Кёльн. Ярмарка чудес - Тория Дрим

– Спасибо, Маргарита Андреевна. Это взаимно! Я оставлю номер.

– Мы можем с тобой поговорить? – выпалил Ваня.

– Все, все, мы уходим! Рори, помаши Еве ручкой! – Маргарита Андреевна поспешно удалилась, а Ева с улыбкой проводила их, махая в ответ.

– Ева? – К ним подошел Ким, который все это время ожидал ее. – Хоккей вот-вот начнется. Мы идем?

– Кими, займи мне место, пожалуйста. Я поговорю с Ваней пять минут и приду, хорошо?

Ким окинул его неодобрительным взглядом, а потом удалился в сторону катка.

– Пройдемся?

– Пройдемся. – Ева, не дожидаясь Вани, побрела вдоль подсвеченной аллеи.

– Если честно, за эти четыре года миллион раз прокручивал разговор с тобой. Пытался предугадать, что сказал бы, выстраивал гору версий нашего диалога, но сейчас в голове полнейшая пустота.

Ева скрестила руки на груди.

– Вижу, что рождение сестренки тебя очень изменило. Сразу заметила в глазах какую-то живость. Раньше ты был более отстраненный. Ты всегда мечтал о сестре, я рада, что твоя главная мечта сбылась.

Ваня сглотнул подступивший к горлу ком и нервно произнес:

– Изначально меня изменило расставание с тобой, а потом и рождение Рори… Я за всю жизнь совершил слишком много ошибок, но понял, что есть еще шанс все исправить. Сестра стала осознанием, что счастье совсем рядом.

– Так ты завязал со всеми своими плохими делами, верно? Если честно, я приятно удивилась, когда услышала про Лондон. Ты никогда не говорил мне, что хочешь туда, и уж тем более, что планируешь поступать в университет.

– С плохими делами покончено. Насчет обучения… Вышло спонтанно. Я понимал, что мне нужно в корне все изменить. И вот уже четыре года живу вроде бы даже как нормальный человек, – он ухмыльнулся. – На мотоцикле, правда, катаюсь порой. Просто для себя.

Ева остановилась и приподняла голову.

– Будь осторожен, пожалуйста. Тебе есть ради кого жить.

Ваня некоторое время разглядывал родное лицо, а потом ответил:

– И всегда было.

– Это правда. Но ты делал все, чтобы расшатать нервы тех, кто тебя любил. Хорошо, что выпутался из банды. Андрей рассказал мне, что главарей вычислили и посадили.

Ваня слегка прищурился.

– Ты общаешься с Андреем до сих пор?

– Да, мы хорошо общаемся. Удивительно, но он тоже смог выпутаться и сейчас счастливо живет. Даже девушку себе нашел!

– Я, наверное, сейчас буду очень нетактичен, но… – Ваня остановился и тут же продолжил: – А у тебя как на личном?

На лице Евы сверкнула легкая ухмылка. Она смотрела на Ваню, и где-то внутри эхом раздавались мучительные крики и воспоминания о любви, которая сломила ее душу. Все дни, проведенные наедине с собой после расставания, нескончаемые часы истерик и непринятие себя, волосы, которые она ненавидела и пыталась отрастить, чтобы вновь хоть немного нравиться себе. И боль. Океан боли, превративший жизнь в день сурка.

– Хочешь правду? – выпалила Ева.

– Говори, – дрогнувшим голосом ответил Ваня.

– Я…

Неожиданно вокруг начали взрываться салюты, заставившие Еву замолчать. Заиграла громкая музыка, а весь каток озарился синим светом.

– Дорогие наши гости! Мы рады представить вам тех, кого вы так долго ждали! Прямо сейчас вы увидите зрелищную игру хоккеистов, которых можно назвать настоящим открытием в спорте! Встречайте: «Молнии» и их капитан Лэйн Кеннет.

Ева развернулась к парню.

– Мне нужно идти, Вань, а то Ким с Богданом заждались. Да и сейчас не лучшее время для разговора, слишком шумно…

– И ты даже не ответишь?

– Запиши мой номер.

Ваня поспешно достал телефон, а Ева начала диктовать цифры.

– Мы можем здесь встретиться еще раз в последний день ярмарки и… попрощаться.

После этих слов Ваня напрягся. Он неуверенно кивнул и проводил Еву взглядом.

«Может, ты и готова со мной попрощаться, но я на это точно не подписывался».

Моя жизнь идет ко дну.

Кажется, пора менять маршрут.

«Мутный

Цитрусовая принцесса

Темнело. Сумерки опускались на вечерний Кельн. Неприметные фонари наряду с мигающими гирляндами освещали улицы. Земля сотрясалась от громких туристов и шумных танцев. Весь город зажигался от бешеной энергетики людей.

Ярмарка в честь Рождества подарила жителям города и посетителям настоящий праздник. Попасть сюда означало получить искренние, неподдельные эмоции, ведь каждый мог найти свое счастье. Кто-то видел его в общении с близкими, кто-то – в неожиданных встречах, ярких мероприятиях, глазурном прянике, а кто-то – во всем вместе.

Миниатюрная девушка со сверкающим взглядом и каштановыми волосами, облаченная в оранжевый пуховик и пушистую белую шапку, выискивала в толпе своего молодого человека. От мороза ее щеки заалели. В ней было что-то особенное: то ли живость в глазах, то ли некая уверенность. Она покачивалась в такт музыке, наслаждаясь собой, моментом и целым миром.

– Это она! – слышался шепот недалеко стоящей пары. – Джитта Эвердин, девушка Лэйна Кеннета!

Джи, услышав эти слова, легко улыбнулась и продолжила танцевать на площади за катком, пытаясь согреться. Вспоминались моменты неуверенности, когда она была до такой степени зажата, что не позволяла себе проявлять лишних эмоций.

Прошло четыре года с их встречи с Лэйном. Целых четыре года с тех пор, как они нашли друг друга. За это время действительно весь мир перевернулся с ног на голову.

– Моя цитрусовая принцесса, – он тихим шепотом довел Джи до дрожи, опалив теплым дыханием замерзшую кожу.

Джи хватило секунды, чтобы мороз вдруг перестал жечь щеки, и вместо него загорелся румянец. Она обернулась: Лэйн стоял на расстоянии вытянутой руки. Сердце забилось с удвоенной силой – его присутствие влияло на нее. Джи слегка смутилась и почувствовала невесомый трепет внутри.

Нетрудно было заметить, как Лэйн возмужал. Он изменился. Внутренний стержень стал еще прочнее. Лэйн теперь с легкостью принимал решения и шел наперекор трудностям. Кеннет мудро оценивал ситуации и находил выход из любого тупика – порой делал невозможное. А самое главное изменение произошло в сердце: он научился любить. Любить до беспамятства. Так сильно, что мир исчезал, когда Джи его целовала. Лэйн мог отдать все за ее смех.