Конкурс "Мисс Галактика" - Саша Тэмлейн

Уверен, что за такого рода амурные дела с сотрудницей от меня Алина и мокрого места не оставит… даже если поймет, что вышеупомянутой в ее-то посмертном возрасте могут заинтересоваться разве что кроты и черви.

Но что же с ней делать и куда ее вести?!

Как вариант, можно временно припрятать от Алины в брачном номере. Немного двусмысленно, ну да ладно. С другой стороны, моя жена ее уже видела, и если я начну эту новую сотрудницу № 2 где-то прятать, то это будет выглядеть еще подозрительнее!

Вздохнув, я протянул ей руку.

– Ладно, – сдался я. – Идем, буду официально знакомить тебя с моей женой…

Девушка густо залиловела и с дрожью прижалась ко мне.

Должно быть, ее никто не водил под ручку до этого – обычно боссы от секретарш требуют несколько иное.

* * *

Наконец я вернулся в номер.

Алина, уже вымытая, отмассажированная и розовая, как поросеночек, взирала на наше новое приобретение взглядом озадаченного Берии. Наконец вздохнула и милостиво махнула рукой, отчаянно массируя висок другой.

– Ну, что с тобой сделаешь, – призналась она. – Вот и секретаршу завел, все как у людей. Но только, Алекс, – у тебя ни стыда ни совести – посмотри, до какого состояния ты девушку довел!

Мы с зомби озадаченно переглянулись.

– Если у тебя уже есть любовница, – наставительно сказала моя жена, – она должна быть ухоженной, стильной, и вообще самой лучшей! Еще не хватало краснеть за пассию своего мужа!

Она озадаченно покачала головой:

– Ох уж эти мужчины! Все им объяснять приходится…

Я молча стоял, выпучив глаза. Думаю, если бы я на минуту расслабился и вышел из стойки «смирно», то так бы и рухнул где стоял!

– В общем, так, – деловито сказала Алина. – Вот тебе пятьсот кредитов из моего личного запаса. Меня организаторы спонсировали, на личные нужды, как и всех прочих участниц… Купи девушке все, что она пожелает, – кексов, мороженого, а также приличный костюм и дезодорант! И все должны делать мы, женщины! У вас, мужчин, никакого такта!

Я невольно обернулся на мою новую секретаршу: она смотрела на мою жену умиленным восхищенным взглядом, в ее глазах стояли слезы! Казалось, еще чуть-чуть, и она бросится ей в ноги, а там, глядишь, и перед фото ладан и мирру раскуривать начнет… Теперь я понимаю, как уживались девушки в арабских гаремах! Кажется, Алина твердо приняла руль «старшей жены» недрогнувшей рукой и намерена уверенно провести его через суровые будни обыденной жизни! Правда, не совсем понятно, к чему…

Алина картинно изогнула бровь:

– Ну же, Алекс, действуй!

Я откашлялся. Взял деньги. Зажмурившись, повернулся к своей «новой пассии».

Было как-то даже страшновато заглядывать ей в глаза – Алина тут уже наобещала, а выполнять как бы мне! То есть, никто выполнять, конечно, не будет, а только все равно странновато-о-о-о…

Панически приоткрыв один глаз, я увидел сияющую трупной синевой зомби-прелестницу, счастливую до безобразия.

Я всучил ей пачку мятых кредиток.

– Гхм… купи… – трупные пятна на ее щеке невольно притянули мои глаза, – тональный крем, ароматизатор воздуха, самые убойные духи и немного скотча! Будем приводить тебя в порядок.

– Так точно, о повелитель моего души и сердца! – четко отрапортовала она. – Бегу исполнить сей же час, боюсь ужасно ранить вас! Коль ваш заказ я не исполню, то накажите меня больно! Я вам готова услужить… и все-превсе, мой друг, простить! Я вам готова угождать… могу ведь даже…

– Во-о-о-он!!! – побагровел я.

Уж не знаю, что она там собиралась срифмовать, но некоторые варианты меня явно не радовали! Тем более, в присутствии Алины. Самый безобидный, который мне пришел в голову, – «поцеловать», но он не вписывался в ритм – слогов слишком много! А вот тот, что огнедышаще небезобидный, как раз удачно укладывался в стихотворный размер!

Наконец мы остались одни.

Я повернулся к Алине… и та, увидев мое перекошенное лицо, с хохотом рухнула на кровать!

– Алекс, ты что, и впрямь подумал, что я серьезно?! Вы, мужчины, такие легковерные… А бедная девушка, кажется, тоже поверила…

У меня отлегло от сердца.

– Ничего, разочаровываться в жизни полезно, – фыркнув, все еще немного мрачно присел на краешек кровати я. – Это, кажется, в нашей Вселенной называется взрослением…

Алина мягко обвила мою шею руками и привлекла к себе.

– Алекс, миленький, ты все еще дуешься? Ну, прости меня… Захотелось немножко подшутить над тобой, снять стресс… да и ты бы видел свою рожу, когда появился в дверях! С влюбленной зомби под ручкой, и на лице прям крупными буквами написано… э… ну в общем, написаны различные способы, которыми я буду тебя убивать!

Она хихикнула:

– Как было не подыграть бедняжке?!

Я расслабился и обнял ее за плечи.

И все ей простил.

Мы на самом деле прошли первый этап – тяжелый, опасный и почти кровавый. Как Алина осталась в живых – чудо! И ей совершенно точно нужна была психологическая разгрузка…

– А может, ну его, этот конкурс? – осторожно сказал я. – Ты мне больше нравишься в целом виде, чем в разобранном. Без следов покусов и легкого окаменения!

Алина тихонько фыркнула.

– Да, ты прав. Но я уже так далеко зашла! Не хочется бросать на половине пути! А, Алекс? Поддержи меня на этот раз, мой милый муженек. Очень прошу…

Вздохнув, я сдался.

Ну что с ними сделаешь, когда они так просят?

Разве что закатать в ковер и увезти в Солнечную Систему силой и контрабандой; так ведь не простит! А мне потом с ней еще жить, знаете ли!

– Ладно, – буркнул я. – Но тогда нужно проработать кое-какие моменты.

– Это какие же? – живо заинтересовалась Алина.

– Да не эти!!! – я возмущенно пихнул ее в бок. – Погоди меня заваливать на подушки… Хотя, они такие мягкие, хм… и ты мягкая, и… черт, прекрати!!!

– Мне нужно снять стресс! – безапелляционно заявила Алина, усевшись мне на живот и прицеливаясь поцелуем куда-то в районе шеи.

– Погоди, – мрачно сказал я. – Щас я тебе его добавлю, а потом уже снима-а-ай…

И вкратце рассказал ей все, что узнал от улитки, добавив откровения кота Мурзика.

Пару минут Алина пребывала в настоящей прострации.

Затем она вскинулась.

– Да что они могут со мной сделать?! – воинственно воскликнула она и тут же сникла. – Хотя, вообще-то… да что угодно!

Алина сдулась, как проколотый праздничный шарик.

– Ты прав, – признала она. – Нам нужно что-то им противопоставить!