Слепая совесть - Нидейла Нэльте

Ноэлия

— Лия, ну ты идешь? — Нетерпеливая Алма стучит в дверь.

В последний раз бросаю взгляд в зеркало, поправляю выбившуюся прядь, приглаживаю одежду. Отворяю, ожидаемо встречая удивленный возглас:

— Ты чего в брюках? Разве не знаешь…

— Знаю, «брюки — рабочая одежда, уважающая себя женщина никогда не будет их носить, разве в случае необходимости», — цитирую наставниц. Красотка Алма при полном параде, черные глаза подведены, ресницы в три раза длиннее обычного, платье по фигуре, туфли, волосы распущены по плечам четко дозированными локонами. — Мне с вами не сравниться, да и… — Замолкаю, прислушиваясь к шевелениям совести.

Ведь обещала же Тересии. Ну я же только издалека, одним глазком! И я в брюках, и вообще… ну все же девочки идут, всем же любопытно! Даже мадам Джанс разрешила… Да я вовсе на крышу вылезу, спрячусь, мне бы только глянуть на наездников, да на их бурвалей страшных, да… да на стольких мужчин одновременно!

— Я обещала Тересии не ходить, — вздыхаю. — Поэтому на площадь с вами не пойду, так, немножко пройдусь… на город гляну.

— Как знаешь! — Им уже надоело меня уговаривать. И хорошо.

В холле собрались все девчонки постарше, группками — кто с кем дружит. У меня никогда не было слишком близких подруг, но, с другой стороны, и не враждовали.

— Девочки, дорогие мои! — напутствует в последний раз мадам Джанс. — Пожалуйста, будьте благоразумны. Понимаю, для вас это диковинка, последний приезд мужчин Айо к нам в Иштар случился лет десять назад, ох, сколько женщин понесло! Плодородный был год. Имейте в виду, я закрою глаза, если вдруг что, дети всегда нужны, а мужчины у нас редкость. Я и сама-то родила Салию после одного из таких приездов… — Мадам Джанс мечтательно закатывает глаза. — Жаль, не мальчишку, вообще беды не знала бы. Но все ж дитя, свое, родное, без стояния в очереди и выкупа разрешения, как для прочих незамужних. Девочки, к чему я это повторяю. Ребенка уж как-нибудь вырастим, а вот обещаний не вздумайте давать, не посоветовавшись со мной! Да и вообще не вздумайте. Когда мужчины ухаживают, это просто непередаваемое блаженство, а они там научены! Но не дайте вскружить себе голову, силовать вас никто не станет, но и детей оставлять нам они не жаждут. У них ведь тоже не все гладко. Будут обольщать и уговаривать. Но я никому не советую уезжать из Йована! Поверьте, лишь только окажутся на своей территории, все сразу же переменится, и будете там томиться почище пленниц!

— А императрица? — рискует кто-то спросить.

— Императрица, конечно, другой разговор. Но вы должны понимать, что шанс стать императрицей ничтожно мал! Мы не знаем, как они выбирают, поэтому повлиять не можем. А остальные, что бы ни обещали, — не императоры, поэтому включайте думалки! Не позволяйте эмоциям и гормонам вас одолеть! И ни в коем случае, слышите — ни в коем! — не соглашайтесь стать женщиной Слепого Стража! Впрочем, они редко выбирают женщин, но были случаи, когда после них у девочек оставались страшные ожоги, и какой там ребенок — еле вылечить удавалось! Вообще забеременеть не могли.

Почему-то пробирает мороз по коже, словно мрачное предчувствие. Да что со мной? Может, правда, не идти?

— Неужели управы никакой нет? — хихикает Алма.

Мадам Джанс смотрит тяжелым взглядом:

— Есть управа, но у высших леди, да они почему-то не спешат управляться, значит, и нам нужно смотреть на тех, кто знает, и поступать так же. Это единственный запрет, не связывайтесь со Стражами! Ну идите уже, красавицы мои, развлекайтесь!

Ох, сколько народу на улице, и все такое нарядное, праздничное! Как давно к нам посланцы Айо не ездили… А женщины-то! Всех возрастов и сословий, ну кроме высших леди, хотя, если приглядеться, и их тонированные гравикары можно заметить. Импортное словечко, завезенное к нам с далеких планет.

Поднимаю голову, разглядываю небо — день сегодня солнечный, даже Раум, наш спутник, не виден.

Людские ручьи и целые потоки стекаются к главной площади, где будет проходить торжественное шествие, прежде чем отправится в правительственные кварталы, в специальный огромный особняк, в котором всегда останавливаются посланники Айо. Туда простому люду дороги нет.