Ревизор в Академии, или Пикантная особенность - Франциска Вудворт

— Все тлен, — напомнила я.

И прямо слышала, как Хам втягивает в себя воздух. На всякий случай решила предупредить:

— Лорд Хамсферженвальд, тут много свидетелей.

— Чего?

— Если вы обратитесь в боевую ипостась, то пострадают невинные звери. Они к такому непривычные? Или вы тут часто бегаете в боевой ипостаси?

Высший на мгновение закрыл полыхнувшие алым глаза, потом открыл и соизволил улыбнуться. Я же сглотнула и на всякий случай сжала вилку покрепче.

— После завтрака, — сообщили мне, — у тебя час на сборы. Потом мы уходим порталом.

— Куда?

— В Академию! — сообщил Хам с таким видом, словно только что произнес нечто неприличное. А я же едва не прижала руки к груди от счастья. О да!

— Серьезно?!

— С условием: ты проводишь экзамены и увольняешься.

Ха! Три раза «ха»! Я пожала плечами, скрывая довольную ухмылку. Высший, ты уже пустил гнома в сокровищницу, как говорят в Оноре. Я зубами вцеплюсь в Академию. Мне там адептов воспитывать. И одним годом я ограничиваться не намерена.

— У меня тоже условия, — проговорила, отодвигая стакан. — Объясните, что еще за пара? Как вы это определили? Почему я? Это вообще лечится? — забросала его вопросами. За последний на меня полыхнули глазами так, что сразу захотелось втянуть голову в плечи.

— Дэрин, а что ты вообще об этом знаешь?

— Ну, — я поковыряла вилкой салат в тарелке, — репутация у вас такая, что вы понравившихся женщин недолго думая хватаете и уносите к себе. На этом все.

— Негусто, — заключил высший, а я пожала плечами. — Но мы и сами не распространяемся об этом. Когда переходишь в боевую ипостась, обостряются не только реакции, но и восприятие. Симпатичная ранее женщина может вызвать резкое отторжение. Та же, что раньше не привлекала внимание, вдруг оказывается очень привлекательной. А бывает так, что ты чувствуешь всей своей сущностью: эта женщина твоя половинка, пара. Мы привыкли доверять своим инстинктам, они нас никогда не подводят. Пара — гарантия того, что ты будешь полностью совместим со своей женщиной, что в браке будут дети. Что в боевой ипостаси, когда преобладают инстинкты, ты никогда не причинишь ей вреда. Теперь понятно?

«Понятно, что высшие те еще психи», — мрачно подумала я.

А как же флирт, ухаживания, мечты и бессонные ночи?

— Я же вам не нравилась. Вы меня едва терпели и спешили избавиться, добиваясь увольнения.

— Внешне ты мне приглянулась сразу, но я не понимал себя. Нравиться может кто угодно. Инстинктивно выводило из себя, что вокруг тебя так много лиц противоположного пола. Но меня всегда тянуло туда, где ты, — парировал высший.

Теперь ясно, почему он вечно появлялся как из-под земли в самые неподходящие моменты.

— Но жениться так спешно зачем было?! — не выдержала я.

И за традиции, за традиции обидно!

— Цветочек, — меня обласкали взглядом, — когда я нашел тебя, все мои инстинкты вопили: моя, спасти, защитить! И когда я перешел из боевой формы, не сдержался, сделал своей. Ты моя пара. Я занимался любовью с женой. Не хотел даже на миг унижать тебя статусом любовницы.

Оу! В такой интерпретации я события не рассматривала. Злилась, что воспользовался моим неадекватным состоянием и провернул брак втихаря, но проснись я утром и пойми, что стала просто его любовницей… Брр!

— Дэрин, что тебе не нравится? — Высший смотрел серьезно и требовательно. — Что я поступил порядочно? Что оградил тебя от косых взглядов?

— Ну… — Я смяла салфетку, с трудом подбирая слова. — С нами вообще связываться не любят, восхищаются издалека, зная, что подойти можно лишь с серьезными намерениями. У меня и до этого нормальных свиданий не было, ухаживаний. А теперь и подавно не будет. Я — жена. Большой и важный отрезок отношений прошел мимо меня стороной. А вы на меня только рычали! Не знаю, что вы там чувствуете в боевой ипостаси, но в обычной вы обливали меня презрением и язвили насчет внешности.

— Цветочек…

Судя по голосу, демонюка проникся, но я еще не все претензии высказала.

— Мама в детстве, укладывая меня, перед сном могла часами рассказывать, как за ней папа красиво ухаживал и какой он молодец, а что я расскажу? Что до этого меня едва терпели, потом спасли, что-то там почувствовали и тут же женились? Вот и сказочке конец, кто не заснул, его проблемы.

— Дэрин… — позвал высший, но ни тогда, ни сейчас я так и не подняла взгляд от салфетки на коленях, сжимая ее.

Высший встал, обойдя стол, и присел рядом.

— Цветочек, посмотри на меня…

А мне так жалко себя стало. Замуж забрали, в Академию не пускают, еще и напирают тут. Может, к орчанкам в феминистки податься?

На салфетку упала соленая капля, за ней еще одна.

— Дэр-р-ин! — пророкотал демон, подхватил меня на руки, хотел куда-то нести, но я возмущенно пискнула, и он упал на мое кресло, которое под нашим весом жалобно затрещало.

— Цветочек, что мне для тебя сделать? Хочешь, у тебя будут самые лучшие ухаживания?

Я ушам не поверила! Даже представить не могла, что вечно недовольный Хам способен так ворковать.

— Хочу, — не стала отказываться и поставила условие: — И разные спальни на время ухаживания.

— Дэрин, ты моя жена!

Возмущенный возглас заставил испуганно взмыть в небо птиц. Но стоило мне поднять на него полные слез глаза, он дрогнул.

— Х-хорошо, до конца экзаменов адептов, — сдался демон.

Я незаметно выдохнула. Стоит запомнить, что у этого высшего одна слабость — он не переносит женских слез. И чувствую — только моих.

Но демоны такие демоны.

— Скрепим сделку поцелуем! — заявил он и быстро меня поцеловал. Наверное, чтобы я еще чего-нибудь не потребовала.

Врать не люблю даже себе. Да, поцелуй понравился.