разом, никто не хотел нарываться. О моем отце слышали, думаю, лишь только сойдя на берег. Не стоит связываться.

— Одиннадцать! — громко объявил Итан, пройдя еще круг.

И все же, он сделал это, все пятнадцать. Я смотрела, почти не дыша. Он шел, руки словно деревянные… едва-едва переставляя. Едва держа равновесие. Почти зажмурившись. У него наверняка темнело в глазах, да еще на такой жаре.

А на пятнадцатом — почти свалился, теряя сознание, но успел устоять в последний момент. Тяжело дышал сквозь стиснутые зубы. На чистом упрямстве. Так невозможно.

И первым делом, не раздумывая, кувырнулся в фонтан, прямо нырнул с головой. Плеснул в лицо трясущимися руками, пытаясь хоть немного остыть и прийти в себя, хватая ртом воздух.

Его друзья весело заулюлюкали.

Когда он вылез, вода текла с него ручьями. Все такой же красный, но страшно довольный. Чуть пошатываясь.

— Поцелуешь меня, ильтьята?

У него блестели глаза. Просто весело, мальчишеским азартом блестели, без всякой сальной пошлости, без предвкушения награды. Он просто был горд собой.

У него были совсем светлые широкие брови, чуть обветренное лицо и немытая шея. Его рубашка — уже не поймешь какого цвета, полиняла и вытерлась… штаны зашиты в нескольких местах, дырявые ботинки, и сквозь дыры прогладывают пальцы.

Серые глаза.

Уверенная улыбка на губах, словно вовсе он не жалкий оборванец…

— Джу! — Кита окликнула, а я и забыла про нее. Предостерегая.

Я не должна?

К хугам, он заслужил. Я вовсе не невинная скромная девочка. Да и ничего особенного, мои поцелуи не закончатся, я могу подарить ему один.

Подошла ближе.

А он на голову выше, и стоит прямо, мне не допрыгнуть.

— Может быть, наклонишься? — предложила я.

Он покачал головой.

И вдруг, внезапно, одним рывком сгреб меня в объятья, прижав к себе крепко-крепко. Поцеловал, со всей страстью, по-настоящему. Я задергалась было, пытаясь вырваться… но сдалась. И… даже не знаю, что на меня нашло, ответила на его поцелуй, обняла сама, уже не думая ни о чем в его руках… а руки его заметно дрожали от напряжения, такие горячие.

Поцеловал и отпустил. Отступил на шаг.

И вот тут я влепила ему пощечину. Со всей силы! Даже разбила губу.

Он только ухмыльнулся.

— Ты отлично целуешься, ильтьята! Просто огонь! И даже если завтра мои кишки будут жрать свиньи, то это того стоило.

Довольный.

— Ты ненормальный? Я могла бы позвать жандармов!

— Могла бы, — он пожал плечами. — Но до сих пор не позвала. Не хочешь прогуляться по городу? Я в Марисе в первый раз, ты могла бы показать мне.

Он чуть приподнял бровь, ожидая ответа, не сомневаясь, что я соглашусь. Улыбался так открыто и честно.

А я вся мокрая… мое новое платье, тончайшего шафранового шелка, промокло, когда он обнимал меня… И так откровенно облепило грудь и живот, не срывая ни один изгиб…

Но он смотрел не на грудь, а мне в глаза, это даже подкупало.

Протянул руку.

— Итан Моруин.

У него была здоровенная ладонь и пальцы с въевшейся грязью, какую даже не отмыть.

Я фыркнула.

— Когда ты последний раз мылся, Итан? Или обычно хватает ныряния в фонтан?

Он поджал губы. Я видела, каких усилий ему стоило сохранить лицо, не показать, как сильно смутился сейчас.

Но все так же протягивал мне руку, упрямо. И улыбался из последних сил.

— Тогда, может быть, покажешь мне городские бани? И потрешь спинку?

Я засмеялась.

— Может быть, — взяла его за руку. — Джуара Фа-ди-Иджант.