Ведьма и живая вода - Ника Веймар

Говоря откровенно, я не за себя переживала, а за Эрлиану. Не хотела, чтобы её начали травить. Было бы проще, унаследуй сестра мамин дар, как и я, но она пошла в отца, а у эльфов не бывало полукровок. Впрочем, с другой стороны, в этом были и плюсы: Эри могла вырастить в нашем саду любое редкое растение. Неважно, какие условия тому требовались в природе: эльфийской магии покорялись даже самые капризные травы и цветы. Я не злоупотребляла обращением к дару сестры, но порой он оказывался весьма кстати. Эри мечтала открыть небольшой чайный домик и подавать к травяным настоям десерты собственного приготовления. Я идею горячо одобряла. Не сомневалась, что заведение станет популярным. А если посетителей окажется не так много, я это исправлю. Проведу ритуал на удачную торговлю, изготовлю пару амулетов и оберегов. В конце концов, ведьма я или нет? Не всё ж вредительством заниматься.

Возвращалась домой, когда окончательно стемнело. Осенняя ночь упала на город чёрной вязаной шалью. Громадные звёзды мерцали на тёмном небе так близко, что казалось, если забраться на водонапорную башню, а ещё лучше — на пожарную каланчу, непременно дотянешься до них. Сорвёшь самую яркую и понесёшь в ладонях, словно драгоценность. Я любила осень, особенно, такую — в меру прохладную, в меру тёплую, яркую, с долетающим с гор запахом вереска, с ночным дождём, с густыми молочными туманами по утрам и вечерам.

Тусклые фонари почти не давали света, но я прекрасно знала дорогу. К тому же, Хантир был тихим и уютным городком, в котором можно было смело гулять по ночам. Однако, сегодня меня что-то беспокоило. Я не могла объяснить это чувство, сформулировать причину. Странное ощущение чего-то неправильного точило, будто короед. Я даже приостановилась под одним из фонарей, настороженно осмотрелась вокруг, прислушалась. С площади доносились звуки музыки и весёлые голоса, в ближайших домах кое-где светились окна. Всё, как обычно. И тем не менее, что-то было не так. На всякий случай активировала защитный амулет. Тот едва заметно засветился, а по телу тут же пробежало приятное тепло. Двинулась дальше, но почти сразу снова остановилась, потому услышала впереди шаркающие, неуверенные шаги. Незнакомец брёл по переулку и должен был вот-вот показаться из-за угла. Похоже, он сильно перебрал, потому что два раза я явственно слышала, как он спотыкался. Почему-то мне не хотелось встретиться с неизвестным пьяницей нос к носу. Решила дождаться, пока он или она покажется из-за угла. На всякий случай, отступила в тень из неяркого круга света, который бросал фонарь на мостовую, и замерла в ожидании.

Реальность оказалась куда хуже. Вместо городского забулдыги из переулка, пошатываясь, показался старый Джон Грейн, кровельщик. Всё бы ничего, только бедолага ещё неделю назад свернул шею, упав с крыши, был оплакан многочисленной роднёй и погребён на городском погосте. А сейчас, наряженный в белый саван, куда-то брёл. И я сильно сомневалась, что родные обрадуются восставшему мертвецу на своём пороге. А в том, что дей Грейн был мёртв, сомнений не было. Даже отсюда я видела трупные пятна на его лице. Хорошо ещё, что ветер дул сбоку, а не на меня.

Ситуация была так себе. Я лихорадочно перебирала небогатый арсенал заклинаний, способных хоть как-то задержать беспокойного мертвяка, и не находила подходящего. У-у-у, злыдень, и ведь поднялся как-то! А при жизни казался приличным человеком! Но решать следовало срочно: из штатных некромантов в Хантире имелся целый один, и тот — на почётной пенсии и в вечном запое. Его самого для начала надо было поднять.

— Чтоб ты на погост вернулся и среди могил заблудился! — едва слышно прошептала я наконец.

Силы в проклятье, как обычно, плеснула с избытком. Мертвяк аж подпрыгнул. Закрутил башкой, словно не понимая, что он тут делает, развернулся и бодро пошкандыбал обратно. Судя по звуку, пару раз всё-таки грохнулся, запутавшись в саване. Когда шаркающие шаги окончательно затихли, я пошла дальше. Но ощущение тревожности не проходило. Наоборот, усиливалось с каждым шагом. И сердце сжималось от неясного беспокойства. Я чувствовала, знала: дома что-то неладно! Перешла на бег. Издали увидела свет в окне сестры. Сердце заколотилось, точно у пойманной птахи. Эрлиана не должна была вернуться так рано! От предчувствия близкой беды перехватило дыхание.

Даже не стала тратить время на то, чтобы снять обувь. Промчалась по коридору, толкнула дверь в комнату Эрлианы и… обнаружила, что сестра заперлась. Она никогда так не поступала. На мгновение мелькнула мысль, что Эри может быть не одна, но я даже смутиться не успела, потому что интуиция тут же взвыла стаей волков, побуждая торопиться. Я отчаянно заколотила в дверь, позвала:

— Эри! Эри, открой, пожалуйста!

— Сейчас, — глухо донеслось в ответ.

Показалось, что голос у сестры был заплаканным. А когда она открыла, я убедилась в своих предположениях. Эри зачем-то погасила светоч в комнате, но и того света, что падал на её лицо из коридора, оказалось достаточно. Глаза сестры покраснели от слёз, а губы до сих пор дрожали.

— Что произошло? — я шагнула вперёд, заключая её в объятья. Эри доверчиво прижалась ко мне и хлюпнула носом. — Ну что ты, родная… Рассказывай, кто обидел, кого проклясть, чтоб пробрали икота, зубная боль и все ногти разом вросли? Кому направить клизму добра в гости, чтоб доходчиво усвоилось?

— Н-н-никому, — пробормотала сестра. — Не марай руки, Летти. Мой бывший парень этого не стоит!

— Янтер? — сухо уточнила я на всякий случай, хотя других парней у Эри не было.

Внутри разбуженной медведицей ворочалась когтистая ярость. Этот подонок всё-таки умудрился обидеть мою сестрёнку! Прокляну! Видят боги, прокляну! Мужским бессилием, которое излечит лишь истинная любовь! А чтоб жизнь сахарным сиропом не казалась, в довесок награжу косноязычием в отношении потенциальной суженой. Пусть хоть раз в жизни завоюет девушку поступками, а не сладкими речами!

— Угу, — Эри всхлипнула. — Он меня бросил… — Затащила меня в комнату, так и не включая свет, заговорила торопливо и сбивчиво: — Он обещал сюрприз сегодня. Я ждала, надеялась, что замуж позовёт, а Янтер… Он пришёл под руку с какой-то девкой и сказал, что теперь с ней встречаться будет. Надоело в любовь играть, я не дала, так нашёл ту, что не кочевряжится и не прикидывается, будто у неё драгоценность под юбкой. А что не эльфийка она, так все бабы, мол, одинаковы в темноте. И чем любоваться яблоком на верхушке дерева, лучше съесть то, что само в руки упало, вкус-то не отличается. А девка его стояла и ухмылялась довольно. Так обидно было, так гадко, словно из поганого ведра окатили!

— Я ему ус-с-строю с-с-сюрпризы! — прошипела я. — Навсегда отобью охоту к таким развлечениям! И не отговаривай!

Злость кипела, а магия бурлила, будто зелье в котле. Специально ведь издевался, вымесок болотный! Унижал, обижал, красовался перед своей распутной девкой. Хотелось немедля проклясть Янтера, да так заковыристо, чтоб ему и дозволенного мне воздействия хватило для «нескучной» жизни. Наживать себе лишние проблемы из-за этого… этого яйценосца не хотелось, но мстительная натура требовала наказать того, кто посмел причинить боль родной душе.