Дело чести - Анастасия Парфенова

Я передал офицеру штурмовиков плывущую на грани сна и яви Надежду, дочь Игоря. Без слов, самим своим поведением приказал самураю рода Такэда обращаться с ней как с попавшей в сложную ситуацию благородной аканийкой.

Чистая, скудно обставленная комната была разделена на две неравные половины. Отодвинув ширму, я замер перед креслом, в котором вытянулся полностью погруженный в Сеть оператор.

Да обвались оно все! Не верю. Даже сейчас, видя своими глазами, не верю. Непослушными пальцами развернул у изголовья меню пользователя…

На дуэльной площадке двое коротко поклонились друг другу. Пальцы легли на рукояти боевого оружия. Глаза в глаза, сосредоточенно и неотвратимо. Белый шелк выскользнул из пальцев секунданта…

Две фигуры взорвались движением. Сталь полыхнула в рассветных лучах, рассекла воздух там, где должен был оказаться противник.

А тот исчез, растворился среди порывов ветра, растаял вместе с разогнанным солнцем туманом.

Нобору еще постоял, сканируя сетевое пространство, ожидая подвоха. Секунда, другая… Он все понял.

– Син!!!

Тимур, внук Игоря, рывком сел в сетевом кресле.

– Ма-а-ам! Да сделаю я это дурацкое задание! Ну почему чуть что – сразу отключение питания и аварийный выход?

Несостоявшийся дуэлянт выбрался из каркаса жизнеобеспечения, стянул сенсорные перчатки. Рывком сдернул сетевой шлем.

– Сколько можно повторять… – Вопль праведного возмущения затих, толком не начавшись. Еще бы. Массивные, начисто лишенные юмора штурмовики в полном боевом доспехе – гораздо менее благосклонная аудитория, нежели смирившаяся с выходками единственного потомка мать.

Тот, кто никогда не принадлежал к клану Каи, обвел взглядом нависающие над головой фигуры. Уставился на меня, мрачно потрошащего программное обеспечение его личного профиля.

– Э-э-э-э… Здравствуйте?

Я развернул код оружия, которое этот герой почти успел активизировать там, на дуэльном сайте. Обвинение в краже родовой собственности можно снимать – это был не передаваемый по наследству древний меч, а явный новодел. Собственноручно состряпанный пользователем-полукровкой, ха! Увы, на боевые качества клинка скромное происхождение мастера никоим образом не повлияло. Коснись программа незащищенной аватары противника, и сенсорный шок вполне мог «замкнуть» нервную систему. С семидесятипроцентной вероятностью летального исхода. Благо тяжелые, фильтрующие обратную связь доспехи дуэльным кодексом не одобрялись.

– Тимур, из рода Канеко, сословия пользователей?

Он кивнул:

– Да.

– Вы обвиняетесь во взломе муниципальной административной сети и изменении параметров и статуса своего базового профиля. В незаконном внесении себя в реестры самурайского сословия, в самовольном присвоении благородного ранга, в оскорбительном и противоправном использовании древнего имени клана Каи. Вы также обвиняетесь во взломе внутренней сети Божественной Академии Аканы, подаче поддельных документов, фальсифицировании результатов вступительных испытаний и саботировании аттестационных экзаменов.

Паршивец сглотнул.

– Ну… я… мне… нужен адвокат?

О, если бы! Но мы еще даже не коснулись самого интересного:

– Поскольку, – каждое слово обжигало ледяной крошкой, – вы едва справили свой двенадцатый день рождения, то никак, даже при самой пристрастной трактовке кодексов, не можете быть признаны совершеннолетним. А следовательно, юридической ответственности за свои поступки не несете. И аресту не подлежите.

– Ха! – сверкнула из-под растрепанной челки до боли знакомая улыбка.

– Аресту, – ледяным тоном отрезал я, – будет подвергнута Канеко Надежда. Как лицо, несущее полную юридическую и моральную ответственность за вас.

Как он взвился! Буквально взлетел с кресла, заозирался в поисках матери. Увидев ее в чужих лапах, рванулся на помощь, как дубинкой размахивая зажатым в руках дорогущим сенсорным шлемом. Закованный в доспех самурай легко перехватил щуплого ребенка, поднял в воздух.

– Отпустите ее! Грязные! Семнадцатые! Энсишники!

– Довольно! – громыхнул я и сам поразился, сколько было в этом рыке от интонаций благородного моего отца. – Вы натворили уже достаточно! Госпожа Канеко будет взята под стражу – где ей, замечу, окажут давно необходимую медицинскую помощь! Лучшее, что тут можно сделать, – это хоть раз в жизни прекратить мотать матери нервы и создавать дополнительные проблемы!

Волоча за шиворот яростно сопящего гения, я не без оторопи ощущал, как дух почитаемого родителя буквально вселяется в мое тело.

– …бросил тень прежде всего на тех, чьим долгом было хранить ваш моральный облик, – слышал я свой собственный голос. – Редкий талант требует редкой же вдумчивости в его использовании. И просто преступно, солгав о своем возрасте, посещать сайты и сетевые ресурсы, закрытые для лиц, не достигших семнадцати лет…