Хозяйка гор. Подмена - Екатерина Азарова

Я знала, многие из тех, кто отправил своих дочерей в пансион леди Свеар, и не догадывались, что приходится выносить девочкам, чтобы превратиться в тех, кто станет самыми достойными женами высшей аристократии всей Дентарии. Или любовницами власть имущих, если покровитель уже женат… А сами воспитанницы будут молчать… Мы всегда молчим… улыбаемся, несмотря ни на что… и мечтаем о том дне, когда обучение закончится, зная, что примем любого, кто нас выберет, как спасителя и будем благодарны ему до конца своих дней. Конечно, если его имя не лорд Дигон…

— Мира, платье смотрится потрясающе! — воскликнула Флора, входя в комнату. — И к твоим глазам невероятно подходит.

Я медленно погладила ткань и снова замерла, когда портниха попросила не шевелиться.

Платье красивое, бесспорно. Цвета морской волны, с нижней юбкой из синего шелка и украшенное золотой вышивкой по лифу. Линию декольте обрамляли белоснежные кружева, руки были обнажены, а широкая синяя лента на талии играла роль пояса и подчеркивала хрупкость фигуры.

— А волосы мы поднимем и сделаем пышную прическу, — задумчиво произнесла сестра, обходя меня. — Украсим их жемчужной нитью, а в качестве драгоценностей — бирюза и сапфиры. Будет невероятно красиво.

— Фантазерка, — улыбнулась ей. — Думай лучше о том, как оденешься сама. Не я замуж выхожу через четыре дня, а ты.

— Я уже давно все подготовила, — махнула она рукой и с хитростью прищурилась, обменявшись с портнихой понимающей улыбкой. — Устроим сюрприз.

— Кому? — равнодушно спросила я, аккуратно снимая платье с помощью портнихи.

— Всем, — заявила Фло. — Не беспокойся, ты оценишь мою задумку.

— Раз ты так говоришь… — Я пожала плечами и быстро надела привычное светло-серое платье. Поправила воротничок, заправила выбившиеся из прически пряди и огладила юбку. — Что дальше?

— Надо проверить, как украсили сад. Поможешь?

— Конечно. Есть какие-то особые пожелания?

— Да нет, — задумчиво протянула сестра.

— Тогда я пойду, — прошла мимо нее и вышла из комнаты.

Спустилась по лестнице, вышла в сад и нашла главного садовника. Спокойно изложила ему, что от него требуется, и мы вместе отправились проверять готовность. Медленно прошлись по дорожкам лабиринта, посмотрели, как оформлена цветами веранда, на которой и будет дан обед в честь помолвки, и проверили те букеты, которые слуги несли в спальни гостей и прочие комнаты дома. Согласно традициям нашей страны, дом будет просто утопать в цветах. Тем более учитывая столь весомый повод, как свадьба дочери одного из самых родовитых южных лордов, пусть и потерявшей право на титул, и того, кого называли хозяином Халлеи, самого опасного и сурового края, граничащего с Дентарией. И самого закрытого для посторонних.

— Все прекрасно, Литен. Единственно, так как солнце печет нещадно, лучше сегодня еще притенить цветы перед главным входом и хорошенько полить вечером. Завтра, рано утром, навесы надо будет убрать, и тогда цветы порадуют нас и красками и свежестью.

— Это не помешает. Я лично займусь этим, госпожа.

Я промолчала, улыбнулась и посмотрела в сторону. Садовник без слов понял, что я хотела показать, поклонился и ушел в сторону дома.

А я снова немного растерялась. За последние годы я привыкла, что каждый мой день расписан по минутам от раннего утра и до позднего вечера. Последние шесть дней я элементарно не знала, чем себя занять. Я была чужая в собственном доме и отчетливо понимала это. Моя помощь в принципе никому не была нужна, да и Флора все держала под контролем, поэтому я чувствовала себя ужасно от вынужденного безделья.

Быстро осмотревшись по сторонам, я сделала то, что совершенно от себя не ожидала. Решительно шагнула в лабиринт, быстро прошла по его тропинкам и нашла тайный проход в наш с Фло секретный садик. Оглянулась, убедившись, что меня никто не видит, отвела тяжелые плети в сторону, проникая внутрь, и спряталась от всего мира.

Сад был несколько заброшенный. Куртины декоративных злаков и лилейников разрослись вокруг подернутого ряской прудика, розы, посаженные на фоне самшитовой изгороди, уже много лет никто не обрезал, и теперь древесные плети забрались наверх и стали гораздо крупнее и некрасивее. Зато разрослись бугенвиллеи, частично прикрывая коричневые ветки шиповника, и поражали обильным цветением. Самое настоящее фиолетовое облако, к которому примешивался одуряющий запах от жасминового куста, росшего рядом. Я прошла по заросшей, неухоженной тропинке в сторону небольшого павильона, что отец в свое время построил для мамы, и толкнула дверь.

Как ни странно, но петли вовсе не заскрипели и дверь тихо открылась, пропуская меня внутрь. Я недоуменно огляделась. По сравнению с садом в домике царила чистота и порядок. Софа, стоящая у противоположной стены, была застелена совсем новым покрывалом, поверх которого лежало множество небольших пестрых подушек. На столике не было и намека на пыль, а ковер, устилавший мраморные плитки пола, был тщательно вычищен. Занавески на окнах лениво колыхались от небольшого ветерка, а на еще одной тумбе я обнаружила несколько любовных романов и женский браслет, видно забытый его обладательницей.

Пройдя внутрь, я опустилась на софу и привалилась к спинке. Провела рукой по покрывалу и с удивлением обнаружила под одной из подушек заколку для шейного платка… мужского. Я выпрямилась и снова нахмурилась. По всему выходило, что павильон используется для любовных свиданий. Но кто именно приходит сюда?

Увы, немедленно решить эту загадку не представилось возможности. Я все еще сидела на софе, задумчиво крутя между пальцами заколку, когда услышала, как меня зовут. Быстро вскочив с сиденья, лишь на миг запаниковав, засунула украшение в карман платья и бросилась к выходу. Прижалась щекой к живой изгороди, прислушиваясь. Тишина. Убедившись, что меня не обнаружили, выскользнула обратно в лабиринт, поправила ветви вьюна, прикрывающего вход, и медленно пошла в сторону дома.

На выходе меня поджидал Альгер Каресер, и сказать, что он был зол, — не сказать ничего. Моментально я вся подобралась и привычно вошла в то состояние апатичного спокойствия и равнодушия, что не раз помогало мне избегать наказания.

— Где ты была, Реймира? — почти прорычал он.

— Проверяла лабиринт, — спокойно ответила я. — Флора просила меня удостовериться, что сад находится в идеальном состоянии. Думаю, гости будут впечатлены увиденным и останутся довольны.

Отчим смерил меня недоверчивым взглядом, придирчиво рассматривая с ног до головы. Я продолжала невозмутимо смотреть на него и молчала, ожидая, будут ли еще расспросы, или господин Каресер удовлетворится ответом. За внешний вид я не волновалась. Знала, выгляжу безупречно. Привычное светло-серое платье с белым кружевным воротничком, глухо закрывающее тело, волосы подняты наверх и закручены в тугой пучок, а на лице ни грамма косметики. Именно такой облик был одобрен Настоятельницей, и такая форма одежды принята для повседневного ношения в пансионе, да и… не было у меня других нарядов, кроме того, что подготовила для меня Флора. Детские платья на меня точно не налезут.