Ундина особых кровей - Ирина Матлак

Продолжал гореть огонь под котелком, чуть подрагивая от сквозняка, чудо-варево по-прежнему кипело, выбрасывая облака белого пара. Флинт молчал, неспешно взбалтывая ром, но больше к нему не притрагиваясь. Ган рылся в своих закромах и делал вид, что очень занят, а меня это начинало напрягать все больше и больше.

— Что вам сейчас нужно? — решилась нарушить повисшее молчание. — Пить я ничего не стану.

Флинт исподлобья на меня посмотрел, изогнул губы в намеке на улыбку и покачал головой.

— Напрасно. Это и в твоих интересах тоже. Неужели сама не хочешь раскрыть свои способности? В тебе много магии, синеглазка, и, похоже, ты до сих пор этого до конца не осознаешь.

Здесь он снова был прав: я не осознавала. Понимала, что эта магия есть, дремлет где-то глубоко во мне и медленно пробуждается, но вот именно осознать, осмыслить и принять толком до сих пор не получалось.

— Предпочитаю честные методы, — ответила я на озвученный вопрос. — А какое-то зелье, под прикрытием именуемое чаем, к таковым не относится. И, уж простите, у меня нет никаких оснований вам доверять. Вам ведь необходимо раскрыть мои способности только для того, чтобы собрать этот глубинный кристалл. К слову, если адмирал Рей верно служит королю, то кому служите вы? На кого работаете?

Смелые слова вырвались сами собой, и хотя внутренне я тут же сжалась, о сказанном не пожалела ни капли. В конце концов, Флинту, как и прочим, я нужна живой, и пока ничего он мне не сделает.

Вместо ожидаемого раздражения на лице пирата отразилось легкое удивление с примесью такого же легкого удовольствия:

— Надо же, как быстро ты растешь. Я почти восхищен. Где робкая девочка, боящаяся оторвать от земли взгляд?

После такого вопроса взгляд предательски захотелось опустить. Потому что, несмотря на все доводы разума, интуитивно я прекрасно чувствовала исходящую от Флинта опасность. Она очень явственно проступала сквозь его теперешнюю легкомысленную ироничность.

Я до сих пор считала себя изрядной трусихой, но в настоящий момент эта трусиха гордилась собой. Потому что взгляд, как ни хотелось, все-таки не отвела.

— Что, заставите меня выпить это силой? — придав голосу твердость, я кивнула на стоящий на полу стакан.

Флинт делано удивился:

— Глубинных ради, неужели я так похож на изверга? Я всего лишь надеялся, что твоя маленькая нечисть все сделает как надо, станет держать язык за зубами, а ты просто мирно попьешь чаю.

«Нечисть» прерывисто вздохнула, опасливо на него покосилась и на всякий случай залетела за спинку кресла. И в желании ретироваться я прекрасно Гана понимала: от вкрадчивости, что звучала в интонации Флинта, хотелось немедленно оказаться где-нибудь подальше.

Тем не менее заставлять меня пить зелье он действительно не стал и к этой теме больше не возвращался. Оставшееся время, которое провел в пещере, пират вел себя так, словно заглянул сюда, просто чтобы отдохнуть. Раскинулся в кресле, словно у себя дома, и взбалтывал ром в бутылке, устремляя на огонь задумчивый взгляд из-под полуопущенных век.

Я немного расслабилась. Мой колючий еж уплыл в Сумеречное море, и сидеть стало проще. Что было странно, учитывая, где и с кем я сейчас находилась. В логове ши вместе с его маленьким хозяином и неуловимым капитаном пиратов. Отличная компания!

Не изменяя своей привычке, уходить Флинт собрался внезапно. Я даже невольно подскочила, когда он поднялся с облюбованного кресла и устремился к очагу.

— Если ничего не поменяется, завтра тебя ждет интересное известие, — бросил он напоследок.

Только я хотела ответить, что никаких известий от него мне не нужно, как пират с усмешкой добавил:

— Не от меня, от твоего дражайшего Рея. До скорого, синеглазка!

— Он не мой! — машинально выкрикнула я, но пламя уже ярко вспыхнуло, полыхнуло жаром, и Флинт исчез.

Как только огонь успокоился, на всю пещеру раздался громкий облегченный вздох. Ган медленно опустился на пол, подполз к откупоренной бутылке и сделал несколько смачных глотков. Затем вновь выдохнул, отер губы и произнес:

— Не, возраст уже не тот для таких волнений. Протухший плавник бескровного ската, да в жизнь больше якшаться с такими типами не буду! Мамой клянусь!

Я бы много чего могла сказать и о его клятвах, и о нем самом. Но не стала. Вместо этого потребовала перенести меня к корпусу и, когда оказалась стоящей перед хорошо знакомыми воротами, повторила его облегченный выдох.

То обстоятельство, что многие ловцы, кадеты и даже капитаны сейчас находились в городе, несказанно порадовало. Никто не занимал душевую, к которой в это время обычно выстраивалась длинная очередь, никто не шумел в коридорах, и во всей крепости царили тишина и покой.