Наследник Осени - Тодд Фэнсток

Шара отворила переднюю дверь и вышла в сад. Ворота охранял молоденький солдат, невысокий, но хорошо сложенный и приятный на вид, с темными бровями и длинным, прямым носом. Судя по внешности, уроженец Керифа, он держался с важностью юнца, пытающегося выдать себя за мужчину. Шара ощутила его желание, сдобренное изрядной долей страха. Вот и хорошо, пусть боится.

Она направилась к нему по мраморной дорожке. Ворота отворились от легкого прикосновения, и в глазах солдата мелькнуло изумление – он думал, что они заперты.

– Шара-лани. – Стражник склонил голову.

– Да.

Он отвел глаза, избегая ее взгляда.

– Брат Креллис приглашает тебя в Цитадель.

Шара сжала губы. Еще накануне она устремилась бы к нему по первому зову, но сейчас не хотела и видеть. Креллис объявил, что предаст Брофи суду за совершенное «преступление». Беландра была вне себя от гнева и уже провела в Цитадели весь день, добиваясь встречи с племянником. Разумеется, ей не позволили даже взглянуть на него.

Долг требовал от нее утешить брата в час скорби. Может быть, ей даже удалось бы направить его на путь мудрости, но риск был слишком велик, а на кону стояла жизнь Брофи. Она не могла позволить себе оказаться во власти Креллиса, не убедившись, что другу ничто не угрожает.

– Мне приказано незамедлительно сопроводить тебя в Цитадель, – добавил солдат.

Шара поймала наконец взгляд стражника, а поймав, удержала и подстроила свое дыхание. Потом протянула руку и положила ладонь ему на грудь. С каждым вдохом она втягивала в себя часть его упорства и сопротивления.

– Иди вперед, – негромко приказала девушка, направляя на него свою волю. – Я за тобой.

Солдат смущенно помялся, но кивнул, повернулся и зашагал по улице.

Глядя ему вслед, Шара испытала вдруг внезапный приступ тошноты. Какая-то часть солдата осталась в ней, застряла и теперь, как попавшаяся в паутину бабочка, билась, пытаясь освободиться. Несколько глубоких вдохов помогли стереть остроту ощущения. Тошнота отступала вместе с удаляющимся солдатом, но неприятный осадок остался, не позволяя забыть о том, что впервые в жизни она использовала магические силы против воли другого человека. Впрочем, ничего иного ей и не оставалось. Брофи нуждался в ней больше, чем она в чистой совести. Проглотив горечь, Шара перешла улицу и направилась в противоположную сторону.

Дойдя до небольшого причала у дома Джайден, она подняла руку, и тут же одна из лодчонок, на которых горожане переправлялись через бухту, повернула к берегу.

Поначалу план Креллиса обвинить в преступлении сына племянника Беландры показался ей глупым. Как-никак Шара сама была в комнате и слышала рассказ Трента. Зелани ничего не стоит отличить ложь от правды, а значит, она могла выступить на суде и обелить Брофи. Впрочем, и без нее весь город знал, что наследник Осени не насильник и не убийца, а Трент отнюдь не был образцом порядочности и добронравия.

Уверенность Креллиса могла основываться только на показаниях свидетеля, а единственным свидетелем могла быть только Фемера. Что знает дочь кузнеца? Это Шара и намеревалась выяснить.

Лодчонка бесшумно скользнула к причалу. За рулем сидела молодая женщина или, скорее, девушка.

– Куда? – спросила перевозчица.

– На Каменную сторону.

– Отвезу.

– Сколько?

– Две монеты.

С коротко подстриженными рыжими волосами и быстрыми, живыми глазами, она смахивала на мальчишку.

Лодка выглядела неказисто, но ее хозяйка определенно располагала к себе. Доверять девчонке Шара не рискнула бы, но симпатией к ней прониклась с первого взгляда.

Лодка качнулась, и пассажирка не упала в воду только потому, что успела схватиться за мачту.

– Как тебя зовут?

– Лоудон. – Перевозчица улыбнулась. – Знаю, мальчишеское имя, но виновата не я, а папаша… кто бы он ни был.

Девушка оттолкнулась от пристани и с проворством обезьянки прыгнула к аккуратно сложенному парусу. Подхваченная ветерком, лодчонка неспешно поползла через бухту. Шара молчала, предпочитая слушать свою новую знакомую.

– Ты – цветок? – поинтересовалась Лоудон.

– Нет.

– Но ты же вышла из дома сестры Осени.

Шара оглянулась через плечо – на берегу высился трехэтажный особняк Беландры.

– За этим домом весь день наблюдал какой-то мужчина. Ушел, когда ты села в лодку.

– Все замечаешь, да?

Рыжеволосая задорно улыбнулась.

– Времени много, а заняться больше нечем. – Лоудон едва трогала руль, предоставляя суденышку плыть самому. – Мы с ней, – она похлопала по борту, – далеко пойдем. Планы у нас большие, вот только со средствами пока плохо.