Призрак сети - Тамара Крюкова

Строжич заглянул внутрь и произнес:

- Смотри-ка! И впрямь тут что-то лежит.

Он достал суконные штаны, пару сапог и две рубахи: одну холщовую, вышитую по вороту, а другую кожаную, без рукавов, которая заменяла простым воинам кольчугу.

- А человек-то был не из крестьян. Такие-то рубахи токмо войники носят. Вещи добрые. Это какой же супостат на них польстился и грабежом занялся? - размышлял вслух ведун.

Разглядев одежду, он для верности еще пошарил в дупле и вытащил плащ, служивший воину в походе и постелью, и одеялом. Не успел он развернуть накидку, как из складок выпала свернутая в трубочку грамота. При виде нее у Сереги загорелись глаза.

- Что это? Грамота? Ура! Это же грамота! Надо ее срочно отнести Александру Невскому! - закричал он, как безумный прыгая вокруг Строжича.

Между тем старик развернул свиток и, шевеля губами, принялся разбирать буквицы.

- Так вы и читать умеете? - удивился Серый.

- А что тут такого? У нас чай детишек с мальства обучают буковки разбирать. Дело нужное.

Открытие потрясло Серегу. Кто бы мог подумать, что на Руси в такой древности простые люди умели читать и писать! Вообще-то, в школе рассказывали про найденные во время раскопок берестяные грамоты с простыми, бытовыми текстами - вроде записки мужа к жене. Но одно дело узнать об этом из учебника, а совсем другое - воочию увидеть грамотного колдуна из тринадцатого века.

Встав на задние лапы, Серый попытался разобрать древнее письмо, но буквы были какие-то замысловатые и непонятные. Ощущая гордость за свою страну, он воскликнул:

- Вот это да! Выходит, мы впереди Европы всей!

- Это как так? - не понял Строжич.

- Да у них там рыцари и те безграмотные. Что уж о простом народе говорить.

- За чужеземцев не скажу. У них свои обычаи. А у нас грамоту чтят.

По мере того как он читал, его брови сходились к переносице, придавая лицу суровое, насупленное выражение.

- Что там? Александра насчет шведов предупреждают?

- Нет. Это послание не князю Олексе писано, - покачал головой старик.

- А кому же? - опешил Серый.

- Непростые дела. Гонец-то направлялся не к князю, а к боярину Жирославовичу от ярла Биргера. Супостат поганый сообщает, что высадился на русских землях, а от боярина ждет помощи, как ранее договаривались.

В этот момент Серого посетило озарение. Все кусочки головоломки вдруг встали на свои места. Илька Кречет собирался предупредить Александра не о нашествии шведов, а о том, что среди бояр затесался предатель. Видимо, ему каким-то образом удалось похитить эту грамоту, за что он и поплатился жизнью.

- Что же это получается? Все должны сплотиться, а этот гад против своих же! - с возмущением воскликнул Серый.

- Э-эх, бояре-то больше думают о том, чтобы себе кусок пожирнее оттяпать. Ежели для этого надо под шведа пойти, они и ему поклонятся, лишь бы свою выгоду соблюсти. Одна наша надежа - князь Олекса. Тяжело ему приходится: с ворогом воевать, а с тылу свои бояре куснуть норовят. Эти-то похуже всякого иноземного супостата, - вздохнул Строжич.

Серега задумался. Как все кажется легко и просто, когда изучаешь историю по книжкам. Взять хоть бы Александра Невского. Пришел, увидел, победил. Ему еще двадцати нет, а он уже великий полководец. Казалось бы, какие у него проблемы? Народный герой. Все его любят. Живи и радуйся. А на самом деле выходило совсем не так. Это у потомков великий русский князь вызывал лишь любовь и восхищение, а в собственном окружении у него были и завистники, и враги.

- Надо эту грамоту князю отнести, - твердо заявил Серый.

Жизнь снова обретала смысл. Перед ним вновь забрезжила надежда вернуться домой.